Пролог: Классификация наблюдателя
Я не писатель. Я читатель. Это аксиома, не требующая доказательств — как тот факт, что скорость света в вакууме конечна. Школьные сочинения были для меня чёрной дырой, в которую безвозвратно уходило время. Я ненавидел выводить буквы на бумаге так же сильно, как люблю вбирать в себя чужие строки. Письма — единственная форма материи, которую я ещё производил на свет, и то исключительно под давлением внешней цивилизации («мам, я жив, денег не надо»).
Сегодня у меня есть немного денег. Сумма незначительная — три бифштекса в университетской столовой. Но для мира «чтива» это твёрдая валюта. Я сегодня нарасхват. Продавщица в «Читай-городе» смотрит на меня с уважением, как на героя. Я — герой. Герой, который стоит перед витриной и понимает: всё кончено.
Жанры лежат передо мной, как звёздные карты.
— Эпические жанры — рассказ, новелла, повесть, роман, роман-эпопея. От Чехова до Толстого. От «Хамелеона» до «Войны и мира».
— Лирические — оды, элегии, сонеты. Чувства, облечённые в рифму.
— Драматические — комедия, трагедия, драма. Для сцены, но жизнь, как известно, театр.
— Тематические — детектив, фэнтези, научная фантастика, любовный роман, триллер.
И я, как дурак, решаю: я прочитаю всё. От корки до корки. Музыка от Баха до Малера (это следующий этап, после литературы). Я стану умнее. Красивее. Образованнее. Разве не так работает знание? Разве не каждый поглощённый текст увеличивает энтропию твоего мозга в сторону порядка?
Нет.
Я дебил. Конченный. Тупой.
Друзья обалдевают. Смеются. Девчонки крутят пальцем у виска.
— Оригинальный, — говорят они.
А жить становится всё грустнее и грустнее. Потому что я только что сформулировал Главную Теорему Чтения.
