Читать бесплатно онлайн книгу автора Белая стрекоза и три папы
Янина Корбут
Белая стрекоза и три папы
И среди жизни нас окружает смертьАгата Кристи «Десять негритят»
Пролог
Девушка вздохнула, почти всхлипнула, поднялась и медленно подошла к корме. Было уже совсем темно. Ветер нагнал тучи, оттого звезды еле угадывались. Небо, вода и оба обозримых берега были сейчас одинаково черными.
Через пару минут она снова уселась на стул у мангала. Почувствовала, что замерзла, натянула поглубже шапочку, накинула поверх шубки мужскую куртку и уставилась в пустоту, покачивая ногой. Мимо проносился какой-то населенный пункт, и гладь реки бликовала желтыми отсветами фонарей.
За шумом воды, разрываемой теплоходом, она не услышала, как из темноты кто-то осторожно вышел. Тень кралась вдоль стены, стараясь не производить шума. Но в какой-то момент девушка словно ощутила чье-то присутствие. Резко повернула голову вправо: ничего. Почувствовав себя глупо, она снова стала смотреть на воду. Вдруг тень одним броском нависла над ней с другой стороны и обрушила на голову девушки что-то тяжелое. Она успела только быстро обернуться и прохрипеть:
— Ты???
Второй удар заставил ее замолчать навсегда…
Листопадные трагедии
Так кружится стрекоза…
И все зацепиться не может
За стебель гибкой травы…
В тот день, когда бабуля решила начать умирать, стрелки листопада вовсю приближали ноябрь. Я ехала из командировки, и новость застала меня на стоянке одной из заправок. Мамуля причитала в трубку:
— Дарина, что делать будем? Наша-то совсем с ума сошла. Говорит, у нее рак поджелудочной. Ей сказали, что такое не лечат. Если уж там не лечат, то у нас и подавно…
— С чего вдруг… Погоди, она прошла обследования? Есть результаты анализов?
— Не знаю!
— Давай покажем все ее документы лучшим врачам, папа договорится…
— Который? — всхлипнула мамуля.
— Да любой! У них у всех связи о-го-го. Вылечим бабулю, не волнуйся.
— Да, я не сказала самого страшного…
— Что еще? — обмерла я, причем обмерла доподлинно, прямо с лица сошла. В этот момент я держала в руках пудреницу с зеркальцем, поэтому свою физиономию созерцала, так сказать, глаза в глаза.
— Она уже вылетела из Ниццы. Говорит, ей нужно успеть попрощаться с родными местами.
Я облегченно выдохнула:
— Так это же хорошо! Как раз здесь и разберемся…
— Да, хорошо-то оно хорошо… Но жить она будет у тебя!
— У меня? — удивилась я. — Это еще почему? В нашем отеле места полно, там свежий воздух, повара, врач…
— Ты же знаешь Мэмэ, она терпеть не может отцов, а у нас в отеле они каждый день будут мелькать перед глазами. Третий-то все никак на свои родные квадратные метры не вернется, прижился в номере люкс. Второй там теперь днями заседает, за бизнесом смотрит да в замы губернатора метит. А первый повадился обедать приезжать, надо его Люсе телефонировать. Пусть кормит своего мужика лучше, чтобы не шлялся. Нет, Дарина, не спорь с мамой. Лучше я сама буду приезжать почаще. Примерно раз в неделю… Ладно, мне пора бежать, тут приехал мой массажист.
Бежать было пора и мне. Сегодня наше праздничное агентство «Шанс» проводило открытие нового спа-клуба «БЕЗДНА». Начало мероприятия было назначено на десять, но я была на ногах уже с семи утра. Сразу с дороги поспешила на работу. Контроль, организация и еще много разных мелких нюансов. Аниматоры прибыли в нужное время, получили инструкции и теперь фланировали мимо персонала в костюмах русалок, дельфинов и морских звезд. Зато декораторы так украсили цветами вывеску, что в призывном лозунге «Иди в бездну» совсем не было видно буквы «н», и это рождало веселые каламбуры у официантов. Уже и фотографы нацелились на вывеску своими длинными, как вороньи клювы, объективами. Пришлось срочно принимать меры.
В свой офис я попала к обеду, поэтому на рабочем месте застала только Славика.
Мой бывший секретарь — выдающаяся личность, достойная отдельного описания: существо чахлое, зловредное и ехидное. Он патологически ушаст, психически нестабилен, язвителен и упрям. Кажется, Славик состоит только из эмоций и амбиций. Зато от него всегда можно узнать что-то новенькое, посплетничать и позлословить он мастак.
Толстых клиентов он всегда записывал в свой ежедневник жирдяями, хоть я и объясняла ему, что в нашем мире праздника и радости не говорят «жир», а лишь прозрачно намекают на «лишние сантиметры в области талии». Человека нестандартной внешности он называл страхолюдом, пикантные волоски над верхней губой обзывал пышными усами, а эффект апельсиновой корки на бедрах дам глумливо именовал жутким целлюлитом.
Несмотря на абсурдность следующего заявления, Славик всегда чрезвычайно нравился дамам. Особенно тучным и возрастным: видимо, он вызывал у них острый материнский инстинкт. Чем проказник нагло пользовался, меняя дам как перчатки. По его словам. Я же была склонна считать, что свою популярность он очень преувеличивает.
А еще Славик упорно тяготеет к ремеслу частного детектива и меня сбивает с пути истинного. И даже то, что отцы давно грозились оторвать ему за это уши, юного Шерлока ничуть не смущает. Пару раз мы с ним оказались замешаны в неприятные истории. Все начиналось с невинного желания установить истину и заканчивалось словами «так получилось». Если быть до конца честными, мы чудом избегали неминуемых последствий криминальной самодеятельности.
Сейчас же Славик жевал круассан, крошил на клавиатуру ноутбука и что-то бормотал. Я прислушалась.
— Всем привет. Я мечтаю, чтобы инопланетяне прилетели из космоса или вселенной и забрали меня на ихнюю планету. Кто-нибудь знает, как связаться с инопланетянами?
— Славик, ты снова сошел с ума? — вешая пальто в шкаф, уточнила я очевидное.
— Да это я комменты читаю под видео с круизом. Какой-то чел с ником Просто Годжи оставил послание.
— Очень информативно. И что, ему ответили?
— А то как же. Бородач Лена пишет: привет, торгаш шоколадных яиц знает, как это сделать. Свяжись с ним, пока он еще живой.
Славик вопросительно уставился на меня, словно ждал адрес торгаша. Потом до него дошло, что я игнорирую его порывы, и он заверещал:
— А-а-а-а! Это же какой-то криминал! Вот видишь, вселенная снова подсовывает нам расследование. Спорим, торгаша уже пришили? И что, мы оставим это просто так?
Я заглянула ему через плечо и удовлетворенно кивнула:
— Славик, комментарии годичной давности. Мы уже не поможем. Пусть торгаш покоится с миром. Давай лучше вернемся к нашему круизу. Надеюсь, когда я была в командировке, ты плотно занимался этим крупным заказом от…
— Александра Иванова, — с готовностью подсказал Славик.
— Какое красивое, а главное, редкое имя, — серьезно заметила я.
— Да назовись он хоть груздем! Зато! — Славик поднял указательный палец вверх. — Первый раз нам заказали мероприятие-круиз на теплоходе. На несколько дней, по Клязьме-матушке! Ох, не зря меня летом в Коровино аист обгадил. Я же знал, что к деньгам. А ты заладила: помойся, помойся! Короче, я там такое замутил, тебе понравится…
— Каждый раз, когда ты говоришь «тебе понравится», мне все категорически не нравится.
— Но в этот раз все будет иначе!
Людочка внесла поднос с кофе, а еще положила мне на стол несколько писем и какой-то договор.
— Откуда он вообще взялся, этот Иванов? — задумчиво поинтересовалась я, размешивая сахар в чашке.
Легкодумный Славик отмахнулся:
— Из Англии, конечно. Со мной работал его помощник, все вопросы решали оперативно и через него. Иванов явно очень состоятельный тип. Надо его ублажить, нам такие постоянные клиенты сейчас ой как нужны…
Если бы я знала, чем закончится история с Ивановым, самолично связала бы Славика и запретила покидать кабинет как минимум месяц. И себя тоже связала бы. Для верности.
Качурка
Через три дня мы со Славиком направились осматривать выбранный им для круиза теплоход «Качурка». Небольшой, но современный и вместительный. Главное — относительно свежий и надежный. По крайней мере, так гласило описание теплохода на сайте.
По пути Славик перечислял мне, кого из команды мы возьмем с собой в плавание.
— Капитан и помощник, он же механик. И повариха Анна Михайловна, она же уборщица. Запомнил, потому что ее зовут, как мою бабушку.
— И все?
— Иванов пожелал, чтобы персонала было по минимуму. Они классом часто ходили в походы, так что хотят варить уху на берегу и жарить мясо на костре. Конечно, заказаны и ужины в ресторане. Развлекать себя они планируют сами, но я все-таки набросал программу. Их всего семь человек, на три дня. На тебе конкурсы, я буду за диджея…
— Ты уверен, что гости Иванова захотят слушать Серова? — хмыкнула я, но дебаты пришлось отсрочить. Мы уже приехали и вышли из машины. Теплоход тоже был на месте, а с палубы на нас во все глаза смотрел мужчина с темными густыми бровями, в синей рабочей куртке. Заметив, что мы на него тоже смотрим, он бодро гаркнул:
— Добро пожаловать на борт!
— Меня зовут Дарина, — представилась я, пожимая его сухую крепкую ладонь после того, как он помог нам подняться на борт и пригласил следовать за ним.
— Я Юрий. Можно без отчества.
— Приятно. Юрий, вы капитан?
— Нет, помощник.
— Поведайте нам немного о вашем чудесном теплоходе.
— Охотно! — обрадовался помощник капитана. — Самое главное правило на нашем борту — не вспоминать Титаник.
— Я и не собиралась… Клязьма мало похожа на океан.
— Оно так, только некоторые сразу о плохом думают, — смущенно заметил помощник капитана. — Между тем емкость топливных баков позволяет находиться в плавании до двадцати суток без дозаправки.
— Надеюсь, нас не унесет на Валаам, — перекрестился Славик, а Юрий продолжил:
— Параметры теплохода самые оптимальные. Длина тридцать, ширина шесть. Пассажировместимость до двадцати человек. Камбуз, по вашему кухня, отдельное помещение, оборудованное бытовой техникой, посудой для приготовления и приема различных блюд. Вот тут у нас рубка, а теперь пройдемте в кают-компанию.
Юрий отпер дверь, направляясь внутрь. На небольшом стеллаже, прибитом к стене, были расставлены книги, но мое внимание сразу привлекли фигурки негритят. Славик тоже кинулся к ним и быстро пересчитал.
— Почему только шесть? В оригинале было десять…
— А, вы про кино? Этих негритят нам один постоянный заказчик подарил, только со временем часть потерялась. Что-то дети утянули, одна фигурка разбилась. Помню, ураган тогда был, нас так качало…
— Ой, давайте не будем о грустном. Я и так воды побаиваюсь.
— Она плавать не умеет, — хихикнул Славик. — Вот бедося, да?
Когда мы уселись на угловой диванчик, чтобы выпить кофе, появился и сам пожилой капитан, представившийся Алексеем Ивановичем. Он сообщил, что на борту теплохода имеются снасти и рыболовные принадлежности для ловли хариуса, омуля, щуки.
— У нас есть резиновая моторная лодка, мангал, шампуры, казан, коптильня. Знаете, как говорят? Дайте человеку рыбу — и он будет сыт один день, дайте удочку — и он будет сыт всю жизнь!
— А моя сочинская родня знаете, как говорит? Если человеку дать арбуз, — бодро начал Славик, но потом вдруг задумался и уже неуверенно пробормотал что-то про то, что тогда он тоже… Правда, не всю жизнь, но всю ночь — гарантированно.
— Арбузы нынче все с химикатами. Не держим, — нахмурился капитан. — А вот тут есть дополнительная морозильная камера для хранения как продуктов, так и пойманной рыбы.
Думаю, капитан пытался произвести на меня впечатление, но на меня его вообще сложно произвести. Тем более казаном с омулем. Это уж скорее отцы бы впечатлились. Единственное, что нравилось им всем троим одинаково (кроме мамули, конечно) — это рыбалка. Первый на ней в молодости отдыхал, второй — скрывался, а третий ловил дзен. Молодость прошла, а приятные воспоминания остались. Но, слава богу, в эту поездку я отправлялась без отцов.
Да, у меня три отца и секретарша Славик. Правда, секретарша уже бывшая, теперь-то он мой полноправный партнер по бизнесу. А вот отцы все теперешние, настоящие. Мамуля трижды была замужем. И каждый раз — удачно.
Папа № 1 не был моряком дальнего плавания, но, по мнению бабули, слишком долго плавал. Уже в два года я знала, что папа-полицейский всегда на работе.
Папа № 2 был бизнесмен, а не бандит. Но, по мнению бабули, все богатые люди — бандиты, а он был богатым.
Папа № 3 не ловил ворон. Он был философом, но, по мнению бабули, он был бездельником.
С отцами мне несказанно повезло. Мамуля сказала им «adios», но все трое звали меня дочкой, искренне любили и щедро делились житейской мудростью.
Я окончила юридический: папы № 2 и № 3 одобрили выбор. Первый хотел иметь своего юриста на случай непредвиденных обстоятельств, второй надеялся, что там я быстро осознаю тщетность бытия. Папа № 1 не голосовал: он, как обычно, был на работе и боролся со злом.
Получив диплом, я занялась организацией свадеб. Назло всем. Кстати, первую свадьбу я организовала еще в утробе матери. Это ее слова, не мои. Благодаря мне родители и поженились. Я была незапланированным, но любимым ребенком: назвали меня Дариной, что означало «Божий дар».
Мне казалось, что в моей работе есть нечто возвышенное и прекрасное: белые платья, голуби и торты. Папа № 2 по случаю купил мне пустующий офис в центре. Там я и открыла агентство праздников «Шанс от Дарины». Мой пакостный секретарь Славик всегда добавлял к названию приставку «последний».
Как и всякий организатор свадеб, через год я уже не пылала любовью к тортам и голубям. Первые вызывали тошноту, вторые — жалость. Еще через год я стала цинично смотреть на институт брака, а через два решила вообще не выходить замуж и сосредоточиться на карьере.
Папа № 2 посмеялся, а папа № 3 изрек очередную мудрость (где он их там брал, лишь богу известно):
— Каждый идет своим путем. Но все дороги все равно идут в никуда. Значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти.
Я покивала, но не нашлась с ответом. Видимо, к тому времени папа достиг такого уровня просветления, что понять его мне было не по силам.
Папа № 1 в обсуждениях не участвовал: был на работе и боролся со злом.
* * *
Пока Алексей Иванович показывал Славику фото выловленной гостями теплохода рыбы, мелодично пропел сигнал телефона. Из моей сумочки. Мамуля была взвинчена до предела:
— Ты как хочешь, но Мэмэ едет с вами по Клязьме. Она сказала, что перед смертью обязана попрощаться с родными местами. Отдать дань, так сказать.
— Что бабуля задолжала реке? — удивилась я.
— Хек его знает! — фыркнула мамуля. — Однако она категорически отказывается идти к нашим врачам. Сказала, что умирать тоже надо достойно. А не бегать и выпрашивать у смерти еще один шанс.
— Господи… Да как я возьму ее с нами? Теплоход забронировал клиент. Вряд ли ему понравится присутствие Мэмэ! Да и потом… кто будет за ней смотреть?
— Ну, ты же организатор! Вот и организуйся! Скажи, что это старая верная помощница капитана. Можешь перевязать ей один глаз, пусть изображает прожженную пиратку. Доверь ей, ну, не знаю… Лук чистить. Фасоль перебирать. Поверь, она крепкая. Видела бы ты, как она отцов в отеле за одно утро загоняла. Второй почти бросил курить, а третий согласился съесть мясную котлету.
— А папа № 1?
— Тот давно практикует с ней проверенную методику: он всегда борется со злом. И любит тещу на расстоянии. Даже не заезжает на обед. Знаешь, я его понимаю…
— Ты ставишь меня в неловкое положение, — начала я, но тут мамуля применила запрещенную тактику и выдавила слезу:
— Вот что ты за внучка? Я же не ради себя прошу… А если она и правда умрет? Мы же себе не простим.
— Допустим, я попробую взять ее с собой…
— А до отъезда она будет жить у тебя!
— Э-э-э…
— Да! Ты должна ее отвлечь, а я тут пока с ее анализами похожу по врачам, разузнаю, проконсультируюсь. Она же не дает мне никому звонить! Контролирует каждый мой шаг! Вчера неожиданно явилась в мой кабинет, а я курила, так с перепугу сунула сигарету в выдвижной ящик стола, загорелись документы по бухгалтерии…
— Кошмар, их хоть можно восстановить?
— Второй все равно собирался их сжечь, так что все к лучшему, — беспечно заявила мамуля.
— Ваши методы ведения бизнеса меня всегда поражали. Ладно, вечером заеду на ужин, что-нибудь придумаем.
Не суп, а супер
— Как вам мой суп с трюфелями? — поинтересовалась мамуля, обводя нас тяжелым взглядом. Все отвели глаза, потому что, едва мамуля вышла за вторым, суп был изгнан в окно.
— Не суп, а просто супер! — бодро выдал Славик. Он единственный со временем научился переваривать мамулину стряпню. — Отменнейшее пойло!
Мамуля задумалась, как воспринимать данный комплимент, а потом попыталась развить тему использования трюфелей в кулинарии. На что папа № 2, постоянно страдающий желудком после мамулиной стряпни, заявил:
— Нечего разбрасываться трюфелями, сейчас нельзя сильно демонстрировать роскошь, в моде «тихое» богатство. Не ровен час…
— Ты тоже так думаешь? Я вот что решила: мы должны организовать в отеле свой салон с редкой живописью. Эта та сфера, где сейчас выгодно хранить средства. За траты на картины у нас еще стучать не научились, потому что никто не разбирается. Это лазейка для умных богатых, точнее, для богатых с умными бывшими женами. Я пороюсь на чердаках старых знакомых, прошвырнусь по закрытым тусовкам. Кстати, третий, помнишь, у твоей Дуськи было полотно Васильева, ее матушка-домработница у бывших хозяев стащила? Вы им еще дырку на обоях в прихожей прикрывали?
— Я с Дульсинеей не общаюсь.
— Вот и будет повод, — назидательно молвила мамуля. — А то засела в твоей квартире, как та лиса, что зайчика прогнала. Пора бы уже петушку ее в попку клюнуть. Пусть хоть картину отдаст, шельма.
Славик, пытаясь восстановить желудочно-кишечный баланс после супа, выпил питьевой йогурт «Растушка». И решил продемонстрировать обретенную силу, рванув на себе рубашку. Но чуток перестарался — посыпались пуговицы и обнажилась тощая грудина.
— Славик, что это у тебя за пятна? — удивилась я, незаметно засовывая мамулины творожные хлебцы под салфетку, чтобы потом отдать местной собаке.
— Эти-то? Засосы, конечно, — самодовольно хмыкнул Славик. — Накануне порезвились с моей огненной куколкой.
— Завязывай врать, — возмутилась мамуля. — Видали мы твоих куколок. Хотя… Помнишь, Дарина, у тебя в детстве была такая страшная рыжая кукла с котом?
— Это был Куклачев… — укоризненно заметил папа № 1. Помню, он мне Куклачева и подарил.
— Да? Ну, не важно… Так вот куколка Славика на этого Куклачева очень похожа. Засосы…
— Да кого вы слушаете вообще? — оторвался от газеты папа № 2. — Какие засосы? Какое порезвился? Это он опять кардиограмму в поликлинике делал. Славка же малохольный. Чуть кольнет — уже в очереди за талончиком к кардиологу с бабками скандалит. Я его у поликлиники вчера видел, когда в налоговую ехал.
— А мне ты сказал, что едешь на встречу с клиентом, — укорила я Славика. Тот сразу же пошел в атаку:
— Между прочим, благодаря мне, врачи и есть наши постоянные клиенты. У Апполинарии Андреевны из регистратуры проводы на пенсию намечаются, она как раз хотела обсудить.
Тогда мы зря совсем не обратили внимания, что после упоминания поликлиники Славка знатно занервничал…
Одноклассники
Два дня до круиза все шло подозрительно спокойно. Бо́льшую часть времени я проводила в офисе, решая текущие вопросы и раздавая поручения на время моего отсутствия, на обед мы со Славиком ходили в кафе на первом этаже нашего бизнес-центра. Вечером мы с бабулей посещали театр или музей. Один раз я даже выбралась на шоппинг с Людочкой, нашей секретаршей. Она как-то два дня провела в круизе на теплоходе с друзьями и дала мне ценные рекомендации «не дурить голову», а закупиться чем-то непромокаемым и непродуваемым.
В назначенное утро я подъехала к пристани одной из первых, чтобы встречать гостей. Было ветрено и как-то грязновато-пасмурно, вода накатывала легкими волнами на каменную набережную. Осень постепенно окрашивалась в предстоящую зиму, все активнее теряла цвет и свой характерный пряный запах. Как по мне, плавать по рекам хорошо бы летом, но кто платит, тот и решает. Стоило признать, что и в поздней осени тоже было что-то очаровательное. Красота увядания и смерти, после которой снова наступит рассвет.
Почему я была одна? Бабуля, устав от театров, накануне ходила со Славиком в стриптиз-клуб, а потом заночевала у него в гостях. Поэтому они должны были сесть на теплоход заранее, и сюда подплыть уже за мной и остальными пассажирами. Я отпустила таксиста и застыла с вещами, не зная, как убить время. Позвонила Славику, чтобы уточнить, все ли в порядке. Тот сообщил, что теплоход будет минут через двадцать-тридцать. Механик как-то очень тщательно проверял состояние винта, и они чуток задержались.
— Бабуля уже осмотрела весь теплоход и осталась довольна, — радостно сообщил приятель, у которого с моей бабулей, несмотря на совместный досуг, были крайне непростые отношения. Та его нещадно третировала, не забывая при этом нагружать всевозможными просьбами. Чего стоило только недавнее ее требование из Ниццы достать ей пистолетик?
— Береги бабулю. И пусть бабуля бережет тебя, — подумав, заметила я.
Глянув на часы, решила, что успею выпить кофе. Прибрежное одноэтажное кафе, на удивление, работало даже в эту пору года. Наверное, потому что поблизости находился парк и прочие туристические объекты, разные посетители сюда заглядывали и осенью. Не только любители бороздить речные просторы, но и просто туристы и местные, забегавшие за стаканчиком горячего чая или какао.
Внутри было тепло, пахло молотым кофе и чем-то сладковато-ванильным. Направляясь к барной стойке, я боковым зрением заметила большую разномастную компанию за столиком у окна. Судя по взрывам хохота и голосам, перебивающим друг друга, там собрались старые друзья. Я заказала американо без сахара и стала оглядываться в поисках свободного стола. Видимо, в этот момент меня заметили.
— Дарина? Это ты? — донесся до моих ушей звонкий девичий голосок.
Компания за столом резко замолчала, а я поняла, что окликнули меня оттуда. На всякий случай сразу же нацепила на лицо дежурную милую улыбку. Личность я в нашем городе не то чтобы медийная, но в целом узнаваемая. С такой-то компашкой отцов, о которых только ленивый не слышал. Мало ли кто мог меня звать?
Обернувшись, я увидела, что высокая стройная шатенка призывно машет мне рукой, пролезая через стулья.
— Соня? — ахнула я, вспоминая, когда последний раз видела приятельницу.
— Дарина!
Когда-то мы с Соней были соседками по подъезду, то есть дружили в бытность проживания с папой № 2. Тогда мы обитали в элитной новостройке с закрытой территорией. Кажется, в тот дом мы переехали, когда я училась в классе третьем.
Папа Сони тогда был директором хлебозавода. Она очень хотела, чтобы я перешла в их навороченную гимназию, но я как чувствовала, что не стоит менять школу, в которую первый раз меня отвел еще папа № 1. И правильно решила, потому что уже в десятом классе мы от папы № 2 съехали к папе № 3. Вы же уже знаете, что мы с мамулей часто переезжали из-за ее матримониальных планов, и с Соней жизнь нас развела. Мы еще какое-то время общались, перезванивались. Потом, как водится, потерялись. И вот теперь она радостно трясла меня за руки.
— А-а-а, вот это встреча года! Я же тебя в соцсетях нашла и все собиралась написать…
— Чего не писала? Я тоже тебя искала, но по имени ничего не нашлось…
— Да я там записана английскими буквами, потом кину ссылку. А ты все хорошеешь, подруга, — заявила Соня, разглядывая меня пристальным взглядом красивой девушки, обнаружившей рядом еще одну красивую девушку.
— Ты тоже звезда, — не осталась я в долгу. И не кривила душой. Соня всегда была эффектной девочкой, ходила на гимнастику, потом в модельную школу. Сейчас она выглядела очень привлекательно в обтягивающей черной водолазке и простых синих джинсах. Блестящие волосы с рыжеватым отливом распущены, на лице легкий макияж. Было заметно, что Соня уже увлеклась усовершенствованием внешности: сделала скулы и что-то вколола в подбородок, но в целом все пока еще смотрелось живо и естественно.
— Знакомьтесь, пожалуйста, — повернулась Соня к собравшимся за столом. — Моя старая подруга Дарина.
— Ну, не такая уж старая…
— Не кокетничай! А это, представляешь, мои одноклассники!
— Ничего себе! — искренне удивилась я.
— Да-да! Мы тут уже шампанское за встречу открыли… Кстати, — хлопнула себя по лбу Соня, расхохотавшись, — ты же многих будешь помнить по моим рассказам…
Я тоже улыбнулась, потому что действительно помнила ее смешные истории из детства. Она всегда любила поболтать и в школьные годы тоже делилась со мной секретами.
— Так, я тебя сейчас со всеми перезнакомлю. Вот это Танечка Иванько, — показала она на щупленькую неприметную девушку с жидким хвостиком. — Наша староста. Честь и совесть класса.
— Кажется, ты списывала у нее химию, — блеснула я хорошей памятью и про себя так и продолжила называть старосту Танечкой. Почему-то ей шла именно эта форма имени Татьяна.
— Точно! — взвизгнула Соня. — Даринка, ты чудо! А это Элла и Артем Колядинцевы. Элла в школе была Протоворотова, но ребята поженились, как видишь. Вот такой у нас дружный класс. Даже любовников себе выбирали из числа одноклассников.
— Соня, уймись! — шутливо осадила ее Элла, симпатичная брюнетка с фарфоровой кожей. — Очень приятно, Дарина!
Соня только отмахнулась:
— Все свои, ничего страшного. Даринка, держись. Та-дам! Это Васятка. Наш шахматист. Со мной за одной партой сидел. Помнишь?
Я едва сдержалась, чтобы не прыснуть. Как я могла не помнить? Васятка никогда не сходил у Сони с языка. Ему, пухлому ботанику в очках, сыну классного руководителя, всегда доставалось от темпераментной соседки по парте. Конечно же, по законам жанра, в школе он был в нее влюблен, из-за чего подвергался насмешкам. А еще шахматист всегда помогал Соне с контрольными по математике и физике.
Выдержав паузу, во время которой мы многозначительно переглянулись, Соня продолжила:
— Ну, а это Тимур Коротаев, тоже спортсмен, кстати, в свое время на первенстве России получил медаль по плаванию. Сейчас тренирует молодежь.
Темноволосый Тимур явно считался главным красавчиком класса: под тонкой обтягивающей кофтой угадывались не только крепкие мускулы на руках, но и кубики на животе. Казалось, ему было чуточку скучно быть таким идеальным экземпляром мужского рода, оттого даже взгляд у него был чуть ленивый, с поволокой. Приветственная улыбка продемонстрировала его белоснежные зубы. Не парень — мечта.
— Еще раз всем привет. Значит, у вас встреча выпускников? — устраиваясь на свободном стуле, поинтересовалась я, хотя положительный ответ меня бы удивил. Для такого мероприятия обычно находят ресторан поприличней. Встречаются нарядные, за банкетным столом, заказывают вечер с ведущим и конкурсами, танцуют под живую музыку. А не пьют шампанское в кафешке с чистыми, но пластиковыми столиками, закусывая печеньем.
— В каком-то смысле вы правы, Дарина, — ответил за Соню Тимур, с интересом поглядывая на меня.
— Можно на ты, — улыбнулась я в ответ. — Заинтриговали. Тайное общество спортсменов?
— Ой, тут такое! — затараторила Танечка, видимо, привычно вступая в роль старосты. — Наш одноклассник решил устроить сюрприз и организовал встречу. Представляешь? Ничего, что я тоже на ты? Просто он у нас миллионер, ему это, наверное, ничего не стоит. Мы, конечно, в шоке, но кто же откажется…
— Ну, многие же отказались, — флегматично заявила Элла, помешивая кофе ложечкой. — Жены, мужья, дети. Не все могут себе позволить вот так запросто оставить работу.
— Конечно, не у всех есть свой работающий бизнес, — хохотнул Артем, опрокидывая в себя бокал с шампанским. Только сейчас я смогла рассмотреть его получше, и пришла к выводу, что они с Эллой неплохая пара. И даже, как многие супруги, чем-то неуловимо похожи. Тонкий нос, маленький подбородок. Но если Элле все это придавало некую кукольность, то Артема делало как будто бы слегка безвольным. Не знаю, откуда повелось мнение, что воля равна подбородку, но я, следуя стереотипам, продолжала так считать. Хотя не могла не отметить, что Артем довольно интересный молодой мужчина.
Тимур, спохватившись, предложил налить шампанского и мне.
— Выпьешь с нами? Мы тут пока ждем теплоход. Уже должен был причалить, но какая-то заминка, так что…
— Погодите… — заволновалась я, жестом отказываясь от спиртного. — Как теплоход? Ведь я же тоже… Выходит, это вы гости Александра Иванова? Это он ваш одноклассник?
— Да… — пробормотал Тимур, все еще ничего не понимая, но Соня, кажется, уже догадалась.
— Так, а ты… Стоп, я же слышала от отца, что ты владеешь агентством праздников! Точно! Вот это совпадение! — захлопала в ладоши подружка. — Значит, мы поплывем вместе? А-а-а-а, обожаю вас всех! Какой обалденный день, да, ребята? Уи-и-и!
— Погода ужасная, — попробовал ворчать Васятка, поглубже натягивая красную смешную шапку, в которой сидел, но Соня быстро его перебила:
— Так, отставить нытье. Тимур, заказываем еще бутылку шампанского! У нас же есть время, да, Даринка?
Пока Тимур отправился к барной стойке, Соня принялась рассказывать всем, какая я замечательная и клевая. Кажется, у остальных это не вызвало особого энтузиазма. Элла вдруг нахмурилась, придвинувшись к мужу. Наверное, осознала, что я не испарюсь в туманной утренней дымке, а поплыву с ними. Танечка с материнской заботой протянула Васятке салфетку, потому что тот от визгов Сони каждый раз дергался и в один из разов таки облился кофе. И только вернувшийся с шампанским Тимур поглядывал на меня с откровенной симпатией. Я заметила, как он просканировал мою правую руку на предмет присутствия обручального кольца. В ответ я пошевелила пальцами, изобразив паука на столе, и он, оценив мою проницательность, рассмеялся.
Когда все выпили еще по бокалу за знакомство, Соня вытащила меня из-за стола под предлогом выйти на перекур. Хотя я не курила, но понимала, что это только повод, чтобы уединиться. Подружка набросила на плечи белую норковую курточку. Я в своей непромокаемой и непродуваемой куртке-парашюте с капюшоном сразу же почувствовала себя не стильной девушкой в оверсайзе, а колобком. И лишний раз вспомнила Людочку «добрым» словом.
Кто же знал, что путешествие превратится во встречу со старой подружкой, на фоне которой не хотелось ударить в грязь лицом?
— Как тебе мои придурки? — хихикнула Соня, закуривая тоненькую сигарету. Похоже, мой внешний вид занимал ее мало, она явно была взволнована чем-то другим.
— Все очень милые. Я как будто их тоже давно знаю.
— Кто бы думал, что соберемся? Сашка, конечно, здорово затеял с этим теплоходом. Мы же с выпускного с ним так вот вместе не собирались. Он хотел всех позвать, но, сама понимаешь: одни болеют, другие уехали, третьи, как Элла сказала, замуж за ревнивцев вышли. Пару клуш их мужья из дома не выпускают, приковали к плите и стиральной машине. То ли дело мы, молодые и незамужние, да? А помнишь, как мы соседу с третьего этажа любовные записки в ящик кидали? А он подумал на свою соседку-вдову и при всех на собрании дома письма показал?
Подружка ткнула меня локтем в бок, и мы расхохотались.
— Кстати, не помнишь, чего он именно ее заподозрил? — вдруг озаботилась Соня.
— Конечно, помню! — утирая слезу смеха, ответила я. — Это ты придумала подписываться псевдонимом «Пиковая дама». А у нее был черный кот, черные волосы и черная, обитая дерматином, дверь…
Следующие несколько минут мы безостановочно смеялись и активно делились событиями своей жизни. Но разве могут за десять минут наговориться девушки, не видевшиеся столько лет? Оказалось, сейчас Соня заделалась фотографом, иногда сама снималась для рекламы, но в целом большую часть времени «искала себя», путешествовала и вела праздный образ жизни.
Так мы скакали с темы на тему, пока я, наконец, не додумалась спросить:
— А ваш Сашка Иванов — он вообще кто? Ну, кроме того, что миллионер. Это я уже поняла.
— Ох, Сашка — темная лошадка. Умный, симпатичный. В школе программированием занимался. И на велике гонять любил. Травму получил, из-за этого хромал и стеснялся. Зря, между прочим. Многие девчонки в него были влюблены. У наших дев было разделение: половина тащилась по Тимуру, вторая половина вздыхала по Сашке. Говорю же, он такой загадочный гений был. Отец у него компьютеры продавал, деньги были, так что Сашка ожидаемо после школы поступил в Лондон. Там уже проекты какие-то мутил, короче, теперь он миллионер. Конечно, по меркам Лондона средненько живет. Но по нашим — о-го-го какой завидный жених.
— Так ты…Погоди, ты из какого лагеря была: тимуровцев или ивановцев?
— Я-то? Я вообще только на старшеклассников западала. Хотя Иванов… Ну, в школе я ему точно нравилась, — подмигнула Соня и хотела сказать что-то еще, но в этот момент мы сначала услышали гудок, а потом увидели теплоход, степенно приближающийся к пристани.
Из кафешки на теплоходный зов повалили Сонины одноклассники, кутаясь в шарфы, снуды и пуховики. Путешествие начиналось…
О, море, море…
Теплоход пришвартовался, нам указали на забортный трап, возле которого стоял уже знакомый мне капитан Алексей и помощник Юрий. Поднявшись, все гости сначала бестолково сновали по палубе, оглядывая теплоход. Кто равнодушно, кто с нескрываемым восхищением. Хорошо, что капитан взял на себя функцию гостеприимного хозяина и предложил показать гостям каюты. Я же зажала Славика в углу. Он все порывался к громкоговорителю, чтобы спеть «О, море, море» Магомаема в полный голос.
— Рано пташечка запела… — угрожающе начала я.
— Как тебе обстановка? — поинтересовался он, прочистив горло. — Хотелось как лучше, а получилось идеально, скажи?
— Не заговаривай мне зубы. Где этот твой Иванов? Что-то я не вижу его среди встречающих. Он что, решил начать развлекательную программу с игры в прятки?
У Славика забегали глазки:
— Ты только не волнуйся…
— Я уже волнуюсь!
— Короче, у него накладка с самолетом вышла. Задержали рейс из-за вечной английской туманности. Но он попросил ничего не менять, чтобы мы отчаливали по маршруту, не дожидаясь его. Он догонит нас на остановке сегодня ночью или завтра с утра.
— Странно. Он точно расплатился? — нахмурилась я, мысленно прикидывая, на какие расходы мы можем попасть из-за чьей-то экстравагантной выходки. Аренда теплохода, кейтеринг, оборудование… Вдруг это конкуренты шалят?
— Конечно, полностью. И за теплоход, и за наши услуги. Денежки давно легли на счет, так что мы ничем не рискуем. В случае чего, прокатим этих чудаков по реке, да и вернем назад. Бабуля, опять-таки, хочет с Русью попрощаться. Кстати, ты узнала, кого они больше любят — Кая Метова или Саню Серова?
— Славик, какой Кай Метов, какой Серов? Ты с ними еще начни про вязание крючком разговаривать. Это современные молодые люди, у них соответствующие интересы и вкусы. Надо знать свою целевую аудиторию.
— Я просто давно не общался с молодежью.
— Понятно, что твои дамы все слегка за… ну, не знаю за сколько. Но ты же не в вакууме живешь. Не общался он! А я, в конце концов?
— Ты не в счет, Дарина, — печально вздохнул гаденыш. — У тебя с рождения энергетика такая… знаешь… старушачья.
— Кто бы говорил! — возмутилась я. — Погугли, что такое геронтофилия.
Поворчав, я рассказала ему о встрече с подругой детства, а Славик поведал мне о том, как бабуля пыталась построить капитана, запретив ему курить трубку. Правда, потом ее быстро укачало.
— Увел Мэмэ в каюту. Кстати, о каютах. Они здесь, конечно, просто микроскопические. Как я сразу не заметил? Капитан меня хеком заболтал. Ну да ладно, где наша не пролезала?
Преодолевая резкие порывы ветра, Славик повел меня обживаться. Наша с бабулей каюта располагалась ближе всего к выходу на палубу.
— Тут их всего восемь, все двухместные. Я про гостевые.
Я кивнула и мысленно прикинула, что Соня поселится в одной каюте с Танечкой. Васятка будет делить каюту с Тимуром, супруги, понятное дело, вместе. Я с бабулей, Славик сам себе злобный Буратино. Та-а-к, а таинственный Иванов? Он может явиться с дамой, почему бы нет? То, что Соня имеет на него виды, вовсе не значит, что он одинок. Возможно, одноклассники просто не знают о его семейном положении. Хотя вроде он не указывал, что будет с кем-то.
Я заглянула в свою каюту и услышала голос папы № 3, читавший бабуле что-то из стихов Саши Черного.
«Не может быть, неужели отец тоже на борту…»
Я стала озираться по сторонам с благоговейным ужасом и наконец заметила включенный телефон на подставке. Под его монотонное бормотание бабуля и похрапывала.
— Классно я придумал? — обрадовался Славик, заметив мое удивление. — Бабулю успокаивает голос Учителя, я давно заметил. Несмотря на то, что она называет его синичкой-неврастеничкой и малахольным апудилой. А еще недо…
— Хватит, Славик. Я знаю, как бабуля относится к отцам. А этот телефон… он ей спать не мешает?
Славик сделал мне небрежный жест ни о чем не беспокоиться.
— Спит, как барсук. По секрету сообщаю: учитель подсадил бабулю на гомеопатию.
— Вот те раз…
— Это я посоветовал, — шепнул он.
— И она согласилась принять что-то из рук бывшего зятя? — не поверила я. — Бабуля же никогда принципиально не ест с ними за одним столом. У нее всегда был пунктик, что отцы мечтают ее отравить.
— Ага, согласилась, — фыркнул Славик. — Ни в какую не хотела! Поэтому пришлось подменить ее успокоительное этой гомеопатией. Зато теперь спит как младенец. И даже перестала биться очками по голове, просто очешником замахивается — и все!
— Это точно не опасно в ее положении? Гомеопатия — дело тонкое…
— Только травки, — успокоил приятель. — Чего переживать? Я их постоянно пью и, как видишь, в полном порядке.
— Как сказать… Вот поэтому я за бабулю и переживаю.
— Ладно, раз она спит, пошли пока ко мне в каюту, чего здесь шептаться.
Попав внутрь, я плюхнулась на полку Славика, застеленную пушистым покрывалом, и осмотрелась. Наши с ним каюты были идентичными. Две кровати, между ними крохотная тумбочка, в стене — встроенный шкаф, напротив кровати — телевизор. Окошко круглое, обрамленное деревянной накладкой в форме корабельного руля. Еще одна, более узкая, дверь вела в тесноватый туалет с поддоном для принятия душа за шторкой. Главное — все было новым, чистеньким, но не вызывающим, что я лично очень ценила. Никогда не понимала кричащую роскошь, до которой пальцем страшно дотронуться, не говоря уже про то, чтобы на нее сесть.
Воспользовавшись временным затишьем, мы еще раз пробежались по основным пунктам программы, просмотрели рабочую почту и вышли на воздух. Надо было заниматься гостями и руководящими обязанностями, несмотря на то, что теплоход располагал к отдыху и бесцельному созерцанию красот.
Кают-компания (она же место для приема пищи, посиделок, пения караоке и обмена впечатлениями) уже успела собрать почти всех путешественников. Когда мы вошли, Юрий показывал Васятке, Танечке и супругам возможности акустической системы, хотя Васятку больше заинтересовали фигурки негритят. Он даже приспустил очки, чтобы лучше их рассмотреть.
Соня, заметив меня, сразу же помахала рукой. Рядом с ней стояла невысокая полноватая женщина с морщинистым улыбчивым лицом. Я сразу поняла, что это повариха Анна Михайловна, и поприветствовала ее.
— Садитесь чай пить! — отозвалась она. — Теплоход сейчас отчаливает. Пойду займусь обедом.
— Здорово здесь, да? — тараторила Соня. — Ой, чего это я, это же ты все организовала…
— Вообще, если быть до конца честным, это Славик постарался, — пришлось признать мне.
— Да, это был я, — гордо выкатил тот грудь вперед. Соня уставилась на него заинтересованно, пришлось объяснять ей, кто такой Славик, и как так случилось, что он стал моим партнером по бизнесу. В продолжение нашего разговора Славик успел доложить, что параллельно мы подрабатываем детективными услугами, за что я треснула его по затылку. Нечего тут свои истории о трупах рассказывать и пугать людей.
— Мы же Детективное Агентство Добрых Услуг! Пусть все знают…
— Ага, только конкретно ты в этом агентстве называешься министерством не ваших собачьих дел.
— Ничего себе, какая у вас интересная работа, — встряла Танечка, заслышав про убийства и добрые услуги.
— Конечно, однажды нас травили сухим льдом, а как-то чуть не замуровали живьем в склепе с мумией, — начал Славик, но тут заметил, что Васятка запутался в канате, и полез выручать собрата по ментальному уровню развития. Танечка, всплеснув руками, кинулась помогать обоим.
— Если честно, я волнуюсь перед встречей с Сашей, — доверительно прошептала мне Соня, подливая в свой чай поданный на подносике коньяк и закусывая все это лимоном. — А у тебя как на личном фронте?
Конечно, я сразу же подумала о Дубровском… Темные глаза, слегка вьющиеся волосы, подбородок грубоват. А губы пухлые, красивые, если бы не шрам, что перерезал верхнюю… Словом, довольно привлекательный парень, но даже не внешние данные делали его притягательным. Было в нем что-то такое… Дух авантюризма, вот! Ну не вписывался он в нашу серую, обыденную жизнь.
Больше года назад я словно попала в очарованный круг. Ведь прекрасно осознавала, что Дубровский — темная личность. Я должна испытывать к нему только злость, презрение и порицать его поступки. Но я влюбилась. И, кажется, Дубровский тоже что-то такое ко мне испытывал, потому что, меняя обличия и имена, периодически возвращался в мою жизнь. Он никогда не звал с собой, не рассказывал мне о своих планах, не хвастался связями с криминалом. И не боялся, что я выдам его, что свяжусь с полицией, расскажу все папе подполковнику. Он знал, что я не смогу причинить ему зло, но также знал, что я никогда не смогу поступиться своими принципами. Может, поэтому никогда всерьез не предлагал уехать с ним, куда глаза глядят?
Я бы никогда не смогла представить его на работе в офисе, или таскающим продукты из супермаркета, или выгуливающим собаку по утрам. Неуловимый, недоступный, далекий. А нашу сестру хлебом не корми — дай пострадать по всякому недалекому гаду. После нашей последней встречи в деревне Заполье, где мы со Славиком случайно оказались вовлечены в расследование загадочной смерти молодой работницы книжного магазина, я Дубровского больше не видела.
Его оскорбили мои подозрения, а я так и не смогла решить, стоит ли бежать за ним и просить прощения. Кажется, пора было принять то, что мы люди разных миров. Все эти частные встречи, легкие касания, пароли и намеки не для меня… Стоило закрыть эту страницу в своей жизни. И сколько уже попыток я сделала! Днями я еще как-то справлялась, но ночи — это было полное безобразие, я не понимала, как научиться жить, мечтая о чем-то другом.
Да и вообще, у каждой девушки в душе есть что-то потаенное, скрытое от других. Место, где
...
