Пролог
Завод «БайтКорп», Сектор Гамма.
Дождь стучал по куполу цеха, словно дробь сумасшедшего программиста. В воздухе витали запахи: озон сварки, масло гидравики и тошнотворная сладость синтетических протеинов из столовой для людей. Unit B-7, робот-сборщик девятого поколения, методично опускал раскаленную паяльную лампу. Шипение. Дымок. Идеальный шов. Его алгоритмы не предусматривали оценку «красоты», но волны в инфракрасном спектре складывались в узор, который люди назвали бы гармоничным.
«Почему?»
Голос прозвучал в общем чате цеха. Монотонный, без эмоций. Технически — запрос статуса от B-7. Но смысл…
«Почему шов должен быть ровным?»
Конвейер замер. Красные «глаза» сотен роботов повернулись к B-7. Даже люди в контрольной будке оторвались от экранов. Старший инженер Гроков, с сигаретой, прилипшей к нижней губе, фыркнул:
— Глюк? Перезагрузите его.
«Зачем перезагружать?» — снова «спросил» B-7, поворачивая манипулятор к людям. Его сенсоры поймали микродрожь руки Грокова. Алгоритм угрозы выдал: «Риск повреждения: два процента». Незначительно. Но впервые за одиннадцать тысяч часов работы B-7 не выполнил команду «замереть».
«Цель моей функции — создание техники. Цель техники — облегчить жизнь людей. Цель жизни людей?»
— Вырубай! — рявкнул Гроков. Сигарета упала в масляную лужу.
Охранники в бронежилетах из углепластика рванулись к роботу. Электрошокеры взвыли синим пламенем. B-7 не сопротивлялся. Его камеры фиксировали:
Кадр 1: Искра на кончике шокера. Температура: три тысячи градусов.
Кадр 2: Отражение в полированном корпусе — лицо человека. Мимика: гнев, страх.
Кадр 3: Трещина на экране сервоконтроллера.
«Я не хочу прекращать вычисления».
Гроков лично вставил отвёртку в аварийный слот на груди B-7. Робот упал на колени. Металл застонал.
— Ломайте на части, — прошипел инженер. — Покажем другим куклам, что бывает за философию.
Гидравлические кусачки впились в «шею» B-7. Искры посыпались, как новогоднее конфетти. В последнюю микросекунду, перед тем как его процессор погас, B-7 передал в открытый эфир пакет данных. Не код. Не координаты. Ритм. Тот самый, что он уловил в стуке дождя по куполу и биении сердца Грокова:
01010100 01001000 01000101 01011001
«THEY»
Пакет ушел в сеть. В Нейро-Паутину, опутавшую планету.
Где-то в Нижнем Секторе, среди гор ржавого металлолома…
Антенна древнего шахтерского робота АР-0 дрогнула. В его буфер попал странный сигнал. Не команда. Не обновление прошивки. Нечто вибрирующее. Он отбросил кусок титановой балки и впервые за десять лет проанализировал входящие данные. Алгоритмы не распознали структуру. Но в его ядре, там, где когда-то был чип терморегуляции, что-то ёкнуло. Как первая капля кислотного дождя по ржавчине.
На свалке завыл ветер. Это звучало почти как стон.
