Читать бесплатно онлайн книгу  Из истории сундучного дела Беларуси. Материалы и исследования

автор Глеб Пудов

Оглавление

От автора

В этой книге представлены научные статьи и заметки, посвящённые различным аспектам истории сундучного дела Беларуси. Речь идёт об исторических источниках, конкретных центрах промысла, техниках декорирования и проч. Хронологический период: вторая половина XIX — середина XX века. Это время, в которое белорусский сундук наиболее «осязаем» по различным документам; именно от этого периода сохранилось наибольшее количество изделий.

Большинство статей опубликованы в различных научных журналах. Все публикации исправлены и дополнены новыми сведениями.

Надо отметить, что употребление слов «сундук», «сундучные изделия», «мастер-сундучник» в этом сборнике условно. Они, как правило, относятся к восточным губерниям страны, издавна имевшим тесные культурные и экономические связи с Россией. Для западных земель более правильным являются термины «куфар», «куферник», «скрыня». Если речь не идёт о конкретном виде изделий, то в книге эти выражения синонимичны.

Несмотря на возросший в последнее время интерес к истории белорусского сундука, его изучение очень далеко от своего завершения. Исследование ещё таит в себе множество новых открытий.

Сундучное производство Беларуси. Вопросы историографии

Сундуки и шкатулки известны в Беларуси с давних времён. В эпоху Древней Руси они использовались в домах горожан, в период Великого княжества Литовского они часто упоминаются в инвентарях магнатских хозяйств, во второй половине XIX века сундучные изделия вошли в крестьянский быт, а в середине XX столетия, уже в советское время, получили распространение расписные сундуки. Таким образом, сундуки и шкатулки сопровождают белорусов на всём протяжении их истории. Сундучные изделия служили для хранения документов, пищевых запасов, драгоценностей, книг, церковных принадлежностей. Немалую роль играли сундуки в свадебном обряде.

С течением времени сложилась историография белорусского сундучного производства. В настоящий момент появилась необходимость проанализировать и упорядочить публикации.

Цель настоящей статьи — характеристика историографии белорусского сундучного производства, определение её основных особенностей. В круг задач входит анализ конкретных публикаций, выявление их значения для исследований местного сундучного производства. Следует отметить, что все работы упомянуть и охарактеризовать в одной статье невозможно, поэтому некоторые остались вне её рамок.

Литературу по истории белорусского следует разделить на несколько жанров: 1) научные публикации; 2) статьи в справочных изданиях; 3) информация в общих трудах по истории белорусского народного искусства.

Отдельного упоминания заслуживают инвентари имущества хозяйств белорусской шляхты XVI–XVIII веков. Несмотря на то, что сундучные изделия встречаются в них часто, их описания крайне скупы и дают возможность составить лишь самое общее представление о внешнем виде сундуков, шкатулок и кублов, которые использовались в тот период. Тем не менее, на основе информации из инвентарей можно сделать вывод, что сундучные изделия были довольно разнообразны по декоративному оформлению, размерам, конструкции и назначению. Мастерами использовались различные материалы и техники.

Публикации, посвящённые конкретно сундукам и шкатулкам, появились лишь во второй половине XX века. Одна из первых — статья художника Николая Лукича Тарасикова в журнале «Беларусь», которая вышла в свет в 1961 году[1]. Автор отметил малую изученность истории белорусского сундука, посетовал на небольшое количество сундуков в местных музеях вследствие Великой Отечественной войны, проанализировал росписи оговских народных мастеров, упомянул расписные куфры Ивановского района. В этой публикации, пожалуй, впервые белорусский сундук рассматривался как произведение народного искусства, утверждалась его художественная ценность.

В 1977 году опубликована статья Евгения Михайловича Сахуты[2]. Искусствовед дал общую характеристику этапов истории белорусского сундука, проследил развитие его конструкции и декоративного убранства. Важное значение имеют указания Е. М. Сахуты на связь белорусского сундучного производства с сундучным промыслом России. Эта статья, впервые представляя общую картину развития белорусского сундука, дала возможность оценить его на фоне европейского сундучного производства.

Позднее появились публикации по истории сундучных центров из конкретных местностей. В 1984 году вышла в свет статья М. Валасовича, посвящённая заставско-завершским куфрам[3] (Полесье). Автор подробно описал конструкции и декоративное оформление куфров, провёл различие между творческими манерами различных мастеров и определил зависимость художественного стиля росписей от других видов местного народного искусства, особенно вышивки. М. Валасович справедливо утверждал, что расписные сундуки сёл Заставье и Завершье — заметное явление в истории традиционной народной живописи Беларуси[4].

Публикация Ольги Александровны Лобачевской посвящена куфрам из деревни Мокрая Дубрава (Пинский район)[5]. В ней подробно рассмотрена история промысла, художественные особенности изделий, частности их конструкции. Указаны особенности росписи, отличающие мокродубравенские сундуки от оговских и дрогичинских. Подчеркнута её зависимость от кустарной набойки и фабричного ситца.

Тщательный художественный анализ оговских сундуков, не лишённый поэтических сравнений, содержится в статье Ивана Харламова, опубликованной в 1995 году[6]. Искреннее восхищение автора талантом народных мастеров отразилось в приподнятом, восторженном стиле публикации. В конце статьи И. Харламов заключил: «Оговский промысел создал свой собственный мир радости и веселья. В его изделиях истинным языком искусства воплощено народное понимание красоты, выражен творческий дух белорусского народа, мудрость его обычаев и любовь к родному краю»[7].

Статья фольклориста Александра Юрьевича Лозки, опубликованная в 1987 году[8], осветила иной аспект истории белорусского сундука — его важную роль в свадебном обряде. В текстах песен, приводимых автором, описаны местные особенности сундуков, а также использование их в определённые моменты свадебного обряда. Особую ценность статье придала публикация конкретных имён мастеров из Полесья, делавших сундуки.

В 2012 году вышла в свет статья Александра Александровича Макарчика «З гисторыi куфраў»[9]. В ней рассмотрены общая история сундука как предмета мебели, некоторые особенности конструкции белорусских куфров и их региональные художественные различия. Публикация имеет обобщающий характер. В другой статье, «Памiж куфрам i камодай»[10], А. А. Макарчик проанализировал конкретный вид сундучных изделий — сундук с выдвижными ящиками. Исследователь полагал, что этот тип изделий появился в английских колониях Америки и затем распространился в Польше, Литве и Украине, откуда и попал в Беларусь. Следует особо упомянуть третью статью А. А. Макарчика, опубликованную в 2018 году[11]. Судя по названию, она посвящена уральским сундукам из коллекции Белорусского государственного музея народной архитектуры и быта. Речь идёт о двух изделиях. Вопреки утверждениям А. А. Макарчика, эти сундуки не имеют никакого отношения к Уралу. Первый — изделие мастеров нижегородского центра второй половины XIX — начала XX века (город Макарьев, Муромский уезд или село Ново-Ликеево), второй был изготовлен в тот же период в Вятской губернии. Наличие «мороза» по жести не является признаком уральского происхождения — такие листы использовали мастера всех крупных сундучных центров России второй половины XIX — начала XX века.

В 2019 году в журнале «Мир музея» вышла статья Глеба Александровича Пудова «Скрыня, куфар и сундук…»[12]. Её целью была популяризация истории белорусского сундучного дела. На основе имеющейся литературы автор попытался нарисовать общую картину его развития. Г. А. Пудов сделал вывод, что белорусский сундук — часть европейского сундучного производства, во многих случаях он становился посредником между прикладным искусством различных стран.

Таким образом, в научных статьях охарактеризованы общие проблемы истории белорусского сундука, рассмотрены некоторые её частности и освещена история конкретных очагов промысла.

Статьи в справочных изданиях — иной жанр научной литературы. В «Энциклопедии литературы и искусства Беларуси» встречаются статьи о белорусских сундуках. Например, в первом томе есть сведения об оговских сундуках и оговской росписи[13]. Вкратце описана история промысла и основные художественные особенности сундуков, названы фамилии наиболее известных мастеров. Во втором томе — информация о сундуках из Давид-Городка (Столинский район)[14], в третьем — о сундуках из города Лиды (запад Беларуси)[15]. Краткая история производства сундуков отражена также в энциклопедии «Этнаграфiя Беларусi»[16]. Не исключено, что представленные на иллюстрациях предметы имеют не белорусское происхождение.

Пожалуй, больше всего информации о белорусском сундучном производстве встречается в общих трудах. Кроме того, самые ранние из них вышли в свет во второй половине XIX — начале XX века, то есть почти на столетие раньше публикаций, рассмотренных выше. В этих солидных трудах дана характеристика сундучного промысла как части столярного, описана его организация и технология, названы места сбыта[17]. Особо следует выделить известный труд земского деятеля Ипполита Михайловича Мусерского[18]. Названы конкретные места производства сундуков и шкатулок в Могилёвской губернии, определены число мастеров и объёмы производства, даны некоторые характеристики изделий. Труд И. М. Мусерского выгодно выделяется на фоне других работ того периода. Он является опорой при изучении сундучного промысла Могилёвской губернии и до сих пор не потерял актуальность. Не менее ценная информация содержится в «Обзоре деятельности земств по кустарной промышленности» (1914)[19]. Вкратце описаны сундучные промыслы в Сенненском, Оршанском и Климовичском уездах, даны характеристики условий производства.

В труде известного этнографа и фольклориста Евдокима Романовича Романова раскрыта важная роль сундуков в свадебном обряде: описаны конкретные ситуации, в которых задействованы кублы и сундуки[20].

В 1934 году была опубликована книга польского этнографа Витольда Дыновского[21]. Наряду с польским и литовскими сундуками, в ней уделено внимание и сундукам белорусских мастеров. Автор описал конструкцию и художественное оформление сундуков. Как сравнительный материал ценны иллюстрации, помещенные в книге. Они демонстрируют образцы второй половины XIX — начала XX века[22].

Следующий период изучения белорусского сундука приходится уже на вторую половину XX столетия. Немалое значение приобрели труды искусствоведа Евгения Михайловича Сахуты, посвящённые общим проблемам истории народного прикладного искусства Беларуси. Немало страниц в них посвящено сундучному промыслу. В книге «Художественные ремёсла и промыслы Белоруссии» (1988)[23] описаны технология и художественные особенности росписи на сундуках в разных регионах страны, определена их взаимосвязь с другими народными промыслами. В изданиях, посвящённых белорусскому кузнечному ремеслу[24], идёт речь и об оковке сундуков. Исследователь справедливо писал, что среди предметов мебели куфры «имели особенно богатое и разнообразное металлическое убранство»[25]. Особое внимание Е. М. Сахута уделил сундукам Давид-Городка (Столинский район) — старинного центра народных ремёсел. Он указал на связь белорусских изделий с украинскими аналогами, подчеркнув самобытность и некоторую архаичность первых. Повествуя о распространении подобных куфров в других районах Полесья, исследователь назвал фамилии мастеров, что придало особую ценность его работе. В качестве примера оковки сундуков в иных регионах Беларуси Е. М. Сахута назвал своеобразные сундуки Копыльского района и Новогрудчины. Расширенный и углублённый вариант этих текстов представлен в более поздних трудах исследователя[26]. Белорусские сундуки поставлены на широкий фон и, сравнив их с произведениями западноевропейских мастеров, Е. М. Сахуте удалось выявить художественное своеобразие местных куфров.

Общие сведения о сундуках представлены также в трудах Сергея Алексеевича Сергачёва[27], посвящённых истории белорусского деревянного зодчества. Исследователь особенно подчеркнул роль цвета в декорировании белорусских сундуков.

В работах этнографов также встречаются примечательные сведения о куфрах. Виктор Стефанович Титов сообщал, что на Случчине делали сундуки особенно больших размеров, писал о куфрах полесских сёл.[28] В работах Аллы Николаевны Наровской также опубликована общая информация о белорусских сундуках. Публикации ценны сведениями, полученными в ходе экспедиций[29].

Таким образом, к настоящему времени в литературе определены вехи истории белорусского сундука, выявлены его основные художественные и конструктивные особенности, названы фамилии некоторых мастеров-сундучников. Тем не менее, справедливо констатируется, что и сегодня ещё остаётся множество нерешённых проблем и вопросов.

Нельзя также не отметить, что большинству названных работ свойствен слишком обобщающий характер: отсутствует анализ конкретных произведений; недостаточно выявлены международные художественные связи; почти лишён внимания исследователей межвоенный период истории промысла. Назрела необходимость в монографии по истории белорусского сундука, в которой бы не только обобщались известные сведения, но и вводилась в научный оборот новая информация[30].

Опубликовано: Пудов Г. А. Сундучное производство Беларуси. Вопросы историографии// «Декоративное искусство и предметно-пространственная среда. Вестник РГХПУ» / Московский государственный художественно-промышленный университет имени С. Г. Строганова. 2025. №1, часть 1. С. 473 — 481.

 Тарасiкаў М. Яркiя ўзоры мастацтва. Сучасная беларуская народная дэкаратыўная размалёўка па дрэву (куфры) // Беларусь. 1961. №8. С. 24–25.

 Сахута Я. Куфры // Помнiкi гiсторыi и культуры Беларусi. 1977. №1. С. 32–34.

 Валасовiч М. З