Читать бесплатно онлайн книгу автора  Литавры Солнца

Игорь Северянин

Гремят лучистые литавры

Светила пламенного дня,

И, в страхе, прозные центавры

Бегут, скрываясь от меня.

Я слышу солнечное пенье,

Я вижу жизнь со всех сторон —

Победоносное лученье!

Победоносный перезвон!

Кто в солнце музыки не слышит,

Тот строф поэта не поймет.

И полной грудью тот не дышит,

И полным сердцем не живет!

Тому, кто уготовил лавры

Мне на чело, прияв меня,

Гремите, пламные литавры

Ночь побеждающего Дня!

О, как для соловья тихи

Душистые ночные бризы…

Я соловей: свои стихи

Я называю соловьизы

Овей, весна моя, овей

Колоратурные напевы,

Что выхрусталит соловей

В честь невозможной в мире девы?

Земная страсть, земная грусть,

Все то, чем дышит грудь людская,

Не вовсе чужды мне, и пусть

Я их пою, их допуская…

Но переливных соловьиз —

Не в этом основная тема:

Она — внеразумный каприз

И внерассудная поэма!

Один из варваров зарезал яблоню

И, как невинности, цветов лишил…

Чем я пленю тебя? чем я тебя пленю,

Раз обескровлена система жил?

Да, жилы яблони — все ветви дерева!

Да, кровь древесная — цветущий сок!

О, вера вешняя, ты разуверена,

И снегом розовым покрыт песок…

Чем восторгну теперь, мой друг, тебя пленя,

В саду, куда с собой любить привел,

Когда зарублена злодеем яблоня —

Жизнь для художника, для зверя — ствол?!.

Сирень, певучая новелла,

Сиреневела.

И колокольцы белолилий

Светло звонили.

Не забывали нежно-чутки

Вод незабудки.

И освещали, точно грозы,

Все в росах розы.

Несло клубникой из долины:

Цвели жасмины.

Кружились при ветрах и громах

Снега черемух.

Как золота под мотыльками,

Рожь с васильками!

И мотыльков летучий ярус —

Как перлопарус.

Раззвездился так шустро-прыток

Рой маргариток.

Зелено-бронзные букашки

Вползли в ромашки.

Малиловел смешной затейник,

Колюн-репейник,

Что носит кличку так неплохо

Чертополоха.

Зеленец леса. Синь озерец.

Орел-надгорец.

Гремели из полей зеленца

Литавры солнца.

Алокорончато пестрели

В ручьях форели.

Гудели, как струна виолы,

Мохнатки-пчелы.

И бабочки-бирюзобрюшки

Вились, где стружки.

Звенели, как оркестры струньи,

В лесах певуньи.

Бросали соловьи-солисты

Призывосвисты.

Лягушки квакали, расхорясь,

Рефрэн: «Amores».

Все это жило, расцветало

И вдруг не стало.

Все вместе называлось это —

Весна и лето!

Я топью прохожу необозримой…

Но я крылат! и что мне грани гор,

Что взор завидел мой неизмеримый,

Неизмеримый взор.

Но кто же я: зверями зверь гонимый

Иль Человек, чьи взоры — глубь озер?

Как глубь озер — мой взор неизмеримый,

Неизмеримый взор.

Порок, пороком непреоборимый,

И зверь, и человек, и метеор,

И песнь, и мысль, — и взор неизмеримый,

Неизмеримый взор!

Очаровательные разочарованья

Мне в жизни выпали в безрадостный удел.

И если я найти потерю захотел,

Ее найдя, терял иметь ее желанье.

Так все несозданное страстно ищет форм

И воплощающего в жизнь запечатленья.

Но только создано, как скуки хлороформ

Ввергает явленное к жизни — в усыпленье.