Читать бесплатно онлайн книгу автора  Дружба с жизнью — продолжение внутренних путешествий. Книга 1. Среди догадок о внимании

Виктор Кротов

Оглавление

На обложке: картина Валерия Каптерева «Земля и небо. Вариант» (из семейного архива).

Введение к заметкам
о внутренних путешествиях

Обо всех темах, затронутых в этих кратких заметках, иногда почти афоризмах, мне хотелось рассказать гораздо подробнее, подобно тому, как написано в «Письмах о внутренних путешествиях» — главной книге о дружбе с жизнью, продолжая её чуть ли не отдельными книгами по каждой теме. Некоторые отдельные книги такого рода и впрямь были написаны: о призвании, о старшести, да и некоторые другие, вобравшие в себя подходы к нескольким темам.

Однако в целом, если учесть число тематических глав каждой из трёх книг, посвящённых этим заметкам, мне уже некоторое время назад пришлось признаться себе в некоторой — хм! — опрометчивости этого замысла. Кроме того, мне стало понятно, что стремление к углублению в любую тему не имеет шансов достичь какого-то конечного результата, и я решил, что продолжать «Письма» не слишком реально.

Тем не менее, меня беспокоили те заметки, которые были сделаны на протяжении дальнейших внутренних путешествий (до и после «Писем») и должны были послужить материалом для следующих книг. И я решил привести их в достаточно читаемый вид, тем более, что большинство этих заметок имели достаточно законченную форму, а некоторые даже можно было считать афоризмами.

В таком виде я собрал эти заметки для того, чтобы самостоятельный внутренний путешественник мог сопоставить свои впечатления и открытия с моими, что чаще всего бывает довольно плодотворно.

Этим цель заметок совпадает с одно из целей «Писем из внутренних путешествий»: заразить читателя заинтересованностью в осознании его собственных мировоззренческих взглядов на жизнь, которым наверняка свойственны и сходства, и различия с авторскими взглядами.

Надо ли говорить о том, что полезно (хотя и не обязательно) перед тем, как знакомиться с заметками, прочитать книгу «Дружба с жизнью. Письма из внутренних путешествий»?..

Глава 1—1.
Изначальная фокусировка

Приданое детства

Изначальная фокусировка — приданое детства, а возможно и отрочества, доставшееся следующим возрастам. Это и опора взрослеющего человека, и предмет преодоления.

Все мы заложники заложенного на раннем этапе жизни. Но каждый может двигаться от исходной фокусировки, определяющей доставшийся способ восприятия действительности, через саморазвитие — к чему-то лучшему.

Изначальная фокусировка — это детская наивность, переплавленная окружением в традиционное для него восприятие. Это земная паутина привычных мнений, удерживающая душу от слишком смелых полётов. Это настройка внутреннего зрения ребёнка ближайшими к нему настройщиками.

Можно использовать образ исходной фокусировки для самооправдания, а не для самообновления. Но какой в этом толк?

Эмоциональная привязанность к кому-то из создателей твоей исходной фокусировки может мешать необходимым преодолениям. Это задача для внутреннего решения.

Ориентиры, которые тебе задаёт исходная фокусировка, — это лишь временный пароль для вхождения в мир.

Оптимизм и пессимизм — два примера вариантов изначальной фокусировки. Известная фраза о том, наполовину полон стакан или наполовину пуст, показывает символическую разницу между ними.

Оптимизм как свойство характера всегда индивидуален, и оптимисты могут очень отличаться друг от друга своими опорными качествами.

Чем тебя снабдили в жизненный путь, узнаёшь, когда оказываешься на самообеспечении.

К счастью, в детстве нас формируют не только конкретные люди, но и то, что создано до них.

Исходная фокусировка может не только развиваться, но и деградировать. Если она сформирована с дефектами, то может и поломаться, превратившись в психическое заболевание.

Взрослость начинается на следующий день после того, как ты в последний раз сказал: «Меня заставили».

Сберечь ребёнка-в-себе нелегко. Это не имеет ничего общего с инфантильностью. Целомудренное отношение к миру гораздо важнее. А главное — раскрытие хотя бы части тех возможностей, которыми сияет детство.

Начальную фокусировку менять трудно. Это знают психотерапевты. Ещё труднее менять её в тех основных точках, на которых держится мировоззрение. Поэтому очень важно, чтобы в начальную фокусировку входила возможность её развития.

Личность нельзя построить раз и навсегда, её нужно сооружать каждый день. Но заложить фундамент лучше заранее, когда сам человек ещё и не задумывается о построении своей личности. Это и есть начальная фокусировка.

Человеку дают подробную инструкцию по обращению с утюгом, но внятная инструкция по обращению с жизнью почему-то не предусмотрена.

Полезно всматриваться в свою детскую и подростковую жизнь, чтобы понять, из каких изначальных элементов возникло наше взрослое сознание.

Исходная фокусировка должна быть способной к самостоятельному развитию со временем. Если этого нет, все другие её достоинства меркнут.

Стремление ребёнка отодвинуться от родителей, даже любимых, — это стремление к новому опыту относительно родительского. Так же, как рекомбинация генетических свойств при зачатии — важный природный принцип, поддерживающий развитие.

Далеко не всегда мы можем судить о том, как ситуации и события влияют на конкретного человека. Даже для понимания собственного детства не всегда хватает памяти и знания внутренних обстоятельств.

Исходная фокусировка является исходной лишь с точки зрения саморазвития — как исходная основа, которая складывалась без твоего сознательного участия. Но само формирование изначальной фокусировки далеко не одномоментно и не однородно.

Изначальная фокусировка не исчезает с началом саморазвития. Она лишь начинает видоизменяться.

Наследие начальной фокусировки не исчезает в одночасье, часто вообще не исчезает. По отношению к саморазвитию оно долго будет играть инерционную роль.

Борьба саморазвития с исходной фокусировкой продолжается всю жизнь. Лишь бы развитие вело в сторону прообраза личности, а не предавалось хаотичным зигзагам.

Никакую идею не стоит браковать только потому, что она относится к исходной фокусировке. Дело саморазвития — переосвоение нажитого на начальном этапе, а не пренебрежение им.

Главное качество исходной фокусировки — насколько она располагает к дружбе с жизнью. Не просто по свойствам натуры: дружелюбию, внимательности, разумности, уважительности, — а по способности и дальше развиваться в этом направлении.

Философское или религиозное учение создаёт у неофита, принявшего его, новую исходную фокусировку. Но теперь в её формировании он участвует своим выбором и решимостью следовать ему.

Можно ли хорошо навести фокус, если ты сам близорук, без очков и всё расплывается?.. Можно ли качественно сформировать исходную фокусировку своих детей, если у тебя самого с фокусировкой большие проблемы, потому что ты никогда толком о ней не заботился?..

Не стоит говорить про исходную фокусировку человеку, у которого ничего и нет, кроме неё. Нужно начать саморазвитие, чтобы увидеть предшествующий ему этап.

Видя, как поколение, выросшее на твоих глазах, растит новое поколение, невольно приходишь, так сказать, к двойным стандартам. Прощаешь недостатки взрослым — в той мере, в которой им уже вряд ли удастся измениться. Но трудно принять как должное те недостатки, которые они, взрослые, взращивают в своих детях — по неосознанности последствий или просто по лености предпринимать нужные усилия.

Исходная фокусировка изменяется в процессе саморазвития, но эти изменения постепенно приходят к некоторому результату, который можно назвать устойчивой фокусировкой. Впрочем, и эта устойчивая фокусировка может подвергаться изменениям — по мере продолжающегося развития личности. Полная незыблемость, в отличие от устойчивости, говорит о затухающем развитии.

Человек изначально наделён громадным потенциалом свободы. Но близкие люди и общество не умеют обычно высвободить этот потенциал в первые годы человеческой жизни. Для них естественнее формировать исходную фокусировку или по лекалам собственного мировоззрения, или так, чтобы удобнее было управляться с новичком земной жизни. И слава тем редким педагогам, которые заботятся хотя бы о каких-то зёрнах свободы в складывающейся исходной фокусировке ребёнка. Взойдут они или нет — зависит уже от самого человека.

Выросший человек может лишь фрагментарно вспомнить о начальных этапах возникновения исходной фокусировки — по отрывочным внешним эпизодам и свидетельствам очевидцев. Но в этом ли дело? Важно, что делать сейчас, как развивать свою сегодняшнюю фокусировку, которая уже называется мировоззрением.

Феномен исходной фокусировки хорошо известен профессорам высшей школы. Часто преподаватель говорит первокурсникам: «Забудьте всё, чему вас учили раньше». Так начинается перефокусирование.

Другое дело мировоззренческая исходная фокусировка, с которой не так легко управиться.

Не будем забывать, что до всякой исходной фокусировки мы получаем, как подарок к получению на свет, некоторую предфокусировку: тот набор органических свойств, с которым начинаем земную жизнь. О некоторых из этих свойств мы можем даже не подозревать, хотя они уже присутствуют в нашей жизни. Считать ли это фундаментом исходной фокусировки или всего лишь материалом для неё, не так важно, как постепенно учитывать его для саморазвития и собирания личности.

Может быть, для человека важна и та финальная фокусировка, с которой он подходит к смертному переходу. Об этом говорят разные религии, об этом стоит подумать и самому — чтобы по возможности быть готовым к дальнейшему. Кто знает, попадёшь ли там, в иномирье, на курсы переподготовки…

Жизнь человека начинается с пропитывания отношением к жизни тех, кто рядом. Это отношение проявляется не только в передаче знаний и пониманий, но и в бесчисленных мелких подробностях настроений, реакций на происходящее, поступков…

Не будем думать, что исходная фокусировка носит непременно цельный характер. Напротив. Поскольку речь ещё не идёт о личном усвоении, о собирании личности, всё здесь остаётся пока довольно фрагментарным, да и противоречий обычно немало. В дальнейшем они становятся либо материалом для упрямства, либо горючим для развития.

Творческое окружение часто зарождает в человеке собственную творческую активность. Реже (но так тоже бывает) творческую активность может спровоцировать, напротив, инертность окружения. В любом случае творческий азарт — одно из замечательных достижений исходной фокусировки, но саморазвитию придётся потрудиться, чтобы развить его или хотя бы не дать заглохнуть до тех пор, пока он не окажется востребован призванием.

Многие моральные навыки входят в исходную фокусировку. Окружение добивается этого разными способами, но устойчивее всего оказываются самые незаметные подходы: собственные молчаливый пример тех, кто рядом, те ожидания, которые к тебе направлены, и прочее. Но это ещё не этическое чувство, а эхо моральных переживаний других людей. Впереди ещё свои моральные проблемы и свои необходимости выбора, на которых крепнет собственное этическое чувство.

Идеологические установки, которые общество часто прямо-таки вбивает (или старается вбить) в исходную фокусировку, — пожалуй, самое целенаправленное участие окружения в её формировании. Насколько удачны эти старания, зависит от активности саморазвития. Если оно пассивно, такие установки могут не только долго продержаться, но и пустить корни.

К исходной фокусировке можно отнести и то, что называют врождёнными свойствами. Но надо иметь в виду, что формирование окружением исходной фокусировки отчасти в том и заключается, чтобы одни врождённые свойства поддерживать и упражнять, а другие пригашать и тормозить. Ту же работу осуществляет и саморазвитие, но ему приходится иметь дело уже с двумя видами свойств: с врождёнными и с внедрёнными.

Не будем недооценивать роль бытовых психологических навыков, привитых исходной фокусировкой: навыков общения, поведения в критических ситуациях, обучения у других людей, отношения к тем, кому нужна помощь, и т. д. Эти навыки важны не только сами по себе. Они становятся почвой для тех свойств, которые позже человек будет развивать в себе сам.

Переформатирование исходной фокусировки может произойти в результате мистического или авторитетного воздействия достаточной интенсивности. Иногда человека предрасполагают к этому его внутренние свойства. Например, облегчённая податливость воздействию или особое отношение к его источнику.

Оптимизм как свойство характера всегда индивидуален, и оптимисты могут очень отличаться друг от друга своими опорными качествами.

Глава 1—2.
Увязывающее ориентирование

Приметы пути, их соединение друг с другом

Человеку естественно осваивать унаследованное, увязывать его с найденным и всматриваться в новое. Это ведёт его не только к той или иной цели, но и к цельности. Служит основой саморазвития, укрепляющего или преодолевающего исходную фокусировку и ведущего к воплощению прообраза личности.

Стремление к свободному самоопределению основано на определении главных для себя явлений, на внимании к ним и на увязывании их друг с другом.

Увязывающее ориентирование — это переход от исходной фокусировки к саморазвитию. Средство по-настоящему освоить нужное тебе, преобразить случайное и отбросить тормозящее. Поиски пути к себе настоящему. Целеполагание, ведущее к цельности.

Мы любим новости, потому что они создают иллюзию бурной жизни. Чем насыщеннее живёшь, тем меньше в них нуждаешься.

Стали бы мы умнее, если новые премудрости поступали бы к нам с такой же интенсивностью, как лента новостей?.. Или относились бы к ним столь же рассеянно, как к прочему информационному потоку?

Невнимательный воспитатель — это подслеповатый поводырь.

Мы считаем себя людьми благодарными, даже если мы всего лишь благоприёмные.

Каждому надо додуматься до своего. Как бы ему ни мешали и ни помогали.

Каждого из нас сфокусировало окружение, когда мы ещё не могли в этом сознательно участвовать. Но перефокусироваться можно и самому.

Говорят, что человек «приходит в этот мир». На самом деле он приходит со своим миром, занимает своё место среди наших миров, таких похожих и вместе с тем таких различных.

Каждый тащит из детства узелок с основными представлениями о жизни. Но не у каждого хватает духа перетряхнуть этот привычный узелок и увязать заново.

Главное, чему учат родители, — это своему отношению к жизни. Вырастая, ребёнок сам решает, что делать с этим знанием.

Исходную ориентацию, с которой ты вырос, можно изменить, можно вывернуть наизнанку, но нельзя уничтожить, будто её и не было.

Исходная ориентация — это густые заросли мнений и предубеждений, среди которых ты вырос. Или, вернее, они разрастались в тебе с раннего детства, пока ты не взялся их обиходить. Разум это может, если ты к этому готов.

Ни в каком возрасте невозможно считать человека tabula rasa. Эта табула всегда полна невидимых нам записей, на которые мы просто не обращаем внимания.

Как часто под словом «настоящий» мы подразумеваем «узаконенный прошлым».

Человеку нужна опора из принципов — подобно тому, как позвоночник служит опорой телу. Но телу нужны ещё и мышцы, способные поддерживать позвоночник. Так и душе нужна мышечная масса метафор, способных поддерживать позвоночник принципов в жизнеспособном состоянии.

Мировоззрение — это душа, научившаяся озираться вокруг.

Увязывающая фокусировка во многом определяет выбор взглядов-ракурсов, а значит и жизненных ориентиров. Поэтому полезно пробовать перефокусировать свои взгляды, хотя бы ради тренировки, как в упражнениях для глаз.

Уважай Тайну, пропитывай жизнь творчеством, становись собой — вот три начальных заповеди, которые хотелось бы передать входящему в жизнь человеку. Но, чтобы он способен был их услышать, ему надо сначала выяснить отношения с заповедями Моисея и Иисуса Христа.

Хорошо бы сначала узнать, как на самом деле устроена жизнь, а потом, руководствуясь этим, решать, как жить и что делать. Но жить и что-то делать приходится каждую минуту, не дожидаясь достоверных знаний об устройстве жизни. Поэтому разбираться в жизни и действовать в ней приходится одновременно.

Кто через кого пророчит — это вопрос веры. Содержание пророчества — вопрос ориентирования.

Желать человеку в первую очередь благополучия, получения благ?.. Жалко тех, для кого только эти пожелания и сбудутся.

Думай сам — или выбирай тех, кому это доверяешь.

Не позволяй обстоятельствам жизни раздружить тебя с нею. Постарайся понять их смысл.

Ориентирование — природная базовая потребность. Увязывающее ориентирование вырастает из него, но постепенно переходит на всё более верхние уровни смысла.

Если этого не происходит, и ориентиры перестают указывать вверх, человек может устроиться в жизни вполне уютно — безотносительно к тому, каким бы он мог стать на максимуме.

Если тебе кажется, что в чём-то жизнь тебя обделила, постарайся понять, зачем это произошло.

Жизни проще вычеркнуть тебя из своего списка, чем за что-то наказывать. Может быть, то, что тебе кажется наказанием, нечто другое: урок или сообщение?..

Две серьёзные задачи стоят перед увязывающим ориентированием: взаимное подкрепление найденных ориентиров и цельность определяемого ими пути. Первое подкрепляет достоверность выбираемой ориентации. Второе способствует надежде на то, что твоя дорога по жизни не распадётся на веер альтернативных тропинок, среди которых выбирать свою придётся наугад.

Чем практически отличается увязывающее ориентирование от поисков обычных житейских ориентиров? Наверное, тем, что увязывание ведёт к изменению приоритетов. Более важные ориентиры усиливают свою приоритетность, а менее важные постепенно отходят на второй план. Нет смысла напрочь отбрасывать менее значительный ориентир, потому что со временем, на новом жизненном этапе, он может стать приоритетным, получив поддержку новых найденных ориентиров.

Увязывающее ориентирование помогает вбирать новый опыт в сформированное уже мировосприятие, углубляя и развивая его. Это становится ощутимее и ценнее с возрастом, когда твой опыт уже в основном твой, а не наследие предыдущих поколений, сконцентрированное в исходной фокусировке.

Увязывающее ориентирование развивает то, что можно назвать ориентирующей фокусировкой. К ней относится мировоззрение, если иметь в виду центральные представления о жизни, но вместе с тем также множество обиходных привычек и установок, которыми ты руководствуешься — заметно для себя или не заметно — в повседневной жизни, в общении, в творчестве.

Увязывающее ориентирование может склоняться к одной из двух тактик. Одна состоит в том, чтобы развивать исходную фокусировку, упрочивать её увязыванием и наращивать далее. Другая — перенастраивать исходную фокусировку, проверяя все её элементы на пригодность для себя, отбрасывать ненужные, изменять устаревшие и добавлять новые. Первая тактика комфортнее. вторая отважнее и эффективнее.

Увязывающее ориентирование — это прокладывание маршрута по жизни с учётом её силовых линий и с уважением к ним как к проявлениям Замысла.

В идеале, всякое ориентирование должно быть увязывающим. Но мы обычно сами по себе далеки от идеала и от способности увязать друг с другом даже то, что для нас особенно важно. Вот почему мы нередко ориентируемся, руководствуясь лишь поставленной целью, а не силовыми линиями жизни, среди которых пролегает наш путь.

Некоторые стороны жизни, которые больше всего нуждаются именно в увязывающем ориентировании. Прежде всего — это поиски направления к своему призванию. Сюда же относится, наверное, выбор спутника жизни или отказ от этого выбора.

Отдельные ориентиры помогают определять отдельные цели. Только когда мы увязываем ориентиры и цели друг с другом, возможно увидеть свой путь в целом.

Одна из главных задач увязывающего ориентирования в том, чтобы соединять внутренние ориентиры с внешними. Стихийно мы делаем это всё время, если речь идёт о соединении житейских ориентиров с психическими переживаниями. Но чем глубже смысл душевных переживаний и поведенческих устремлений, тем более насущной и сознательной становится потребность в их согласованности.

Можно знать тысячу примет, носить с собой полный рюкзак карт и по компасу в каждом кармане, но не уметь ориентироваться или слабо представлять, куда тебе нужно. Необходимо всё соединить вместе, чтобы ориентирование не превратилось в блуждание.

Навыки ориентирования всегда полезны. И учителей хватает. Но цель ориентирования — твоя личная забота.

Что касается внешних путешествий, то для них увязывающее ориентирование начинается с тщательного планирования заранее, до того как пуститься в путь. Внутренние путешествия гораздо меньше поддаются планированию. Поэтому внутреннее ориентирование должно быть способным на каждом этапе соединять новые приметы с множеством полученных ранее. Способным и не забыть про главную цель, и скорректировать её в соответствии со всем, что ты знаешь сейчас, а не только тогда, когда путешествие начиналось.

Увязывающее ориентирование без обращения к верхним уровням смысла непременно окажется с изъянами. Жалко, если выяснится это лишь тогда, когда уже угас интерес и к увязыванию, и к ориентированию. И угасание этих необходимых человеку интересов связано, скорее всего, как раз с такими изъянами. Трудно увидеть свой путь, не взглянув на него сверху.

Поиски общностей, экуменическое восприятие религий и мировоззрений, определение людей, у которых ты можешь и хочешь чему-то научиться, — всё это помогает увидеть узор путей, являющийся достоянием всего человечества. Увязывание позволяет ориентироваться среди множества возможных ориентаций.

Понять, куда нужнее всего идти и что нужнее всего положить в свой дорожный узелок, — вот что такое увязывающее ориентирование.

Приоритеты — это главное в увязывающем ориентировании. Главное для выбора нужных ориентиров среди множества возможных. Главное для того, чтобы вообще подумать об этом, а не только о том, что само приходит в голову.

Недостаточно справляясь с увязыванием, человек идёт по своей судьбе как по персональному лабиринту. Может быть, вернее даже сказать, что он создаёт свой лабиринт блужданий и поисков. «Другие по живому следу пройдут твой путь за пядью пядь…» — если найдутся желающие. Но ты идёшь по этому пути первым. Будь достойным первопроходцем!..

Обычное ориентирование легко может переключиться на чисто внешние цели, существующие сами по себе, безотносительно к твоему внутреннему миру. Обогащение, карьера, большой спорт дают немало таких примеров. Но увязывающему ориентированию стоит всегда следить за соединением внешних ориентиров с внутренними. И следить за тем, чтобы внутренние имели приоритет.

У каждого развитого чувства возникают свои ориентиры. И дело разума увязать эти ориентиры со стремлениями других чувств: где-то найти компромисс, где-то построить ступеньки приоритетов, где-то обозначить тупиковость выбранного одним из чувств направления развития личности в целом. Поверяя ориентиры каждого чувства верхними уровнями смысла, разум помогает этому чувству и заботится о соединении всех порывов в единое направление.

Разум осуществляет увязывание ориентиров не только между чувствами, но и для любого развитого чувства в границах его собственных интересов. Эта поддержка разума позволяет чувству стать более осознанным, сбалансированным и целеустремлённым. И предрасполагает к сотрудничеству с другими чувствами. Если между чувствами возникают неувязки, разум и тут приходит на помощь.

Многие усилия ориентирования исходят от средних уровней смысла. Например, свои потребности определяет физиология. Предъявляют свои права многие каждодневные житейские цели. Любое наше увлечение несёт с собой свои намерения и ориентиры. Дело увязывающего ориентирования сопоставлять все эти побуждения и цели, насколько это возможно, с верхними уровнями смысла. Не для того, чтобы забраковать какие-то из ориентиров, а чтобы снабдить их частицами верхнего смысла — и на уровне осознания, и на уровне поведения.

Непростая и необходимая задача увязывающего ориентирования — это сопоставление ориентиров земной жизни с теми смутными, но настойчивыми представлениями, которые возникают и развиваются у нас при взгляде за пределы. Снова и снова смертный переход побуждает нас сопоставлять земную жизнь и её ориентиры с возможной или невозможной будущей жизнью, требующей от нас внести поправки в свою земную ориентацию.

Немалое значение для увязывающего ориентирования имеют найденные общности, обладающие и повышенной достоверностью, и возможностью соединять нас с теми, с кем они нас сближают. Всякая общность и есть ориентир, единый для какой-то группы людей, в которую входишь и ты сам.

Основная трудность самопознания — поспешное стремление применить понятое о человеческой природе к другому, а не к себе. Судить о других у нас гораздо меньше оснований, но это не так болезненно и не обязывает к усилиям по изменению того, что не так.

Инертность, переключение критического внимания с себя на других, увиливание от ответственности за улучшение своего внутреннего мира, неготовность переводить мысли в поведение, и прочее — это те помехи к развитию личности, которые я знаю за собой. Чтобы хоть как-то, со скрипом, перебарывать эти помехи, приходится всячески обхитрять себя. А у тебя как?..

Увязывающее ориентирование — это когда не просто ищешь ориентиры для своей жизни, своей судьбы, а включаешь новые указательные знаки в круг тех, которые ты уже освоил. Когда не столько определяешь направление, сколько уточняешь его.

Не всегда легко распознать созидательное в том, что имеет внешний облик разрушительного. Разрез, который хирург делает для операции, внешне разрушителен, но по смыслу созидателен. Даже расколоть орех разрушительно внешне, но без этого не съешь ядрышко. Чтобы добраться до смысла, нужен навык думать.

В каждом переживании есть две составляющих: психологическая и мировоззренческая. Первая зависит от физиологии, от сложившихся навыков реакции на раздражители, от комплексов, заскоков и предубеждений. Вторая — результат собирания личности, а также глубинного, сущностного восприятия жизни. У большинства людей доминирует психологическая составляющая: особенно в более раннем возрасте, при меньшем жизненном опыте, при слабом внутреннем развитии, да и просто при незадумчивости, при нехватке дружбы с жизнью. Чем значительней роль второй составляющей, тем насыщенней и осознанней становится существование человека.

Всякое сетование мешает пониманию.

Обида, которую лелеешь, — это соска-пустышка для инфантильного самоудовлетворения. Для поддержания уверенности, что кто-то виноват в обстоятельствах твоей жизни. Где уж тут стараться понять глубинный смысл происходящего!..

Нельзя успеть всего, потому что надо успеть главное.

Глава 1—3. Люди как учителя

Каждый может быть для тебя учителем

У другого человека учишься становиться собой. Чем он более развит духовно, тем значительнее для тебя. Чем он внимательнее к твоим особенностям, тем больше может дать тебе.

Каждый может быть для тебя учителем, но это зависит больше от тебя. Узнай в себе ученика — и ты узнаешь своего учителя.

Как найти людей, у которых можно научиться? Это зависит от способности разглядеть возможность научиться у того, с кем свела жизнь. Тот, у кого учишься, не обязательно должен знать об этом. Тем более что у кого-то учишься тому, чего тебе стоит сторониться.

Твой множественный учитель — те, кто вокруг тебя.

Каждый человек, играющий какую-то роль в моей жизни, — мой потенциальный учитель.

Основное, чему учишься у другого человека, — это себе самому.

Каждый, с кем имеешь дело, обладает своим особым опытом и своей частью опыта человечества.

Чем более развит духовно человек, тем значительнее он для тебя как учитель, даже если он с тобой не знаком.

Чем внимательнее кто–то к твоим особенностям, тем больше ты можешь получить от него как от учителя.

Люди как учителя — это педагоги, сертифицированные совместно судьбой и тобой самим, хотя часто и не подозревающие об этом. Это, так сказать, пирожки с начинкой из твоей готовности учиться. Это источники из глубин жизни для утоления твоей жажды, если ты её ощущаешь и потрудишься зачерпнуть из них.

Учитель — это ученик, готовый делиться. Это не тот, кто учит, а кто помогает учиться. Это передатчик знаний от человечества человеку.

Учиться — это впитывать без нажима и отдавать без выпытывания. Учиться — осваивать предложенное с помощью имеющегося у тебя.

Ученик — не тот, кто внимает, не тот, кто понимает, а тот, кто усваивает.

Неумение распознать в человеке то, чему можно научиться, не так опасно, как готовность учиться тому, чему не стоит. Простейшие признаки: на созидание это работает или на разрушение, на гармонию или на дисгармонию в твоей жизни, на твои представления о верхних уровнях смысла или против них.

Опасно учительствование в человеке, когда он считает себя твоим учителем в большем объёме, чем это признаёшь ты сам. Через такое учительство могут происходить и попытки манипулирования тобой.

Попытка понять всегда несёт в себе риск непонимания. Но если не пытаться, непонимание обеспечено.

Нужно уметь нажить что–то внутри, а не снаружи. Нужно уметь делиться этим. Нужно уметь принимать то, чем делятся с тобой.

Каждый человек может стать событием в твоей жизни. От тебя зависит, дать или не дать этому событию совершиться.

Воспитание ничего гарантированного НЕ ДАЁТ. Оно лишь позволяет БРАТЬ В СЕБЯ и создаёт для этого условия.

Любой живущий — твой соученик. И твой учитель по совместительству.

Невозможно научиться любви к чему-либо, если всё время менять преподавателей.

Приятие другого человека — вход в сокровищницу его жизненного опыта. Но сезам открывается не сразу.

Спасибо вам, сбивающие с толку. Вы помогаете отыскивать смысл.

В чужой мысли всегда содержится некоторое торможение для тебя, гравитационное притяжение её убедительности. Но вместе с тем она и тормошит тебя, побуждает развить тему по–своему.

Увидеть мироздание во всём величии люди могут только с помощью друг друга.

Тот, кто просит протянуть ему руку помощи, нередко прикидывает, что в этой руке должно содержаться. Рука, содержимое которой не отвечает его надеждам, ему не очень-то нужна. Хотя, может быть, именно она несла действительно необходимую помощь.

Отклик понимающего тебя человека может сотворить чудо, о котором знаешь только ты.

Случается, что похвала вызывает досаду, настолько она не резонирует на то, что важно для тебя самого. Упрёк и то лучше — он конкретен.

Когда тебя спасают, важны зов и руки спасателя, а не его слова.

Каждый каждому учитель. Но дело ещё и в том, какой: дружеский, враждебный или профессорский. Профессора могут быть замечательными людьми. Но профессорство в них — официально утверждённое право учить, основанное на общепринятых нормах обучения, — угнетающее обстоятельство.

Свойство сказанного кем-то воздействовать на тебя зависит от смысла слов, от их выразительности, от отношения к сказавшему, но главное — от тебя самого. От готовности и способности воспринять сказанное.

Мы учимся всю жизнь понимать свой путь. Но путь другого человека нужно прежде всего уважать. Понимать себя — это его работа, в которой его не заменишь.

Не спеши избавляться от приставучего человека. Может, он приставлен к тебе судьбой, чтобы ты что-то понял.

Другому нужно от тебя, прежде всего, внимание и приятие, а не критическое понимание.

Умей быть благодарным. Учись быть достойным благодарности.

Учись учиться — обращение не только к школьнику или к студенту. Нет возраста, к которому оно не применимо.

Нужно суметь научиться у учителя тому, на что способен только ты сам.

В школе человечество делится с тобой своими прошлыми откры