ЛИУ
Сегодня Лян Цичао встал очень рано. В провинции он трудился шичжаном, то есть мэром. Их маленький городок Шуньян в центральной части Китая мало кто знал, он стоял в стороне от основных трасс. И почему-то повелось сваливать все неприятности на секретаря комячейки. А может быть, сам Лян казался всем мягкотелым и слишком вежливым с теми, кто периодически нарушал правила в их городе. И ночью в единственном городском зоопарке прорвало трубу, и ему всю ночь раздавались звонки на мобильный. Голоса кричали:
— Вода залила все вольеры!
— Бедные звери сидят на крышах своих домиков!
— Животные голодают!
— Лян Цичао, вызывайте подкрепление!
Лян отважился задать вопрос:
— А службам спасения звонили?
Спасатели продолжили визжать:
— Да, конечно, но их еще нет!
— Мы вплавь добрались до домиков зверей на лодках, пытаясь их накормить!
— А! О! Вода добралась до нашей комнаты отдыха!
Лян попытался что-то сказать, но не успел, его разъединили, Он выглянул в окно. В неверном свете фонарей, качающихся от ветра, угадывалось желтое такси. Это его жена Ли Юнминь привезла ему рыбацкие сапоги. Лян проводил отпуск с удочкой, вдали от молодой супруги, так он отдыхал. В этот раз он попросил Ли Юнминь привезти их. Она хлопнула дверцей машины и вышла с желтыми, мужскими сапогами в руках. На плече ее поблескивала серебристая сумочка. Еще через минуту она ворвалась в дверь его кабинета. Включив свет, она увидела Ляна уже в черном плаще и такого же цвета шляпе. Она с раздражением бросила сапоги посреди комнаты. Лян смотрел на нее смущенно:
— Юнминь, дорогая! Спасибо, что…
— Куда это ты собрался ночью?! Только не говори, что что-то случилось!!! — Ли завизжала.
Лян пытался ее перебить:
— В зоопарке…
Но Юнминь его не слушала:
— Не ври мне. Эта твоя секретарша с выбеленными бровями и ресницами давно напрашивается на то, чтобы я ей выцарапала глаза!
Лян взял сапоги в руки, вздохнул:
— А при чем тут Гу Дайо? Я должен…
— Да ты специально попросил меня привезти эти дурацкие сапоги для отвода глаз… (подозрительно) Я звонила в зоопарк! Там никто не берет трубку!
Лян кряхтел, надевая сапоги:
— Но там потоп, дорогая… И я виноват, что не поменял там трубы!
Он надел сапоги, посмотрел в зеркало у двери. Выглядел он нелепо, поэтому он решительно скинул плащ и достал жёлтую ветрозащиту из своего платяного шкафа. Ли Юнминь неожиданно бросилась к нему на шею:
— Цичао, если ты опять не будешь в нашей постели сегодня, я опять не забеременею… Я жена тебе или нет?
Ли Юнминь начала рыдать, и Ляну пришлось сесть на кожаный диванчик у входа и посадить Ли к себе на колени:
— Дорогая, конечно, жена! Я так люблю тебя… И я надеялся, что ты забеременеешь во время нашего свадебного путешествия в Париж!
Молодая женщина всхлипнула, сняла с Ляна черную шляпу, надела ее на свою голову:
— Помнишь, как мы купили эту шляпу в Париже?
Он закрыл глаза, вспомнив, как он уехал со своей женой во Францию. Его тогда вызвал срочным звонком глава Комму
