Читать бесплатно онлайн книгу автора  С секретом

О. Прук

Оглавление

Остановка

1

Серое небо давило на глаза, пахло свежестью и сыростью недавнего дождя. Я одиноко сидел на пустой автобусной остановке и пытался вспомнить, как я здесь оказался, что это за шоссе и почему я тут совсем один? В поле зрения, не было никаких плакатов, указателей или знаков, не виднелось заправок и вообще каких-либо следов людей. Пустое прямое шоссе, одинокая автобусная остановка и поле, усеянное пшеницей, готовой к жатве. Красивый пейзаж, но серость небес прибавляла к нему оттенок тоски.

Было кое-что ещё, что совсем не вписывалось в эту картину. Автомат с кофе. Обычный автомат, опускаешь монеты, выбираешь вариант ароматного напитка, ждёшь около минуты и вот твой эликсир наслаждения готов. Вот только место для этого автомата не совсем обычное. Сомневаюсь, что в этом поле большая проходимость. Но я был рад, что он здесь есть. Стаканчик с кофе- это то что нужно, чтобы немного расслабиться и привести мысли в порядок.

Я встал со скамейки, пошарил по карманам. И тут вспомнил про телефон, как это я сразу его не хватился, но всё что мне удалось обнаружить при себе -это горсть мелочи. Досадно. Я опустил монеты в автомат, выбрал свой любимый капучино. Автомат загудел, затрясся, и спустя минуту я уже наслаждался ароматом кофе. Я по привычке погрел руки о горячий стаканчик и отхлебнул кофе, закрыв от удовольствия глаза.

Я обошёл остановку по кругу и не нашёл никаких следов расписаний или объявлений. Я снова присел на лавку и погрузился в размышления. В голове всплывали самые разные теории. Если меня ограбили, то зачем было усложнять и увозить не понятно куда. Или при ограблении меня ударили и я, потеряв память, сам сюда прибрёл? Я осмотрел себя, ощупал голову, никаких следов от ударов. Я цел, да и память при мне, я помнил всё о себе и своей жизни, кроме того, что могло произойти в последние сутки. Словно я жутко напился, это время выпало из моей памяти. Однако похмелья я не испытывал. Чья-то жестокая шутка или месть? Не припомню, чтобы кого-то обидел на столько, чтобы он мог так изощрённо расквитаться. Хотя о многих наших промахах в чужих глазах, мы можем не подозревать. Да и психически неуравновешенных личностей тоже никто не отменял. Тут мои мысли оборвались, на шоссе появился автобус.

Я подскочил и чуть не пролил на себя остатки кофе от неожиданной радости. Старенький жёлтый ПАЗ со скрипом подъехал к остановке, его створки с шумом распахнулись, немедля, я заскочил в салон. На автобусе не было табло с номером и местом отправления и назначения, но не в моём положении было перебирать.

Водитель тут же закрыл за мной двери и стал трогаться в путь. Я слегка наклонился к нему и спросил, куда едет автобус, но водитель промолчал. Я подумал, он не расслышал, и повторил свой вопрос. И снова в ответ тишина. Он лишь на секунду убрал правую руку с рычага коробки передач и указал указательным пальцем вверх. Я проследил за его движением и увидел табличку над зеркалом заднего вида. Она гласила: «Проезд бесплатный. Водителя разговорами не отвлекать.»

Меня конечно задело, что он не считает нужным мне отвечать, но настаивать я не стал. Хорошо уже, что платить за проезд не нужно, так как денег у меня было чуть больше, чем на второй стакан капучино. Когда автобус приедет в пункт своего назначения, я там уже по ситуации разберусь, где нахожусь. Найду телефон, позвоню отцу и благополучно вернусь домой.

Я двинулся в хвост автобуса мимо двух старых дам, вцепившихся в свои маленькие сумочки, что даже костяшки на пальцах побелели; парочки, что держались за руки, скрестив пальцы в замок; компанию четырёх молодых парней в олимпийках, занявших по два места с каждой стороны автобуса; за ними пожилого мужчину с мальчиком лет восьми; на предпоследнем сидении двух симпатичных девиц. Дошёл до последнего заднего сидения и устроился на нём у правого окошка. Пейзаж не менялся, будто заезженная по кругу плёнка, серое небо и золотистая пшеница. Всё так же красиво и так же тоскливо.

До моего слуха донёсся странный шёпот. Когда я зашёл в автобус, все пассажиры сидели неподвижно, как восковые фигуры, но стоило мне только сесть, как они со странным бесстрастным видом принялись шептаться. Мне стало не по себе, по спине пробежал холодок. Я не собирался подслушивать, но обрывки их фраз доносились до меня со всех сторон.

— Это Олег- администратор ресторана европейской кухни…

— Живёт один возле городского парка в своей двухкомнатной…

— …его первая любовь Мила…

— Любит кошек, дома у него живёт сиамская кошечка Мив…

Что происходит? Я занервничал, почувствовал, как краска разлилась по лицу до самых ушей. Всё, что они говорили, было обо мне. Как такое возможно, пол автобуса незнакомых мне людей, знают меня или кого-то с копией моей жизни? Однако упоминание о Мив, давало веские аргументы полагать, что речь всё же обо мне. Но как они могут так нагло говорить об этом, когда я сижу совсем рядом. Я заёрзал, не натворил ли я чего такого в своём беспамятстве, чем мог так прославиться. Я прикрыл глаза и помассировал виски, силясь вспомнить, что происходило последние пару дней.

Передо мной ясно всплыла картинка. Вот я среднего роста брюнет с зелёными глазами, гладко выбрит, одет в свой любимый чёрный костюм с синим галстуком, сверкая серебристым бейджем на пиджаке и улыбкой на лице, встречаю гостей у входа в ресторан.

Мой обычный рабочий день. Не то. Я словно включил перемотку. И вот я уже дома в халате с мокрой головой, чищу зубы. Потом ложусь в кровать, завожу будильник, ставлю его на стул возле кровати, на котором уже лежит собранная дорожная сумка, а на ней папка с документами, сверху красовался страховой полис. Вот оно. Я сам собирался в поездку, но тщетны были мои попытки вспомнить куда.

Я открыл глаза и продолжал терзать память, этот шёпот сильно отвлекал. Я больше не различал, что именно они говорили, но теперь их поведение изменилось. Они все сидели в пол оборота ко мне и, сверкая глазами, смотрели прямо мне в лицо, а затем что-то шептали на ухо соседу, хихикали и снова шептали. Когда мальчик между делом указал на меня пальцем, я подскочил, как ошпаренный. Лицо моё стало малиновым.

— В чём дело? Вы меня знаете? Что я вам сделал? — заканчивая фразу я был шокирован, я снова сидел на остановке.

Я ничего не понимал. Только что я ехал в автобусе. Неужели мне привиделся сон? Глупый, но до жути реалистичный. Это единственное логичное предположение, произошедшее в автобусе, только убедило меня в этом. Интересно в какой момент я уснул.

Я встал и как во сне обнаружил при себе только мелочь, подошёл к автомату и выбрал капучино. Дождался свой напиток и с удовольствием погрел руки о стакан, глотнул кофе, постоял немного и хотел уже присесть обратно на скамейку, как увидел движущийся вдали автобус. Словно из сна ко мне приближался жёлтый ПАЗ. Да что там это вовсе не редкость! Я на этих жёлтых автобусах четыре года на учёбу ездил, вот он мне и приснился.

Тем временем автобус со скрипом подъехал к остановке и распахнул передо мной двери. Я заскочил в автобус, двери за мной захлопнулись.

Автобус точно, как во сне подметил я, да что там они все похожи. Я нагнулся к водителю и задал волнующий меня вопрос, куда же едет автобус, но к моему удивлению водитель промолчал, продолжая движение. Я повторил свой вопрос, но он лишь лёгким взмахом руки, показал указательным пальцем вверх. От увиденного меня замутило. Возле зеркала заднего вида красовалась табличка: «Проезд бесплатный. Водителя разговорами не отвлекать.» Меня пробила дрожь, нахлынул приступ тревоги, и я обернулся убедиться в своём предположении. И оно подтвердилось. Первыми сидели две старые дамы в обнимку со своими сумочками, дальше парочка, которая держалась за руки, четыре молодых человека по двое с каждой стороны, за ними пожилой мужчина с восьмилетним мальчиком и на предпоследнем сидении две девушки.

Мои глаза округлились. Они сидели так же как во сне, словно статуи и смотрели сквозь меня. Я чувствовал дрожь по всему телу, но быстро прошёл мимо них к последнему месту. Я был растерян и напуган таким дежавю.

Что же происходит? Я что увидел во сне будущее? Как это странно и пугающе, подобно сценарию к какому-нибудь фильму ужасов. И дальше мне становилось только страшнее. Мой сон продолжал сбываться.

Люди в автобусе стали шептаться, обрывки фраз, доносящиеся до меня вроде, изменились, но смысл остался прежним, словно их разговоры обо мне.

— Это тот администратор ресторана… ему двадцать пять…

— … родители в другом городе, а он живёт один…

— Его первую любовь звали Мила…

Я обхватил голову руками, стараясь прикрыть уши. Боже, да что они себе позволяют? Или это я лишился рассудка? Я опустил руки, но они и не думали останавливаться. Пассажиры этого загадочного рейса уже начали хихикать и поглядывать на меня. Не дожидаясь, пока мальчик, как во сне ткнёт в меня пальцем, я резко встал. И хотя во мне бушевал гнев, я неожиданно для себя растерянно залепетал: «Что… что происходит? Я… Что я вам всем сделал? Почему вы…»

Мой взор устремился на шоссе. Я окаменел. Я снова сидел на автобусной остановке. Тишина. Серость. И только слегка покачиваются колоски золотистой пшеницы, дразня остальной унылый пейзаж.

Меня снова бросила в жар, потом в холод, я даже почувствовал, как пульсируют вены, а сердце колотилось так, что эхом отдавало во всём теле. Что такое творится, это что сон во сне? А может я до сих пор сплю? И как тогда заставить себя проснуться? Я подошёл и с силой пнул боковую стенку автомата с кофе. Я знал, что мне больно. Мне казалось, я чувствую притуплённую боль, словно я находился в воде. Я ущипнул себя за щёку, дёрнул за ухо, прикусил губу. Эффект тот же. Возможно такое ощущение из-за огромного стресса. Поэтому я не опроверг и не подтвердил, сплю я или нет.

Страх расцвёл во мне во всём цвету, уводя меня всё дальше в глубь тёмного туннеля отчаяния прочь от света трезвого ума. Я чувствовал, что готов рыдать, как потерявшееся дитя. И тут снова появился автобус.

Только его двери распахнулись передо мной, я влетел на ступеньки и прямо с них проорал: «Где я нахожусь? Что это за место?»

Но не успел я даже оглядеть салон, как понял, что автобуса нет, а я всё на той же остановке. В этот раз рыдания я подавить не смог. Глотая слёзы, я побежал по обочине шоссе. Бешено колотилось сердце в груди, отзываясь во всём теле, казалось в каждой конечности стучит ещё по одному сердцу.

Я бежал долго и только выбившись из сил, пошёл шагом. Я больше не плакал. Слёзы высохли. Я успокоился и вновь обрёл надежду. Рано или поздно, но дорога приведёт меня к какой-нибудь заправке, указателю или посёлку. Найдя себе цель, идти только вперёд, я постепенно вернул самообладание. Пейзаж не менялся, и я погрузился в мысли.

Знай я, как попал сюда, было бы намного проще, но увы я не знал. Важнее того, как я здесь оказался, было выбраться отсюда, вернуться домой, связаться с близкими и возможно им было бы что-то известно о моих действиях, что помогло бы мне вспомнить, как я оказался в такой ситуации. Или ответ на этот вопрос мог ждать меня сам по возвращению домой.

Удивительно как быстро возвращается самообладание, когда у тебя есть план действий, даже самый простой. Страх снова был под замком в самом дальнем чулане сознания, а я просто шёл, словно путешествовал автостопом, а не застрял то ли во сне, то ли в «бермудском треугольнике».

Однако моё умиротворение продлилось не так долго, может час, может два. На наручные часы я не взглянул ни разу, как осознал своё появление в этом странном месте, сам не знаю почему, но было ощущение, что время здесь не имеет значения. Вдали я увидел очертания ещё одной остановки, не меняя темп ходьбы, я приближался к ней всё ближе. Сердце дрогнуло. Чем ближе я подходил, тем яснее видел сходство со «своей» остановкой. Была не большая надежда, что на этом шоссе просто построили полностью одинаковые остановки. Но кофейный автомат мне свидетель, я в это не верил.

К своему собственному удивлению я просто прошёл мимо и продолжил свой путь по прямой. У меня был план, и я ему следовал, пусть даже хватаясь за соломинку.

Казалось время замерло, время суток не менялось, как и пейзаж. И двигаясь только вперёд, я прошёл мимо «остановок-близнецов» ещё трижды. Соломинка обломилась. Страх снова распахнул двери из своего чулана и в этот раз привёл с собой панику и отчаяние.

Я уже полностью осознал, что попал в ловушку сознания или столкнулся с паранормальным. Но я не мог знать выход из такой ситуации и придумать план тоже не мог. Невозможно найти решение к уравнению, которого не знаешь. Всё что я мог это просто идти вперёд, имея лишь крупицы надежды, что мне не уготовано скитаться тут вечно, что я не умер и не стал призраком, блуждающим у места своей гибели, что это всего лишь сон, где сознание даёт мне понять, что я на чём-то зациклился и не могу двигаться вперёд.

Если бы я только мог вспомнить, что было накануне, куда же я собирался, из каких звеньев сложилась цепочка событий, что привела меня сюда? Но без первого звена цепочку мне не сложить. Это тягостное неведение заставляло всё нутро содрогаться, а мысли беспорядочно метаться.

Я не чувствовал усталости, шёл и шёл. Пройдя двенадцать раз мимо одной и той же остановки, не осталось никаких сомнений, что я брожу по кругу. Больше не было ни одного автобуса, и я корил себя за горячность. Почему я не промолчал? Может этим я отрезал свой единственный шанс выбраться отсюда. Однако гарантий не было, что автобус так же не кружил бы по кругу. И вспомнив, как его пассажиры глумились надо мной, я решил, что лучше брести по шоссе одному, чем испытывать эту пытку стыдом снова.

В голове всплыла фраза, что выхода нет только из могилы. Но кажется это и есть моя могила. После двадцать девятого круга без изменений я перестал считать.

Я просто бесцельно шёл только вперёд. И тут меня осенило, а что если пойти назад? Я резко развернулся и пошёл в обратную сторону, блеснула надежда. Но её хватило на три круга. Зато пришла новая идея, пойти через поле. Но я был снова на шоссе, едва ступив на поле, я был уже не сильно удивлён. Всё же от перестановки слагаемых сумма не меняется. Однако, чтобы удостовериться, я оставил монеты на дороге, прежде чем пойти полем. И оказавшись снова на шоссе, отметил, что на дороге их нет, однако они вновь были в моём кармане. Я уже и не пытался найти этому объяснения, мне стало предельно ясно, что сам я не смогу покинуть это место, пока оно само не решит меня выпустить или кто-нибудь меня не спасёт. Поэтому я просто продолжал идти вперёд круг за кругом, а может теперь я шёл только назад, после эксперимента в поле, я не знал на какой стороне оказался, да и кажется это вовсе не имело значения.

Казалось прошли месяцы, мне чудилось, что я чувствую, как старею на глазах, плечи осунулись, появилась тяжесть, угас блеск в глазах. По щекам уже давно текли слёзы, а я не сразу это понял. Чувства ураганом накрывали меня и хаотично сменяли друг друга: тревога, страх, отчаяние, апатия, отрешённость, гнев. Я не успевал фиксировать и различать свои эмоции, захлёстывавшие меня как бурные волны, не давая прийти в себя.

Я был на грани потери рассудка, как в какой-то момент всё начало темнеть, словно кто-то убавлял яркость, и я постепенно погрузился во тьму.

2

Я услышал чей-то голос, он звал меня. Открыв глаза, меня ослепил яркий свет ламп. Я в операционной. Посмотрев на медсестру, что склонилась надо мной, я сразу вспомнил про удаление желчного пузыря.

— Олег? Вы меня слышите?

— Да, — с некоторой хрипотцой ответил я.

— Операция прошла успешно, едем обратно в палату, сможете передвинуться?

— Да.

Я пока не осознавал никаких недомоганий. Только чувствовал яркий привкус кофе во рту.

Медсестра подкатывала к операционному столу кушетку, как внезапно к моим глазам подступили слёзы, которые я не смог сдержать.

— Что случилось? Тебе больно? — медсестра заволновалась.

— Нет, нет- я постарался остановить поток неожиданных слёз. Но слёзы всё бежали из глаз, словно давно этого ждали. В секунду пронеслось ощущение многогранное, но ещё не ведомое мне, словно клубок, сплетённый из всех эмоций сразу, который, чтобы разобрать их, уже не расплести.

— А почему плачешь?

— Я не знаю, не помню, не могу остановится.

— Это от счастья. — она улыбнулась и покатила меня в палату.

Заглядывая в окна.

1

Шёл снег. Красивые пушистые хлопья, кружась опускались на землю. Уже насыпало по щиколотку, поэтому порой снежок заваливался ему в кроссовки. Он шёл съёжившись, уткнувшись носом в клетчатый шарф, медленным шагом, чтобы