Читать бесплатно онлайн книгу автора  Экономика Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. Монография

А.В. Зотова

А. В. Зотова

Экономика Ленинграда в годы Великой Отечественной войны

Монография

---

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 332.1(470.23-25)′′1941/1945′′

ББК 65.03(2-2Ленинград)622

З-88

Изображение на обложке Maria Kuza / Shutterstock.com

Автор:

Зотова А. В., доктор исторических наук, академик Российской академии естественных наук, профессор кафедры международных отношений на постсоветском пространстве факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета.

Рецензенты:

Золотарев В. А., доктор исторических наук, доктор юридических наук, профессор, действительный Государственный советник Российской Федерации 1-го класса;

Пянкевич В. Л., доктор исторических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета.

Монография заполняет одну из немногих лакун, имеющихся в истории Великой Отечественной войны. На обширном архивном материале, редких публикациях военной поры, а также на широком круге историографических работ в этом издании исследуется экономика Ленинграда не только в условиях блокады, но и накануне вражеского вторжения в СССР и на заключительных этапах борьбы с фашизмом. Читатель ознакомится со всем кругом экономической жизни города – от деятельности промышленных предприятий и научно-исследовательских институтов до функционирования банковской системы, учебных заведений и культурных учреждений.

Книга предназначена для широкого круга читателей, интересующихся историей Советского государства.

УДК 332.1(470.23-25)′′1941/1945′′

ББК 65.03(2-2Ленинград)622

© Зотова А. В., 2025

© ООО «Проспект», 2025

ВВЕДЕНИЕ

В современных условиях, когда мировые экономические и финансовые кризисы стали чуть ли не обыденным явлением, опыт «экстремальной экономики» становится чрезвычайно ценным. На этом фоне очевидна необходимость осмысления и практического использования исторического опыта, накопленного жителями Ленинграда в период Великой Отечественной войны в сфере развития экономики, с позиций новых подходов, утверждающихся в современной исторической науке1.

Экстремальная ситуация, будь то война как крайняя форма разрешения межгосударственных или внутригосударственных противоречий либо иные разноплановые кризисные явления, протекающие в социуме относительно мирно, заставляет общество максимально использовать свои резервы в целях самовыживания. Это необходимое условие обеспечения основополагающей социально-экономической, политической и духовной базы, на которой в дальнейшем, в более благоприятных условиях, будет осуществляться выход из глубинного кризиса.

Исторический опыт, накопленный постсоветской Россией более чем за двадцать лет существования в новом историческом пространстве, позволяет заключить: эффективность социально-политических, экономических и духовных преобразований, проводимых по плану модернизации, в результате которой наше Отечество должно трансформироваться в демократическое правовое социальное светское государство с высокотехнологичной развитой рыночной конкурентоспособной экономикой, не является достаточной. Как следствие, утверждается низкий уровень благосостояния людей, а также и заметное снижение конкурентоспособности государства во внешнеэкономической сфере. Изучение, обобщение и использование на практике опыта экономической и финансовой деятельности Ленинграда в экстремальных условиях Великой Отечественной войны – второго по значимости в СССР экономического центра страны – дает возможность не просто обогатить современную деятельность государственных и хозяйственных органов, но и в какой-то степени наполнить ее качественно новым содержанием. Тем самым будет повышена роль субъектов государственной системы в их деятельности как важных инструментов совершенствования функционирования государственного механизма в целом.

Актуальность проблемы, исследуемой в этой книге, обусловлена также и научной целесообразностью. До сих пор ни в отечественной, ни в зарубежной историографии не было выполнено ни одного комплексного исследования, посвященного истории экономики Ленинграда периода блокады. До настоящего времени концептуальные подходы ученых к изучению истории Ленинграда в период Великой Отечественной войны сводились в конечном итоге к исследованию двух крупных научных проблем: 1) многоаспектной деятельности ленинградцев в условиях вражеской блокады; 2) анализу различных сторон городской жизни, нацеленной на самообеспечение и защиту города от неприятеля.

Пример защитников блокированного Ленинграда, несомненно, служит эффективным средством патриотического воспитания граждан. История тех событий нашла отражение в ряде обобщающих фундаментальных трудов2, специальных монографических исследованиях3, научных статьях4 и материалах всевозможных научных форумов5, а также в защищенных докторских и кандидатских исследованиях6, число которых превышает 80 диссертаций7.

Документальная разработка рассматриваемой проблемы характеризуется изданием более 20 сборников документов и материалов8, а также наличием публикаций некоторых отдельных документов, содержащихся в научной периодике9. Размещен ряд таких документов и в глобальной сети Интернет10. Однако на фоне массива историографических и исторических источников нельзя не заметить того, что публикаций, в которых на уровне относительно самостоятельных сюжетов исследовались бы вопросы экономики Ленинграда периода блокады, явно недостаточно.

Изучение истории блокированного Ленинграда в советской историографии было крайне субъективно в силу ее политизированности. Повышенная степень идеализации и политизации изучения темы была связана еще и с тем, что Ленинград — «колыбель Октября» — рассматривался исследователями как продолжатель героических традиций 1917 и 1919 гг.

В таком контексте преподносилась история Петербурга — Петрограда — Ленинграда еще в изданиях, выходивших из печати в период блокады11. На фоне исторических публикаций о Ленинграде — родине Октябрьской революции12, об участии рабочих в Гражданской войне13 публиковались материалы о Ленинграде как крупнейшем индустриальном центре СССР14, о городе с передовой наукой, культурой и искусством15.

Ленинградская блокада как одно из самых ярких явлений Великой Отечественной войны не только в художественной, но и в научной литературе чаще всего рассматривается сквозь призму трагических и героических событий. Такой подход во многом справедлив, поскольку в нем имеется определенная тенденция к объективной оценке происходивших событий. Однако только такой подход не может дать полной научной картины рассматриваемой темы, поскольку блокада Ленинграда — явление многоаспектное. И оно нуждается во всеобъемлющем рассмотрении, в котором должен занять свою нишу и такой аспект, как экономическая жизнь сражавшегося Ленинграда.

Зарубежная историография о блокаде Ленинграда многократно подтвердила тот факт, что главной проблемой западной «русистики» является недостаточность ее источниковедческой базы. Американские, английские, немецкие и другие исследователи, занимаясь изучением блокады Ленинграда, редко обращаются к российским опубликованным источникам и архивным документам Москвы и Санкт-Петербурга. Как следствие, иностранные историки, собрав минимальные сведения об изучаемой проблеме, пытаются в то же время создавать оригинальные концепции, подтвержденные больше не фактами, а их умозаключениями (в основном умозрительными). В конечном итоге зарубежные исследователи не дают исчерпывающих ответов на вопросы об экономической жизни Ленинграда в период блокады.

В исследовании любой проблемы есть своя внутренняя логика, во многом связанная с поступательностью изучения различных сторон истории. До настоящего времени тема истории экономики еще не являлась столь востребованной с точки зрения познания, поскольку на переднем плане стояли, как казалось, более острые и более значимые проблемы. Однако современный мир создает такую конфигурацию социального развития, в которой вопросы экономики начинают выступать на передний план, что вынуждает исследователей обращаться и к историческому опыту. При этом необходимо особенно подчеркнуть то, что экономические аспекты истории обладают своей спецификой, требующей зачастую относительно узких знаний в области смежных (в частности, экономических) специальностей, что несколько усложняет исследовательскую работу историка, делая ее более трудоемкой. Такая историографическая ситуация диктует особые подходы к работе с исторической литературой. Они в основном состоят в том, что возникает необходимость изучения крупных историографических массивов, в которых лишь иногда встречаются небольшие по объему сведения экономического и финансового характера, становящиеся часто начальной точкой отсчета в поиске информации по тому или иному вопросу, относящемуся к теме этой монографии.

В целом же, невзирая на то, что некоторые аспекты темы настоящего исследования затрагивались отечественными и зарубежными авторами, историография на современном этапе своего развития не располагает специальным трудом, где бы комплексно раскрывалась проблема экономики Ленинграда в условиях военного времени.

Объектом исследования стала экономика Ленинграда в период блокады. Уже с первого дня ведения боевых действий Советским Союзом по защите своего государства Ленинград и его экономика были нацелены на противодействие врагу. Эту деятельность горожане развивали на протяжении всех последующих событий, в том числе и после полного снятия блокады. Фактически экономика и финансы Ленинграда работали на победу непрерывно вплоть до 9 мая 1945 г.

Предмет исследования — динамика многогранной экономической жизни Ленинграда на протяжении блокады и всего периода Великой Отечественной войны.

Нередко исследователи отождествляют экономическую динамику с динамикой производственной, которая при всей своей важности является лишь частью экономической и финансовой деятельности. При этом авторы совершают ряд ошибок методологического характера. Например, считая, что должно проводиться исследование исключительно городской экономики, они полностью игнорируют экономику сельского хозяйства, занимавшую в военном Ленинграде одно из центральных мест.

Настало время несколько иначе посмотреть на те далекие исторические события: рассмотреть экономику Ленинграда времен блокады не как «внутреннее дело» города и горожан, а в контексте общегосударственной борьбы с гитлеровской Германией и ее союзниками. В связи с такой постановкой проблемы необходимо уточнить хронологические рамки исследования. Ученые традиционно анализировали различные аспекты именно периода блокады Ленинграда. Временны́е рамки их научных трудов ограничивались сентябрем 1941 г. — январем 1944 г. Между тем в настоящей монографии хотя и исследуется экономика блокадного времени, осуществляется попытка раскрыть динамику экономики города не только в условиях блокады, но и в предблокадные и послеблокадные военные месяцы. Нет сомнений в том, что экономика блокады имела свое преддверие и свое экономическое продолжение, которые несправедливо было бы выносить за пределы этой работы.

Территориальные рамки исследования определены границами городской черты Ленинграда по состоянию на 1941 г., а также примыкавшими к городу пригородами, не занятыми противником (Удельная, Рыбацкое, Коломяги, Сосновка, Средняя Рогатка, Купчино, Автово и т. д.). В ряде случаев в монографии анализируется экономическая ситуация, в том числе и процесс восстановления предприятий и жилого фонда в районах, освобожденных советскими войсками от вражеской блокады, но непосредственно примыкавшими к Ленинграду и восстановившими с ним экономические связи (например, село Пулково, Детское Село, Петергоф, Кронштадт и т. д.). Эти территории воспринимались современниками как единое целое, в том числе и как общее экономическое пространство. Это восприятие подтверждалось и административным делением, официально существовавшим в соответствии с юридическими документами того времени.

Источниковая база исследования этой работы будет подробно охарактеризована в первой главе. Однако ряд положений нуждается в пояснении.

Во-первых, в последние годы в России, и особенно в Петербурге, было издано немало работ, которые можно классифицировать как эгоисточники16. Им следует уделить особое внимание, потому что они имеют свою специфику. Подавляющее число их авторов — рядовые труженики тыла или военнослужащие, проходившие службу на должностях рядового, сержантского и, реже, офицерского состава. С одной стороны, такие источники не позволяют воссоздать широкую панораму прошедших событий. Но, с другой стороны, они отличаются искренностью, правдивостью, точным описанием важных деталей происходившего17. Это важно для истории повседневности с методологической точки зрения. Это в конечном счете может повысить степень достоверности информации, получаемой в целом (разумеется, с учетом специфики источников личного происхождения, особенно с учетом ярко выраженного в них субъективного начала).

Во-вторых, до настоящего времени совершенно не востребованными в качестве источника были многочисленные многотиражные газеты, издававшиеся в период Великой Отечественной войны на ленинградских фабриках и заводах. Такие источники имеют два значительных недостатка. В силу особенностей того времени они весьма идеологизированы и политизированы. Кроме того, многотиражные газеты не являются носителями ценной фактической информации, которая в тот момент могла бы быть полезной противнику, что достигалось посредством жесткой цензуры. В то же время в ней содержится много фактов, обобщение которых позволяет не только реконструировать состояние производственных отношений в Ленинграде во время войны, но и воссоздать общую картину решения многочисленных повседневных задач, стоявших перед трудовыми коллективами. Поэтому анализу источников, упомянутых выше, будет уделено значительное внимание.

В-третьих, в настоящее время в научно-исследовательскую практику прочно вошли источники, почерпнутые из сети Интернет. Однако при их анализе автор исходил (особенно в контексте определения степени их достоверности) из того, что наряду с добротно обработанными документами в Интернете размещается большой массив источников, требующих дополнительной научной экспертизы на точность. Есть в сети Интернет и отдельные материалы, носящие фальсификаторский характер.

Учитывая актуальность темы, ее недостаточную разработанность в исторической науке, что подразумевает наличие значительных лакун, наличие большого количества закрытых архивных документов, необходимость новых подходов к ее осмыслению, автор книги определил цель этого издания. Она состоит в комплексном изучении всего многообразия экономических и финансовых отношений, развивавшихся в Ленинграде в июне 1941 г. — мае 1945 г.

Достижение этой цели возможно лишь при решении ряда задач. Среди них — выработка теоретических подходов к проведению исследования, всесторонний анализ историографии проблемы, изучение массива опубликованных и неопубликованных источников, сопоставление достижений историографии с данными, полученными в результате источниковедческого анализа проблемы, прослеживание динамики перестройки ленинградской экономики в условиях военного времени, изучение основных тенденций эвакуации ленинградских предприятий в другие регионы страны и особенностей функционирования фабрик, заводов и других организаций, остававшихся в Ленинграде, прослеживание процесса создания экономического механизма управления Ленинградом в условиях полной блокады, анализ экономического обеспечения мероприятий по снятию блокады Ленинграда, оценка вклада Ленинграда в экономическое обеспечение победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Научная новизна книги заключена в самой постановке научной проблемы — анализ экономической жизни Ленинграда в рассматриваемый период. Причем здесь, во-первых, по-новому определяются временны́е рамки, выходящие за период нахождения города в блокаде; во-вторых, сама попытка комплексно изучить экономическую жизнь города с научной точки зрения является новой.

Кроме того, научная новизна исследования обусловливается тем, что в нем впервые:

• с позиций новых подходов, утверждающихся в современной отечественной исторической науке в условиях теоретико-методологического плюрализма, проанализированы историографические достижения предшественников, что позволило определить уровень научной разработанности проблемы, подвергнуть критическому анализу основные публикации по ней, предложить периодизацию историографии по теме исследования с учетом количественных и качественных характеристик историографических источников;

• выявлены и изучены тенденции истории экономической жизни Ленинграда в хронологических рамках, указанных ранее; причем рассматриваются не только положительные, но и отрицательные аспекты проблемы, раскрываются истинные причины недостатков и просчетов;

• на суд читателей вынесены взгляды автора на различные аспекты исследованной проблемы, носящие дискуссионный характер, а также представлены и авторские аксиологические суждения;

• в научный оборот введено большое количество архивных документов и материалов (многие из них до недавнего времени хранились с грифами «секретно» и «совершенно секретно»), способствующих расширенному изучению рассмотренной проблемы, что создает определенные условия для ее углубленного анализа в исследовательской перспективе;

• на основе обобщенного исторического опыта сформулированы теоретические выводы и научно-практические рекомендации, имеющие, по авторскому мнению, значение для дальнейшего стратегического развития концепции экономической политики РФ в современных условиях, особенно в кризисной обстановке.

В этой книге осуществлена попытка обоснования новых взглядов на экономику блокады и ее последствия:

• вследствие эвакуации из Ленинграда в другие районы СССР промышленных предприятий, культурных, научных и учебных учреждений, а также иных организаций (здравоохранения и т. п.) в Поволжье, на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке, в Закавказских и в Среднеазиатских республиках были заложены основы многочисленных сегментов экономики, которые в последующие военные и послевоенные годы стали основой бурного экономического и культурного развития регионов Советского Союза;

• на протяжении всего периода Великой Отечественной войны Ленинград, являвшийся крупным экономическим и финансовым центром, не рассматривался руководством СССР как регион, неспособный из-за ведения боевых действий участвовать в формировании валового внутреннего продукта, нацеленного на создание военного потенциала страны. Он был, как и другие тыловые регионы страны, активным участником экономического развития государства;

• с июня 1941 г. до мая 1945 г. Ленинград не только не снижал, но и ощутимо наращивал свой сельскохозяйственный потенциал, во многом находясь на самообеспечении сельскохозяйственной продукцией, что давало возможность обеспечивать продовольствием не только горожан, но и военнослужащих Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского флота;

• в условиях боевых действий ленинградцы создали ряд экономических проектов, нацеленных на долгосрочную перспективу развития различных отраслей экономики (проект сельскохозяйственного развития, образовательные проекты, научные проекты, социально-культурные проекты и т. д.);

• во время Великой Отечественной войны и, в частности, период блокады, на ленинградских предприятиях были разработаны новые технологии, позволившие выпускать продукцию, аналогов которой не существовало в мире;

• исключение экономического потенциала Ленинграда из общей экономической и финансовой системы СССР в случае сдачи города врагу существенно затруднило бы общую победу советского народа в Великой Отечественной войне;

• обстоятельства войны вынудили государственное руководство пересмотреть подходы к стратегическому развитию экономики страны, сделав акцент на военно-экономическую составляющую. В результате Ленинград начиная с 1944 г. стал активно развиваться как единый военно-промышленный комплекс;

• вывоз из Ленинграда в 1941–1943 гг. самого современного оборудования обернулся для города в конечном счете неожиданным преимуществом: начиная с 1944 г. ленинградские предприятия и научно-исследовательские учреждения стали обеспечиваться техникой (в основном трофейной), которая позволяла выпускать продукцию военного профиля, соответствовавшую самым передовым технологиям того времени;

• опыт развития народного хозяйства в условиях блокады позволил сформировать модель экономической деятельности с использованием ограниченных ресурсов, что крайне важно в современных условиях.

Научно-теоретическая и практическая значимость этой книги состоит в том, что ее материалы, обобщения и выводы способны позитивно повлиять на освещение рассматриваемой проблемы в последующем, на дальнейшее совершенствование отечественной исторической науки. Данная монография, возможно, внесет свой вклад в определение значения Ленинграда как центра Северо-Запада страны в экономическом обеспечении победы Советского Союза в Великой Отечественной войне.

Открываются возможности использования опыта экономической и финансовой деятельности мегаполиса в экстремальных условиях, каковыми в настоящее время можно считать экономические реформы внутри страны, мировые финансово-экономические кризисы, а также экономические санкции государств Запада против РФ, нацеленные на политическую дестабилизацию в нашем государстве.

Результаты исследования экономики Ленинграда в 1941–1945 гг. могут способствовать разработке современной региональной политики, которая учитывала бы сохранившиеся традиции деятельности городских предприятий, культурные традиции горожан, менталитет ленинградцев-петербуржцев.

Глава 1. ИСТОРИОГРАФИЯ ЭКОНОМИКИ БЛОКАДЫ

История блокады Ленинграда занимает особое место в отечественной историографии. Немало внимания уделено данной проблеме и зарубежными историками. Но, несмотря на сотни монографий и многие тысячи опубликованных научных статей по блокадной проблематике, до сих пор не было ни одного исследования, в котором бы комплексно изучалась проблема экономики Ленинграда в военное время, в том числе — в дни блокады.

Важно и то, что историки, как правило, стремятся к изучению тех или иных сторон деятельности города исключительно в период вражеской осады, вырывая тем самым историю Ленинграда из общего контекста Великой Отечественной войны. Ленинград — это не только подвиг его жителей и защитников в сентябре 1941 г. — январе 1944 г., но еще и вклад второго по значимости индустриального центра страны в общую Победу в Великой Отечественной войне. Следовательно, с научной точки зрения важно оценить экономическую и финансовую деятельность Ленинграда и ленинградцев на протяжении всей войны, дав оценку вклада народного хозяйства города в разгром германского фашизма.

Именно с таких позиций в монографии осуществляется попытка анализа историографии проблемы.

Условно процесс развития историографии по исследуемой проблеме можно разделить на шесть этапов: первый — 1941–1945 гг., второй — 1946 г. — первая половина 1950-х гг., третий — вторая половина 1950-х — начало 1970-х гг., четвертый — с 1970-х по 1985 г., пятый — 1985 г. — конец первой половины 1990-х гг. и шестой — с середины 1990-х гг. до настоящего времени.

Есть основания утверждать, что первый опыт историографии экономической и финансовой деятельности Ленинграда в годы Великой Отечественной войны сформировался еще в период боевых действий 1941–1945 гг. Лучшие историки Ленинграда с первых дней войны начали готовить публикации, основанные на исторических сведениях о городе, уже испытавшем прежде влияние войны. Так, в 1941 г. вышла из печати небольшая по объему работа В. В. Мавродина, в которой он, несмотря на публицистический характер издания, научно обосновывал преемственность традиций горожан в борьбе с германскими захватчиками. При этом Владимир Васильевич обращал внимание на традицию сплоченности рабочих, выступавших на защиту своего города и Отчизны в целом18.

В историографии блокадного времени авторы часто стремились подчеркнуть преемственность производственных традиций. Например, Д. Бердникова в своей статье, опубликованной в одном из сборников научных публикаций, отмечала, что «мастерство, высокая культура производства являются традиционной чертой ленинградских рабочих, которой они всегда заслуженно гордились. В дни отечественной19 войны на основе этой славной традиции выросла новая — безоговорочно выполнять любой заказ фронта. Это в Ленинграде родился лозунг: “Фронту нужно — сделаем”, лозунг, ставший теперь руководящим принципом работы всей советской промышленности»20.

В период войны литература научного характера была менее востребована, чем та, которая предназначалась для решения практических задач. Этим во многом определялся характер изданий, выходивших из печати во время блокады Ленинграда и в целом в годы войны.

По понятным причинам в военный период актуальной проблемой было сохранение режима строжайшей экономии. Вот почему, возможно, одним из первых изданий в блокированном Ленинграде, посвященном тем или иным аспектам городской экономики, был труд, связанный с выработкой рекомендаций по организации экономного расхода электроэнергии в городской промышленности21. Издание нацеливало читателей на экономию не только энергоресурсов, но и металлов, сырья, а также на бережное отношение к оборудованию и инструментам. Авторы подчеркивали: «Надо научиться с меньшим числом рабочих давать фронту и стране все больше и больше продукции. В этом заключается сейчас важнейшая военно-хозяйственная и политическая задача всех партийных, советских, профсоюзных и комсомольских организаций, каждого коммуниста и комсомольца, каждого хозяйственника и рабочего, каждого советского человека»22.

Одной из особенностей издания было то, что в нем приводились статистические данные, дающие возможность сейчас получить представление о путях борьбы за экономию энергоресурсов. В частности, авторы отмечали: «Нужно объявить беспощадную войну всем расточителям электроэнергии. Для этого должен быть организован четкий контроль за электропотреблением на всех участках. Каждый факт расточительства электроэнергии и его виновники должны быть известны всему коллективу предприятия. Злостные расхитители электроэнергии должны сурово наказываться и предаваться суду»23.

Актуальную в то время в Ленинграде тему экономии ресурсов продолжала брошюра В. Виноградова «Экономия — закон войны»24, в самом названии которой содержалась квинтэссенция подходов трудящихся того времени к осуществлению стоявших перед ними экономических задач.

Тему экономии ресурсов косвенно продолжало небольшое издание, посвященное вопросам рационализаторства и изобретательства на производстве в условиях работы промышленных предприятий блокированного Ленинграда25.

Основная задача изданий, посвященных экономическим вопросам жизни Ленинграда военной поры, состояла в обобщении и пропаганде передового опыта сотрудников различных предприятий с целью повышения эффективности производства. Подтверждение тому — вышедшие из печати небольшие по объему издания, посвященные, например, деятельности первичных парторганизаций промышленных предприятий в боевой обстановке, а также освоение судоремонтными заводами новых видов производства для военно-морского флота26.

Практический характер носили и работы, выпускавшиеся в учебных целях. Так, в учебном издании А. Науменко «Финансовый план предприятия и кредитование промышленности»27 отдельная глава была посвящена «практике финансового планирования в ленинградской промышленности»28.

Учитывая военный и, в частности, блокадный опыт, автор отмечал, что в Ленинграде на предприятиях во время войны «задания планировались на месяц и лишь по следующим показателям: объем и виды продукции, численность персонала и фонды зарплаты по общей его сумме и категориям персонала. Снижение себестоимости, задания по накоплениям и другие финансовые показатели предприятиями планировались в редких случаях»29. Это дает возможность лучше понять особенности экономической жизни города того времени. Например, указывалось на то, что финансовое планирование на предприятиях Ленинграда после прорыва блокады ограничивалось составлением финансовых планов, в которых отмечались лишь упрощенные сведения о направлении средств и источниках их покрытия. Однако стали составляться сметы производства общезаводских, цеховых расходов, а также плановых и отчетных калькуляций основных видов продукции30. Ценность издания во многом состоит в том, что в нем есть ряд важных статистических сведений. В частности, сведении о состоянии оборотных средств городских предприятий. Приведены данные о том, что «сумма изъятых оборотных средств у предприятий только за второй и третий кварталы 1943 г. и по неполному кругу предприятий Ленинграда составила 158,6 млн руб. В том числе по Наркомату судостроения — 46,8 млн руб., Наркомату электропрома — 16 млн руб., Наркомпищепрому — 31,8 млн руб., Наркомату мясомолпрома — 11 млн руб., Наркомату местпрома — 8 млн руб. и по Промкооперации — 45 млн руб. Из выявленных излишков оборотных средств в порядке перераспределения были пополнены оборотные средства ряду ленинградских предприятий, в том числе по Наркомэлектропрому в сумме 7,3 млн руб.»31.

Важной представляется также информация о том, что по директиве ленинградского Горкома ВКП (б) на всех предприятиях города в течение 1943 г. были пересмотрены нормативы собственных оборотных средств и мобилизации внутренних резервов. Это способствовало выявлению недостатка и излишков денежных средств у различных организаций.

Историография военного периода выявила и ряд издержек. Так, не все исследователи тех лет, анализируя состояние экономики СССР военного времени, посчитали опыт экономического развития Ленинграда основанием для изучения. Примером тому стала небольшая работа обобщающего характера, подготовленная Б. Сухаревским32, в которой автор осуществил попытку выявить основные тенденции развития экономики Советского Союза в ходе Великой Отечественной войны, но не счел нужным дать хотя бы краткую оценку экономического вклада Ленинграда в общую победу страны.

Второй этап развития историографии характеризуется написанием научных трудов, подготовленных по горячим следам. Их авторами были в основном участники или свидетели событий. С одной стороны, это были, безусловно, очень компетентные авторы, познавшие проблему на собственном практическом опыте, что одновременно было и недостатком, поскольку в тех обстоятельствах роль субъективистских подходов к оценке происходивших событий была высока.

К сожалению, даже основательная работа Н. А. Вознесенского, посвященная анализу экономической деятельности Советского Союза в годы войны, почти не затрагивала сюжеты, связанные с экономической деятельностью ленинградских предприятий33. Его работа стала, пожалуй, единственным заметным трудом, в котором по горячим следам была сделана попытка проследить основные тенденции развития отечественной экономики в масштабах всей страны. Правда, еще более скромными оказались попытки исследования тех или иных сторон экономической жизни страны. В частности, К. Н. Плотников, написав очерки истории бюджета СССР, кратко коснулся и бюджетной истории военного периода. Однако автор не акцентировал внимание на тех или иных регионах Советского Союза, включая Ленинград34.

Научные интересы ученых тех лет больше были связаны с историей финансов в зарубежных странах. В частности, в 1948 г. была опубликована монография А. М. Алексеева, в которой автор описывал использование денег во время Второй мировой войны Японией, Германией, Англией и США35.

В 1950-е гг. большинство публикаций, посвященных истории блокады Ленинграда, чаще всего освещали вопросы героизма ленинградцев, трудившихся в городе-фронте. Лишь изредка отдельные авторы сообщали сведения, касавшиеся различных сторон экономической жизни города во время войны. Одним из примеров тому служит работа А. А. Карасева, в которой он отмечал, что для трудящихся блокадных предприятий были пересмотрены производственные нормы, предусматривавшие их снижение на 15–40%, однако бывали случаи, когда рабочие отказывались от такой «льготы», желая работать по общеустановленным в стране нормативам36.

К истории советской экономики, точнее финансов, проявил интерес канадский исследователь украинского происхождения П. Л. Кованьковский, выпустивший в 1951 г. в Германии небольшую, но емкую по содержанию брошюру37. Содержание его работы основывалось на данных советской периодической печати периода Великой Отечественной войны. Сверка автором данных, опубликованных П. Л. Кованьковским, с данными Государственного архива Российской Федерации и Российского государственного архива экономики выявила важное обстоятельство: данные советской периодической печати отличались высокой точностью и правдивостью. При этом советская историография исследуемой проблемы второй половины 1940 г. — начала 1950-х гг. отличалась явной политической ангажированностью и развивалась исключительно в фарватере идей сталинизма.

Третий этап развития историографии проблемы отличался процессом накопления информации, в том числе и архивных документов. Тем не менее, советским публикациям явно недоставало критичности суждений и оценок, стремления к крупным обобщениям.

В конце 1950-х — начале 1960-х гг. зарубежные авторы анализировали отдельные аспекты советской экономики в разные годы, в том числе и в период Великой Отечественной войны. Особенностью тех публикаций был поверхностный взгляд на развитие экономических тенденций, а также некоторое преувеличение роли других государств в успешном росте экономики СССР. При этом труды иностранных ученых носили нравоучительный, а зачастую критиканский характер. Им были свойственны общие рассуждения на тему экономики, не подкреплявшиеся обобщенными статистическими сведениями38.

В тот же период времени зарубежные исследователи ряда университетов уделили пристальное внимание истории блокады Ленинграда, выпустив за относительно короткий срок несколько монографий, посвященных этой проблеме39.

В середине и в конце 1960-х гг. изучение различных сторон экономики Ленинграда в военные годы продолжало носить фрагментарный характер. Это хорошо видно на примере крупного очерка «Финансовая служба Вооруженных сил СССР в период войны», в котором, в частности, говорилось о деятельности органов военных сообщений на северо-западе страны40.

«Крупицы» сведений об экономике Ленинграда публиковались в те годы и в других обобщающих работах, в частности, в очерке, посвященном истории военных сообщений и очерке о финансах СССР в годы Великой Отечественной войны41.

В 1960-е гг. появился ряд крупных публикаций, в которых исследователи затрагивали некоторые важнейшие аспекты экономической жизни Ленинграда в годы войны. Н. Д. Худякова, например, выпустила монографию, посвященную поддержке блокированного Ленинграда жителями других городов и республик Советского Союза42. В ней приводились многочисленные статистические сведения, свидетельствовавшие не только о всенародной поддержке города, но и о конкретных экономических «вливаниях» в развитие городской промышленности в условиях войны. Так, Нина Дмитриевна сообщала, что Воркута за время войны прислала Ленинграду 551 900 тонн угля, в том числе в 1943 г. 195 300 тонн, а в 1944 г. 356 600 тонн43.

О такой важной отрасли экономики, как строительство, на примере Ленинграда периода войны писал Н. А. Монаков. Он обратил внимание на то, что строительство в Ленинграде в военные годы обладало своей спецификой — оно было связано с ведением восстановительных работ. Этот факт автор подтверждал конкретными цифрами: в 1944–1945 гг. в Ленинграде «было восстановлено и введено в эксплуатацию около 1,6 млн кв. м. жилой площади, 205 школ, 237 детских садов и яслей, более 3 тыс. больничных коек»44.

О деятельности рабочих ленинградских предприятий комплексный труд был подготовлен В. А. Ежовым, который в своей основательной работе обратил внимание на ряд, казалось бы, совершенно неожиданных моментов. Например, на тот факт, что после снятия блокады до конца войны благодаря усилиям ленинградских рабочих в области были восстановлены 1095 колхозов, 60 совхозов, 20 МТС45.

Вторая половина 1960-х гг. была отмечена выходом в свет ряда монографических изданий, обладавших сходными чертами. Во-первых, все они, за редким исключением, были изданы в Ленинграде, что свидетельствует о видении блокадной проблематики как явления местного характера, а не общесоюзного значения. Во-вторых, исследование экономических вопросов в них занимало второстепенное место. Это видно на примере работ С. П. Князева и коллективного фундаментального труда «Очерки истории Ленинграда»46. В то же время во второй половине 1960-х гг. появились первые попытки изучения тех или иных сторон экономической деятельности в Ленинграде в годы войны. Пример успешного осуществления такого исследования — монография Г. Л. Соболева, посвященная изучению самоотверженного труда ленинградских ученых в период Великой Отечественной войны47.

В начале 1970-х гг. зарубежные историки, особенно американские, в своих исследованиях продолжали тенденцию к крупным теоретическим обобщениям, не всегда основанным на добротной фактической базе48. Пример тому — работа А. Саттона, в которой среди главных выводов есть вывод о том, что Советский Союз не смог бы победить в Великой Отечественной войне, если бы не довоенная помощь со стороны США в процессе индустриализации. При этом автор ограничился лишь общими рассуждениями, игнорируя такой крупный экономический центр, каковым был в годы Великой Отечественной войны Ленинград49.

Четвертый этап развития историографии проблемы, пришедшийся на начало 1970-х гг., отличался от предыдущих стремлением историков перейти от описательного восприятия истории блокады Ленинграда и ее экономической жизни к научному осмыслению происходившего. Особенностью 1970-х гг. стало то, что это время было ознаменовано подготовкой ряда диссертаций, в которых изучались различные вопросы истории блокады Ленинграда. Н. Е. Чернов, Л. А. Суетов, В. С. Семкин, Л. Н. Михеева, Н. И. Манаев, Е. И. Финогенов, Н. Д. Козлов, работая в духе своего времени, писали о партийном руководстве теми или иными сферами деятельности ленинградцев, что ни в коей мере не снижает их вклада в общее дело изучения истории блокады Ленинграда50.

Но если диссертационные исследования, связанные с историей военного Ленинграда, начали защищаться в основном со второй половины 1970-х гг., то статьи и монографии по этой проблематике с самого начала 1970-х гг. выходили постоянно. Представляется, что заметным явлением в то время стали труды ленинградского историка А. Р. Дзенискевича. Андрей Ростиславович, проведя основательные исследования в ленинградских архивах, ввел в научный оборот совершенно новые сведения, позволившие ближе к объективности рассмотреть историю деятельности ленинградских предприятий в период Великой Отечественной войны51.

Таким образом, в 1970-е гг. появились крупные качественно новые научные труды, в которых исследовались те или иные стороны экономической жизни блокированного Ленинграда. При этом в масштабах всей страны продолжалось изучение истории экономической деятельности государства в военный период, что в какой-то мере тоже вносило вклад в изучение истории ленинградской экономики в годы Великой Отечественной войны. Примеры тому — интересные работы В. П. Дьяченко и А. И. Еремина.

В 1978 г. В. П. Дьяченко опубликовал свой труд, посвященный истории финансовой системы страны с 1917 по 1950 г.52 Работа представляла собой монографию, в которой прослеживалась динамика советской финансовой системы с момента ее зарождения до первых послевоенных лет. Книга В. П. Дьяченко была первой попыткой комплексного подхода к оценке усилий Советского государства по совершенствованию финансовой системы страны с учетом внутриполитической конъюнктуры.

Хотя доклад А. И. Еремина был посвящен исследованию истории советской промышленности в целом, в силу ряда причин он был во многом основан на материалах Ленинграда, что, несмотря на скромный тираж издания, существенно повышает его вклад в развитие историографии проблемы53.

1970-е гг. были своеобразной пробой пера специалистов по истории Ленинграда в годы войны, а десятилетие спустя, начиная с 1980 г., внимание к научному изучению различных аспектов истории блокады существенно возросло. Это подтверждают не только количественные показатели (более 20 защищенных диссертаций по этой проблематике), но и тот факт, что две из них — диссертации А. Р. Дзенискевича и В. А. Кутузова — были докторскими исследованиями. А. Р. Дзенискевич подвел «промежуточный» итог своим научным изысканиям в области изучения деятельности рабочих ленинградской промышленности, а В. А. Кутузов посвятил свой труд комплексному изучению истории восстановления народного хозяйства Ленинграда54.

Если диссертации Г. И. Абакумова, А. Н. Посметьева, Б. Е. Фейгина, А. Е. Алексеенкова, А. В. Терещука, Ю. И. Малова, Ю. В. Басистова, В. С. Пашина, М. А. Евдокимова, Л. К. Кочерги больше касались моментов, связанных с обороной Ленинграда55, то в диссертациях В. В. Гришкова, М. В. Ежова, А. П. Жильцова, В. Н. Малярова, В. Г. Бортневского, С. В. Степашина, А. Г. Мусаева, И. С. Башенькиной, А. И. Калинина, В. Е. Ляшова затронуты те или иные аспекты экономической жизни Ленинграда в годы Великой Отечественной войны56.

1980-е гг. были последним десятилетием политизированного подхода историков к оценке событий 1941–1945 гг. в Ленинграде. В то же время идеологические установки тех лет ни в коей мере не снижают научной ценности многих работ того времени. Пример тому — «Очерки истории Ленинградской организации КПСС (1918–1945)», авторский коллектив которого справедливо был удостоен за свое исследование Государственной премии СССР. Ученые, работавшие над этим фундаментальным исследованием, не только детально изучили деятельность ленинградской партийной организации, но и ввели в научный оборот многочисленные новые сведения об экономической жизни Ленинграда в годы Великой Отечественной войны57.

В 1980-е гг. в крупных научных трудах, посвященных экономической деятельности СССР в 1941–1945 гг., чаще всего экономическая жизнь Ленинграда не затрагивалась. Одним из редких исключений стала монография Я. Е. Чадаева58. В частности, представляют интерес опубликованные им сведения об эвакуации ленинградских предприятий в начальный период войны59. Большое значение для исследователей имеют и данные о том, что после завершения эвакуации в городе количество фабрик и заводов резко сократилось. Если в 1940 г. в Ленинграде работали 95 предприятий, выпускавших продукцию, ориентированную на потребности 11 наркоматов страны, то к 1943 г. ситуация качественно изменилась и таких предприятий в городе осталось только 58.

При этом вместо почти 250 тыс. работников фабрик и заводов в блокированном городе осталось менее 50 тыс. По сведениям Я. Е. Чадаева, за первые шесть месяцев войны ленинградский военпром дал фронту 480 бронемашин, 713 танков, 58 бронепоездов и в десять раз больше боеприпасов, чем с января по июнь 1941 г. Автор справедливо отмечал, что благодаря восстановлению деятельности Волховской электростанции начиная с марта 1942 г. в Ленинграде резко увеличились объемы выпуска военной продукции. В частности, в 1942 г. на ленинградских предприятиях было изготовлено 8 миллионов снарядов, авиабомб и мин60. Представляют интерес и сведения Я. Е. Чадаева о восстановлении производства в Ленинграде в 1944 г.61

В отечественной и зарубежной историографии содержатся разные сведения о расходах Советского Союза в годы Великой Отечественной войны. Я. Е. Чадаев привел в своей монографии данные, в которых расходы Советского Союза в годы Великой Отечественной войны были занижены примерно в десять раз62. К сожалению, эту ошибку со ссылкой на монографию Я. Е. Чадаева повторяют другие исследователи63.

В 1980-е гг. несколько расширился диапазон экономических вопросов, изучавшихся исследователями. П. Ф. Гладких анализировал деятельность органов здравоохранения Ленинграда, П. М. Плотников посвятил свою небольшую работу изучению опыта хлебопекарной промышленности, В. А. Ежов и В. А. Кутузов независимо друг от друга подготовили значительные труды, в которых исследовались вопросы восстановления экономики Ленинграда, П. Г. Гончаров уделил большое внимание изучению торговли Ленинграда в годы войны64.

Первая половина 1980-х гг. была периодом спада исследовательского интереса зарубежных авторов к теме истории блокады Ленинграда. Косвенно это можно объяснить тем, что многие иностранные историки того времени больше интересовались политологическими аспектами современной истории, что, как представляется, в целом отрицательно сказалось на общем исследовательском процессе. В период «затишья» одной из немногих заметных публикаций стала работа американского исследователя Р. К. Штейна «Блокада Ленинграда»65.

В 1985 г. из печати вышла монография В. И. Демидова «Снаряды для фронта». Хотя издание было посвящено исследованию относительно узкого вопроса, в нем было немало ценных обобщающих сведений. В частности, автор отмечал, что с начала войны и до конца 1943 г. ленинградскими промышленными предприятиями было изготовлено и направлено на фронт 836 танков, отремонтировано 1346 танков, выпущено 150 тяжелых морских орудий, более 4,5 тысяч единиц сухопутной артиллерии разных калибров, свыше 12 тысяч станковых пулеметов, более 200 тысяч автоматов, миллионы артиллерийских снарядов и мин66.

Пятый этап развития историографии проблемы во многом был связан с позитивными переменами перестроечного периода, когда свобода слова стала реальностью общественной и научной жизни в Советском Союзе. При этом представляет интерес и такой факт. В период перестройки, когда многие авторы научных и особенно публицистических изданий соревновались в остроте суждений и выявлении различных негативных страниц прошлого, ученые — исследователи истории Ленинграда 1941–1945 гг. не стремились к публикации работ ажиотажного характера. Их статьи и монографии продолжали тяготеть к академическому стилю исследования тех или иных сторон проблемы. На фоне относительного публикационного «затишья» второй половины 1980-х гг. были защищены многочисленные кандидатские диссертации, часть которых носила новаторский характер и способствовала утверждению качественно новых подходов к изучению истории Ленинграда времен Великой Отечественной войны. Главными из них стали стремление к объективности, к реальной оценке роли большевистской партии в организации борьбы с врагом.

Последний, шестой, этап развития историографии проблемы начался с середины 1990-х гг. и продолжается до сих пор. Он стал следствием не столько смены общественных отношений в России, сколько «вызреванием» качественно нового осмысления проблемы. Уровень научных трудов в тот период был столь высок, что вполне заслуживал комплексного исследования. В 1995 г. В. П. Гриднев защитил докторскую диссертацию, посвященную анализу отечественной историографии обороны Ленинграда в 1941–1945 гг.67 Валерий Павлович не только дал оценку научной деятельности за несколько десятилетий, но и попытался предопределить наиболее перспективные проблемы, ожидавшие своих исследователей. Среди них — проблема экономики Ленинграда в период войны. Частично его рекомендации были реализованы через два года историками Н. С. Ниязовым и А. Н. Гончаром. Но если диссертация Н. С. Ниязова была посвящена социально-экономическим вопросам развития военно-промышленного комплекса накануне войны68, то в исследовании А. Н. Гончара всесторонне изучалась роль ВПК Ленинграда в обороне города в 1941–1944 гг.69 Обращает на себя внимание также защищенная в 1990-е гг. по совокупности научных трудов докторская диссертация М. В. Ежова, посвященная в значительной мере вопросам управления экономикой города. В своей монографии, посвященной вопросам местного самоуправления Ленинграда в годы Великой Отечественной войны, Михаил Викторович ввел в научный оборот архивные документы, позволившие лучше понять роль исполнительных органов в организации эвакуации населения города в начальный период войны, оценить роль института уполномоченных в управленческой деятельности, проследить динамику городского жилищно-коммунального хозяйства в условиях военного времени. Немалую ценность представляют сведения об ассигнованиях на восстановление Ленинграда, а также о прямых материальных потерях населения, общественных организаций, государственных предприятий и учреждений города70. Важным исследованием 2000-х гг. стал труд, посвященный восстановлению и развитию такой важной отрасли экономики, как энергетика, без которой немыслимо функционирование других экономических отраслей71. В 2021 г. была защищена диссертация, посвященная путям снабжения города в годы вражеской блокады72. Проблемам эвакуации и обустройства эвакуированного населения посвящена диссертация Юлии Александровны Мелиховой73. Особую ценность представляет диссертационное исследование Н. Д. Пригодича, посвященное тыловому обеспечению авиации, участвовавшей в обороне Ленинграда74. Свой вклад в развитие изучения проблемы внесли и другие диссертационные исследования, не имевшие прямого отношения к экономической и финансовой проблематике75.

Важной для настоящего исследования является статья заведующего архивом Санкт-Петербургского монетного двора М. И. Смирнова, вышедшая из печати в 1995 г. Автор указал на то, что Ленинградский монетный двор накануне Великой Отечественной войны был крупнейшим среди европейских предприятий монетной отрасли76. Автор описывал трудные годы, которые пришлось пережить сотрудникам Ленинградского монетного двора. Самый тяжелый период он описывал так: «В апреле 1942 г. из блокадного Ленинграда удалось вывезти с эшелоном один вагон готовой монеты на сумму 836 тыс. руб. Но этот запас оказался весьма незначительным для того, чтобы решить создавшиеся трудности в денежном обращении страны. К чеканке разменных монет в Краснокамске приступили только в следующем, 1943 г., а на Ленинградском монетном дворе и того позднее — весной 1944 г.»77.

В 1942 г. Ленинградский монетный двор получил госзаказ на изготовление медалей Великой Отечественной войны. Автор отмечал, что на заводе была острая нехватка кадров: «война разметала бывших работников, кого на фронт, кого в Краснокамск, а кого и в могилу…»78 В результате на монетный двор органы государственной власти Ленинграда стали переводить рабочих с хлебозаводов, столовых, различных заводов (Ижорского, «Красного выборжца», «Кировского») наиболее крепких людей в городе. В 1943 г. бойцам и командиром Ленинградского фронта вручались медали, отчеканенные на Ленинградском монетном дворе79. Как видно из воспоминаний, возможность морального стимулирования защитников Ленинграда порой ценилась больше, чем деятельность предприятий по выпуску различной, в том числе и военной, продукции.

Очень плодотворной была в конце 1990-х гг. деятельность А. Р. Дзенискевича. Его монография «Фронт у городских стен. Малоизученные проблемы обороны Ленинграда. 1941–1944», несмотря на то что была выпущена небольшим тиражом, сыграла важную роль в понимании историками роли ленинградских предприятий в достижении победы над врагом80. В этой книге на основе рассекреченных незадолго до ее написания архивных документов проанализирована работа ленинградской промышленности по основным отраслям производства и отмечен вклад каждой из них в оборону Ленинграда. Особое место уделено деятельности предприятий авиационной промышленности, которая прежде историками не исследовалась.

В том же году вышла другая монография А. Р. Дзенискевича «Блокада и политика. Оборона Ленинграда в политической конъюнктуре»81, в которой на основе архивных документов и обширной историографии исследовались многочисленные проблемы экономики города. При этом особый акцент делался на изучении управленческой деятельности и роли ленинградской промышленности в достижении победы в войне.

В 2002 г. из печати вышла монография А. Р. Дзенискевича, посвященная деятельности медицинских работников, занимавшихся научно-исследовательской работой в условиях блокады Ленинграда82. Этот аспект экономической жизни города прежде не изучался, поэтому Андрея Ростиславовича справедливо следует считать первопроходцем этого научного направления. В книге описана деятельность 13 медицинских институтов, в том числе Ленинградского института переливания крови, института вакцин и сывороток, Ленинградского нейрохирургического института, Ортопедического института им. Г. И. Турнера, Государственного научно-исследовательского психоневрологического института им. В. М. Бехтерева и др.

К сожалению, ряд монографий в силу разных причин оказался почти не замеченным исторической общественностью. Пример тому — богатая фактическим материалом работа, посвященная деятельности морского арсенала83. Ее особенность состоит в том, что она вобрала в себя не только научные сведения, проанализированные и обобщенные автором, но и воспоминания сотрудников арсенала, а также ряд документов, характеризующих его деятельность в период Великой Отечественной войны.

В начале XXI в. интерес к истории Ленинграда периода Великой Отечественной войны усилился. При этом примерно шестая часть всех диссертационных исследований посвящена изучению экономических вопросов жизни города. Важный вклад в изучение проблемы внесли работы А. А. Амосовой, М. В. Ходякова, Ж. В. Колесовой, С. Г. Бандурина, М. П. Гурова84.

Вероятно, не следует пренебрегать достижениями и других исследователей, которые, занимаясь изучением самых разных аспектов военной истории Ленинграда, часто неоднократно обращались к вопросам экономической жизни горожан, предприятий и учреждений85.

Оценивая вклад историков в развитие историографии проблемы, следует особо остановиться на научной деятельности Н. Д. Худяковой, которая, отметив в июне 2013 г. свой столетний юбилей, продолжает активно заниматься изучением истории помощи, оказывавшейся Ленинграду другими регионами СССР и другими странами. Нина Дмитриевна обращает внимание и на обратную связь — на поддержку ленинградцами других городов и республик Советского Союза. В середине 2000-х гг. из печати вышли несколько ее публикаций, в которых освещались неизвестные ранее стороны экономической жизни Ленинграда в годы Великой Отечественной войны86. Особенностью каждой из опубликованных статей было то, что они основывались на архивных документах и на впервые вводившихся в научный оборот материалах региональной периодической печати. В частности, Н. Д. Худякова отмечала контакты ленинградцев с колхозниками Киргизии, Узбекистана и других республик СССР. Она обратила внимание на многообразие складывавшихся отношений между ленинградцами и национальными регионами страны, что заметно отличает работы Н. Д. Худяковой от других публикаций, в которых авторы не обращали внимания на такой важный срез экономической жизни ленинградцев87.

Большую ценность в исследовании проблемы представляет монография В. Н. Малярова88. Она посвящена событиям, происходившим в разных регионах страны, где велись боевые действия. Значительную часть работы составляет описание строительных работ по созданию рубежей и укрепрайонов под Ленинградом и непосредственно в самом городе. Отдельные главы посвящены истории научно-технической помощи военным стройкам, снабжению строительств материальными ресурсами, в том числе в Ленинграде. Монография основана на обширных материалах Государственного архива РФ, Российского государственного архива социально-политической истории, Архива Российской академии наук, Центрального архива Министерства обороны РФ, Российского государственного архива литературы и искусства, Российского государственного архива экономики, Центрального военно-морского архива, Центрального государственного архива Санкт-Петербурга.

Монография В. Л. Пянкевича, изданная в 2001 г., была посвящена процессу восстановления экономики СССР в целом89, но многие исследованные в ней сюжеты связаны с экономической деятельностью Ленинграда. Анализируя историографию восстановления советской экономики в годы Великой Отечественной войны, материальных последствий войны и их влияние на экономику государства, Владимир Леонидович доказал, что исследователи недостаточно уделяли внимание изучению экономической ситуации в Ленинграде в период Великой Отечественной войны.

Выдающимся исследованием стала монография А. З. Ваксера, посвященная истории восстановления и развития города начиная с 1945 г.90 Хотя эта работа посвящена истории событий послевоенного периода, в ней есть ряд важных наблюдений и обобщений, касающихся периода войны. В частности, по оценке Александра Завельевича, 30–40% довоенных жителей Ленинграда (1–1,3 млн чел.) не возвратились в город после войны. Они погибли на фронте, скончались во время блокады, умерли в эвакуации, остались в других городах со своими предприятиями, продолжали служить в армии91. Это обстоятельство позволяет по-новому взглянуть на проблему кадров в Ленинграде во время Великой Отечественной войны. Приводимые А. З. Ваксером обобщенные статистические сведения о вернувшихся в город и выбывших из Ленинграда в 1944 и 1945 гг.92, а также данные о численности населения в 1941–1945 гг.93 дают возможность глубже оценить демографическую ситуацию того времени.

Существенный вклад в развитие историографии внесли публикации ветерана Великой Отечественной войны профессора М. И. Фролова. Среди них обращают на себя внимание труды, вышедшие из печати в 2004–2011 гг.94 По мнению Михаила Ивановича, в укреплении производства в Ленинграде большую роль сыграло постановление ЦК ВКП (б) от 23 июля 1943 г. «Об укреплении рабочей силой наиболее важных отраслей народного хозяйства города Ленинграда». В результате выполнений его требований, как отмечал М. И. Фролов, на предприятия, занимавшиеся военным производством, было принято решение перевести 12 875 человек95. Другая публикация этого же автора позволяет по достоинству оценить деятельность рационализаторов и изобретателей Ленинграда в интересах фронта: 1840 «оборонных» предложений были одобрены специальной комиссией, сотни из них — реализованы96. Представляет собой ценность и еще один факт, отмеченный М. И. Фроловым: «С четвертого квартала 1943 г. вся промышленность города, выпускавшая вооружение и боеприпасы, решением ГКО была включена в общесоюзный план народного хозяйства»97. Таким образом, еще находясь в условиях блокады, предприятия города, в сущности, без всяких поблажек были нацелены на решение общесоюзных экономических задач.

Ряд историков на протяжении очень длительного периода вносили значительный вклад в исследование тех или иных экономических сторон жизни Ленинграда 1941–1945 гг. Среди них непременно следует отметить основательные публикации В. М. Ковальчука, вклад которого в изучение, в частности, истории транспорта и коммуникаций трудно переоценить. На протяжении 1980-х — 2010-х гг. он издал и выпустил под своей редакцией ряд работ, без которых современный анализ экономической жизни Ленинграда того времени был бы крайне неполным98. При всем многообразии научной деятельности В. М. Ковальчука по изучению истории различных сторон военной жизни Ленинграда, особую ценность представляют его исследования, касающиеся деятельности транспорта. Так, в монографии «900 дней блокады. Ленинград, 1941–1944: посвящается 60-летию Великой Победы» подробно описаны водные перевозки по Ладожскому озеру осенью 1941 г., деятельность Ладожской ледовой автомобильной дороги в 1941–1942 гг., навигация на Ладожском озере в 1942 г. деятельность железнодорожного транспорта в 1943 г. К 95-летию В. М. Ковальчука Санкт-Петербургским институтом истории РАН был подготовлен сборник научных статей, многие из которых посвящены проблематике Великой Отечественной войны и блокады Ленинграда. Для настоящего исследования в этом издании представляют интерес публикации Г. Л. Соболева «Ленинградские учреждения АН СССР в блокадном дневнике Г. А. Князева»99 и Е. Д. Твердюковой «Торговля в Ленинграде после снятия блокады (1944–1945 гг.)»100.

Двухтысячные годы были периодом явного перелома в исследовании и осмыслении истории блокады Ленинграда и всей деятельности города в период Великой Отечественной войны.

Именно в первое десятилетие XXI в. произошел качественный скачок в познании ленинградской действительности 1941–1945 гг. В этом процессе, представляется, важную роль сыграли научные труды Н. А. Ломагина и, в частности, его докторская диссертация «Политический контроль и негативные настроения ленинградцев в период Великой Отечественной войны», а также ряд его монографий, статей и изданий, которые он редактировал101. При всей важности научного вклада Н. А. Ломагина в развитие историографии о блокаде у работ Никиты Андреевича есть еще одна важная заслуга. Он не просто поднял ряд вопросов, о которых прежде было не принято писать историкам, но и показал пример того, насколько корректно и деликатно следует оценивать и излагать суть тяжелых событий блокадного времени.

Из общего ряда крупных публикаций об исследуемых событиях заметно выделяется монография С. В. Ярова «Повседневная жизнь блокадного Ленинграда», переизданная в 2023 г.102 В этом труде, основанном на солидной источниковой базе, автор провел исследование нравственных изменений, происходивших в людях в самый напряженный период блокады осенью 1941 г. весной 1942 г. Рассматривая проблему всесторонне, Сергей Викторович изучил ее и в условиях деятельности трудовых коллективов, что позволяет осмыслить экономику Ленинграда того времени с историко-психологических позиций.

Монография крупнейшего в России исследователя советско-финляндских отношений Н. И. Барышникова «Блокада Ленинграда и Финляндия. 1941–1944» не имеет прямого отношения к истории экономической жизни Ленинграда в годы Великой Отечественной войны103. Однако в ней есть богатый материал о деятельности финляндской армии, существенно влиявшей на экономическую ситуацию в Ленинграде. В монографии есть важные сведения об историко-исследовательских публикациях на русском и иностранных языках, приводится указатель имен, в том числе и персоналий, активно влиявших на экономическую жизнь военного Ленинграда.

Несколько особняком от другой научной литературы стоят материалы научно-практической конференции «Война и блокада Ленинграда в коллекциях музеев и библиотек»104. Являя собой, с одной стороны, образец историографии, это издание, с другой стороны, в значительной мере описывает материальные источники, свидетельствующие об истории блокады Ленинграда, поскольку представляют сведения об экспозициях музеев. Среди них такие музеи, как музей истории Ленэнерго, музей завода М. И. Калинина, коллекция трамвайного музея, музей истории ОАО «Климов», музей предприятия «Гознак», музей гигиены и Центра медицинской профилактики Санкт-Петербурга, Ботанический музей и т. д.

С 2007 г. до настоящего времени из печати вышло немало глубоких по содержанию работ, вносящих свой вклад в разработку исследуемой проблемы105. Эти публикации опираются на труды многочисленных предшественников и, вместе с тем, во многом носят новаторский характер. Они в значительной мере позволяют приблизиться к объективному пониманию процессов, происходивших в сфере развития народного хозяйства Ленинграда в период Великой Отечественной войны.

В последние годы на фоне крупных публикаций уже известных авторов появился ряд новых работ, внесших ощутимый вклад в развитие историографии проблемы. Среди них работы М. А. Шляхтунова, Н. В. Бекжановой и А. А. Балакиной106.

В 20-е годы ХХ века появилось много исследований, посвященных различным финансовым аспектам Великой Отечественной войны107. Актуальной для современных россиян проблеме финансовой грамотности населения, но в период Великой Отечественной войны, посвящена работа ученых Кубанского государственного аграрного университета им. И. Т. Трибилина108. Но финансовым вопросам непосредственно блокадного Ленинграда и экономическому вкладу блокированного города в период войны посвящено лишь диссертационное исследование А. В. Зотовой109.

Немало работ зарубежных авторов было посвящено вопросам истории блокады Ленинграда110. Но экономические проблемы города в тот тяжелый период не становились объектом научного исследования. Авторы лишь время от времени обращали внимание на тяжелую экономическую ситуацию111, что и так был очевидным. Иностранные исследователи описывали страдания людей, попавших в условия блокады. Специалистов из-за рубежа больше интересовали и интересуют до сих пор вопросы организации торговли, в том числе и на «черном» рынке. Денежные отношения описываются в англоязычном интернет-ресурсе «Блокада Ленинграда»112.

За рубежом в последнее время издается немало литературы небольшого объема о блокаде Ленинграда. Она не представляет собой научной ценности и носит, скорее всего, научно-популярный характер. Эти издания обычно создаются на основе электронных ресурсов113. Возможно, эти публикации не следовало бы упоминать, однако сам факт их существования свидетельствует о востребованности у широкого круга читателей разных стран темы ленинградской блокады.

Редким исключением среди иностранных публикаций о блокаде общего характера является небольшая работа Ричарда Бидлака «Рабочие в войне: Заводские рабочие и трудовая политика в блокированном Ленинграде», вышедшая в университете Питсбурга (США) в 1991 г.114

Следует обратить внимание и на публикацию американской исследовательницы П. Барсковой 2010 г.115 Несмотря на то что статья носит сугубо культурологический характер, идеи автора о преемственности культурных традиций Петербурга, обогащенных тяжелым опытом ленинградской блокады, представляются весьма ценными. Примерно в таком же ключе исследуются вопросы блокады Ленинграда в работе другого американского ученого А. Пери, который взял за основу своего исследования ряд блокадных воспоминаний116.

Среди успехов зарубежной историографии следует отметить две коллективные публикации шведских исследователей, написанных совместно с учеными-медиками из Санкт-Петербурга. Их статьи посвящены анализу заболеваний блокадников (гипертония и раковые заболевания). Публикации были основаны на богатом статистическом материале117. Содержание этих статей свидетельствует о том, что они, скорее, написаны в рамках такой исторической специальности, как «история науки и техники», поскольку главный акцент в статьях сделан на анализе медицинской динамики. Справедливости ради следует признать, что российские медики не уступают зарубежным коллегам по изучению различных видов заболеваний у людей, перенесших ленинградскую блокаду. Среди наиболее заметных публикаций последнего времени следует отметить минимум три работы петербургских ученых-медиков118.

Немецкий профессор, доктор наук, член Берлинского общества по изучению фашизма и мировой войны Г. Хасс в своей работе «Германская оккупационная политика Ленинградской области (1941–1944 гг.)», проанализировав причины нападения Гитлера на Советский Союз, отметил экономический потенциал России в сфере продовольствия и горючего. Сославшись на генерала Г. Томаса, начальника управления военного хозяйства и вооружений верховного главнокомандования вермахта (ОКБ), он приводил его цитату: «Большевики <…> все равно нападут, их промышленность должна быть разрушена, прежде чем они будут готовы к войне»119. Таким образом, цель захвата страны заключалась в экономическом ограблении захваченных территорий и истреблении населения120. Еще раньше, в 2002 г., этот исследователь опубликовал статью о быте ленинградцев в период блокады121. Важно отметить, что Г. Хасс — известный специалист в области истории блокады Ленинграда. В частности, его перу принадлежит хорошо известная в России работа «Немецкая историография блокады Ленинграда (1941–1944)», переведенная на русский язык Н. А. Ломагиным122. Любопытно, что на немецком языке этот материал был опубликован лишь два года спустя, в 2006 г.123

Комплексное исследование истории экономики Ленинграда в период Великой Отечественной войны было бы неполным, если бы в нем не затрагивались вопросы финансовой деятельности. Образно говоря, финансы — нервы экономического организма любого государства. Именно они отражают состояние экономического положения в обществе. К сожалению, до настоящего времени в научной литературе, посвященной тем или иным вопросам экономики, тема финансов не затрагивалась. Более того, в крупнейших отечественных изданиях, посвященных финансовой жизни страны в период войны 1941–1945 гг., финансовая жизнь Ленинграда не упоминалась даже вскользь. Примеры тому — издания, вышедшие из печати в последние годы. В 2002 г. увидело свет 4-томное издание «История Министерства финансов России»124. В третьем томе описывается деятельность Министерства финансов России за 1933–1985 гг. В создании этого труда участвовали сотрудники Министерства финансов Российской Федерации, Научно-исследовательского финансового института Министерства финансов РФ, Института экономии РАН, Института российской истории РАН, Всероссийского заочного финансово-экономического института. Некоторые параграфы тома посвящены государственным займам, налогам, доходам и расходам государственного бюджета, а также деятельности Госбанка СССР, банков долгосрочного финансирования и сберкасс в годы войны. При этом работа финансовых органов Ленинграда не упоминалась. Полностью проигнорированы вопросы финансовой жизни Ленинграда в 1941–1945 гг. и в других солидных изданиях125. 27 апреля 2010 г. в Финансовой академии в Москве прошла конференция под названием «Роль финансов в обеспечении Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»126. Участники той конференции попытались во многом по-новому проанализировать финансовый вклад сотрудников банковской сферы в годы войны. Но новизна больше проявилась в подходах и оценках участников конференции тех или иных вопросов деятельности финансовых органов. К сожалению, авторы не опирались в своих изысканиях на архивные документы. Даже опубликованные источники в научный оборот вводились крайне редко. Судя по содержанию выступлений участников конференции, финансовая жизнь Ленинграда в годы войны не представляла для них интереса.

В 2013 г. в многотомном фундаментальном труде «Великая Отечественная война 1941–1945 годов» истории финансов в период боевых действий был посвящен отдельный раздел, что свидетельствует о внимании, уделяемом современными исследователями вопросу финансового обеспечения в ходе борьбы советского народа с гитлеровскими захватчиками127. Годом раньше в одном из томов того же фундаментального издания блокадной жизни города и, в частности, финансовым институтам Ленинграда как важной составной части народнохозяйственной деятельности был посвящен специальный раздел128.

До настоящего времени зарубежная историография блокады Ленинграда находится лишь на подступах к осознанию важности исследования вопросов работы финансовой системы в блокированном городе. Таким образом, нетрудно заметить, что историография не только финансовой системы Ленинграда, но и народнохозяйственной деятельности города в целом в период Великой Отечественной войны представляет интерес исследователей, но мало разработана. Есть необходимость глубокого анализа источников, что позволит выстроить объективную картину деятельности народного хозяйства Ленинграда, показать его в качестве одного из важнейших инструментов борьбы против врага в период Великой Отечественной войны.

Каждый из этапов развития отечественной историографии исследуемой проблемы был следствием внутриполитической ситуации в стране, что во многом повторяет общие тенденции развития историографии в стране в целом. Однако важной особенностью динамики историографии именно этой проблемы стало то, что она на протяжении всего развития сохранила свой академический характер, не перестраиваясь, как это порой бывает, на публицистический лад.

Особенностью историографии блокады Ленинграда является то, что авторы не подверглись историографическому влиянию зарубежных коллег. Это стало следствием в основном низкого исследовательского уровня публикаций иностранных историков о блокаде Ленинграда. Что же касается изучения иностранными коллегами истории народнохозяйственной деятельности Ленинграда в годы войны, то она до сих пор не представляет для них интереса.

Спецификой развития историографии проблемы стало и то, что при всем явно не региональном значении изучения истории Ленинграда в годы Великой Отечественной войны, исследованием проблемы в подавляющем большинстве занимаются (за редчайшим исключением) только петербуржцы. Представляется, это снижает исследовательский потенциал, что неблагоприятно сказывается на изучении истории Ленинграда времен войны в целом.

Сильной стороной развития историографического процесса следует считать преемственность научной деятельности историков. Так, учениками стоявшего у истоков историографии проблемы В. В. Мавродина являются активно развивающие ее и сейчас профессора С. Н. Полторак и В. Л. Пянкевич. Все это убеждает нас в том, что изучение событий времен военного Ленинграда — перспективное направление, переживающее время крупных научных обобщений и получения качественно новых знаний о том сложном периоде истории.

Глава 2. ИСТОЧНИКИ О БЛОКАДНОЙ ЭКОНОМИКЕ

Высоко оценивая вклад коллег в развитие историографии проблемы, все же следует признать, что изучение экономической деятельности Ленинграда в 1941–1945 гг. одна из слабо изученных и, к сожалению, недостаточно осмысленных сфер истории города периода Великой Отечественной войны. И дело не только в том, что эта историографическая лакуна заметно влияет на деформированное представление об истории Ленинграда в период войны. Важно и то, что богатейший опыт экономической жизни мегаполиса в экстремальных условиях до сих пор комплексно не изучен и не применяется на практике.

Представляется, что современные достижения историков, и в первую очередь российских ученых, являются формирующей основой дальнейших исследований, стержнем которых все же следует считать источники.

В период подготовки этой монографии были использованы нормативно-правовые документы, сборники документов и материалов, отдельные опубликованные документы, материалы периодической печати, опубликованные и неопубликованные личные воспоминания, документы и свидетельства биографического и автобиографического характера, архивные документы.

В монографии использовались сведения, почерпнутые из ведомственных периодических изданий, в которых отражались всевозможные постановления, приказы, инструкции и другие указания, регламентировавшие экономическую и финансовую жизнь Ленинграда. Хотя эти издания по формальному признаку можно отнести к периодическим, по своей сути они являются нормативно-правовыми документами, которыми ленинградские чиновники разных звеньев руководствовались в своей повседневной деятельности. Следует отметить «Сборник постановлений, приказов и инструкций по финансово-хозяйственным вопросам», издававшийся Совнаркомом СССР, который являлся основополагающим для всех, в том числе и ленинградских, организаторов финансово-хозяйственной деятельности. Кроме того, представляет интерес содержание двух других регулярно выходивших изданий — «Бюллетень Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся» и «Бюллетень отдела торговли Исполкома Ленгорсовета депутатов трудящихся». В них также на протяжении многих лет, в том числе и в 1941–1945 гг., печатались документы, на основании которых организовывалась экономическая работа всех без исключения ленинградских предприятий. В этих изданиях публиковалось много статистических сведений, в том числе сведения о предприятиях, о зарплатах трудящихся, о результатах социалистического соревнования. Издания публиковали статистические сведения о взимаемых налогах с предприятий и горожан, о финансовом состоянии города, о предприятиях торговли, сельскохозяйственных предприятиях Ленинграда и многом другом.

Если перечисленные документы в годы войны публиковались постоянно с одинаковой периодичностью, то ряд нормативно-правовых документов выходил по мере их принятия теми или иными инстанциями — Народным комиссариатом финансов СССР и Народным комиссариатом коммунального хозяйства РСФСР. К числу таких документов относятся «О Государственном военном займе 1942 г.: В помощь комиссиям содействия государственному кредиту и сберегательному делу и уполномоченным сельских советов», «Объем работ, нормы времени и расценки на проектно-планировочные работы (в условиях военного времени)», «Сборник руководящих материалов по коммунальному хозяйству (на военное время)», «Сборник руководящих материалов по коммунальному хозяйству (на военное время)».

Нет сомнений в том, что документы такого рода издавались гораздо чаще, чем отмечено в монографии, но сбор их в полном объеме не входил в задачи исследования. Важно было на примере нескольких таких изданий определить экономическую политику государство в целом.

Опубликованные источники играют значительную роль в исследовании проблемы. Они не только несут ценнейшую информацию, но и помогают исследователю выбрать направления архивных поисков. Своеобразным путеводителем по опубликованным источникам можно считать статью Г. Л. Соболева, изданную в журнале «Новейшая история России»129. Геннадий Леонтьевич подробно проанализировал содержание многих из сборников документов, посвященных событиям блокады, обратив особое внимание на важность дневников и воспоминаний жителей блокированного Ленинграда. Своеобразие публикации во многом состоит в том, что Г. Л. Соболев сам пережил блокаду: научный анализ тех или иных изданий в статье сочетается с его личными впечатлениями и воспоминаниями. Например, с воспоминаниями о посещении Музея обороны Ленинграда и его экспонатах — материальных источниках.

В его статье последовательно анализируется содержание документов, публиковавшихся с 1942 г. до настоящего времени. Этот анализ важен тем, что убеждает: документов, дающих возможность на их основе изучать историю экономической жизни Ленинграда 1941–1945 гг., крайне мало.

Статья Г. Л. Соболева глубока по содержанию, но с некоторыми ее положениями трудно согласиться. В частности, трудно согласиться с мнением о том, что «вплоть до начала XXI в. отсутствовали специальные документальные публикации о помощи страны блокированному Ленинграду…»130. Представляется, что автор этих строк не принял во внимание многочисленные работы Н. Д. Худяковой, публикации которой уже подробно анализировались. Анализу новых источников по истории обороны Ленинграда железнодорожным транспортом посвящена статья А. А. Солнышкина131. Еще одним своеобразным путеводителем по источникам о блокаде Ленинграда могут служить труды А. К. Сорокина, Н. В. Бекжановой и М. Ю. Лугавцовой132. Кроме того, важным источником для анализа жизнедеятельности и работы народного хозяйства блокированного города служат аналитические исследования, проведенные на основе архивных фондов и коллекционных собраний, опубликованные в последние несколько лет133. Среди таких работ особой ценностью обладает исследование М. Л. Орловой, посвященное кинофотофонодокументам Ленинграда в военный период134.

Особенностью опубликованных документов о Ленинграде периода 1941–1945 гг. является то, что многие из них нельзя считать только документальными изданиями. Это издания, носящие «смешанный» характер. Многие из них вбирают в себя помимо документов официального характера, воспоминаний и дневников также, например, исторические очерки, фотографии, литературные произведения135. Представляется, что такое смешение источников с историографией и художественной литерат

...