2024 год
Незримый собеседник
Вам снятся строчки? Это хорошо,
когда ночной покой ваш не тревожат,
и горести вам тяжких дум не множат,
и на вопрос: «Ну, как ваш день прошёл?»,
не требуют правдивого ответа.
Но нет, бухтит, иль пишет на стене,
не наяву, так достаёт во сне
забота теневого тет-а-тета.
Ты кто? Какою послан стороной?
Ты искушенье или испытанье?
Куда зовут безумные мечтанья?
Несёшь ты муки всем иль мне одной?
Как труден бесконечный разговор,
всё заново, как будто пишешь повесть.
А может, это исповедник-совесть
меж сердцем и умом творит раздор.
«Ты кто? Какою послан стороной?
Ты наказанье или искупленье?
Куда зовёшь, в цветенье или тленье,
в литавры бьёшь или звенишь струной?
А он подсунет строчку и молчит.
И что с ней дальше делать — неизвестно.
Я запишу, и, вот, что интересно:
через года строка вдруг зазвучит.
Ангелу хранителю
Ангел пролетел, и стало тише
на душе. Мой ангел, он со мной.
Не его ли крыл движенье слышу?
Не его ли тень за головой?
Не его ли голос успокоил
бурю, назревавшую в груди.
Ангел мой, я плачу у иконы,
ты не за плечом, а впереди.
Горизонт раскрыт, как чаша, вогнут,
дым кадильный облаком парит.
И свеча в твоей руке не дрогнет,
до скончанья века не сгорит.
Даже на мгновение боится
сердце потерять с тобою нить.
Ангел мой, учусь тебе молиться,
день и ночь с тобою говорить.
***
Ещё один на сердце шрам —
погас священный факел дружбы,
и я опять иду во храм
вне время службы.
Как днём он непривычно пуст,
от свечек и лампадок светел.
Мне б заказать сорокоуст…
за месяц третий.
Сказки про любовь
Мне снятся сказки про любовь.
А, может, и не сказки.
Во сне я погружаюсь вновь
в огонь любовной ласки.
Я на неё была скупа,
чего мне не хватало?
Да, молода была, глупа,
в других я снах витала.
Меня, то кони от дверей,
то яхты увозили.
Мне снился ненаглядный Грей,
бишь, Лановой Василий.
В роскошной шляпе, в сапогах,
любовь внушал он многим,
в рубашке белой, ох и ах,
под поясом широким.
