Глава 1
Занимался рассвет, солнце могучим светилом краешком показалось на горизонте, озарило первыми лучами землю, в зарослях запел соловей, и в этой земной тишине Людмила почувствовала успокоение, некую Божественную благодать. Она сидела у реки, точно прячась от навалившихся тревог. Перед её глазами мелькали кадры из жизни, Люда думала о том, и в который раз задавала себе вопрос:
— Почему так, в чём она провинилась, как получилось, что жизнь повернулась к ней острыми углами. И теперь Люда решительно собралась изменить свою жизнь.
Люда вспоминала детство, юность, пыталась разобраться, где допустила ошибку, почему ей так нестерпимо больно и одиноко.
Людочка родилась в глубинке России, в одной из деревень, каких много на Черноземье. С самого детства её окружали забота и любовь родных, сейчас она вспомнила маму, её добрые ласковые руки, гладящие по голове, и глаза, будто смотрящие в душу, назидательно говорящие:
— Всё будет хорошо, ты верь, доченька.
Отца своего Людмила не знала, мать умалчивала о его местонахождении, ну, а Людочка и не спрашивала. И только один раз ей пришлось узнать правду об отце от соседки тёти Глаши. Как- то раз она вместе с соседкой возвращалась с магазина, разговор завязался как — бы невзначай.
— Люда, отец то не показывался, — спросила сердобольная соседка.
— Что вы тётя Глаша, я его совсем не знаю, — ответила Люда.
— Мать твоя, Ксения по молодости шибко влюбилась в одного заезжего, он в бригаде строителей трудился. Дело молодое, знаешь ли. Председатель наш пригласил ребят студентов для строительства нового клуба. Так вот, Ксения всё пирожки ребятам носила, понравился ей один из парней. Клуб тогда построили, студенты уехали, а через девять месяцев ты родилась. Знаю только, Александром того парня звали. Потом Ксения в город уехала учиться, а ты с её матерью осталась. Спокойным была ребёнком, бабка все дела переделает, а ты в колыбели, молчком лежишь, кулачок сосёшь. Почитай, бабка тебя вырастила, пока Ксения пять лет училась. Потом мать твоя приехала, в школе стала работать, да, и ты незаметно выросла. Только жизнь, она такая, одни рождаются, другие уходят в мир иной. Прости, Господи, — соседка перекрестилась и зашагала к дому.
Людмила раздумывала над сказанным соседкой, но старалась не подать виду, она открыла дверь и сказала с порога:
— Мама, я дома.
Мать подняла глаза из — под очков, оторвалась от проверки школьных тетрадей, улыбнулась и сказала:
— Давай обедать, доченька, давно всё готово.
Так и жили мать с дочерью в ладу с собой и другими, пока Людочке не исполнилось семнадцать. Подруга Зоя, с которой Люда сидела за одной партой как -то предложила:
— Чего, ты Лютик, дома сидишь, уроки зубришь, весна на дворе, всё цветёт и пахнет, пойдём в клуб на танцы.
— Экзамены на носу, и к поступлению готовиться надо, — ответила Люда.
— Никуда книжки твои не денутся, а молодость уйдёт, жалеть будешь, — рассмеялась Зоя.
— Ладно, заходи вечером, вместе в клуб пойдём, — согласилась Люда.
День прошёл незаметно, и когда солнце скрылось за бугром, Зоя постучалась в дом и вошла:
— Добрый вечер, Ксения Петровна, мы с Лютиком в клуб собрались.
— Как же это, дочка мне ничего не говорила, — она с любопытством посмотрела на Люду.
— Мама, я просто не успела сказать, — улыбнулась девушка.
Она надела новые туфли, распустила косу, и чмокнув мать в щёку, выпорхнула из комнаты.
— Повзрослела дочь, невеста уже, — подумала Ксения Петровна, и принялась что- то записывать в тетрадь. Работа поглотила всё свободное время женщины, будучи директором школы, Ксения Петровна успевала многое, отдаваясь работе без остатка. Размеренно, тихо протекала их жизнь, мать и дочь заботились друг о друге, они были счастливы вместе.
