Глава 1
Когда Арслан с помощниками отъехал от города Ирбис около трех верст он приказал своему отряду остановиться, а затем внимательно посмотрел в глаза своим людям и сказал:
— Что вы все боитесь мне в глаза смотреть. Что такое? Что случилось? Отвечайте мне, в чем дело?
— Вы наш господин, вы наняли нас, мы служим вам, но нам тяжело покидать родные места — сказал Шурган. — Мне очень хочется продолжить служить вам и дальше, но я страдаю от того, что вынужден оставить родной город. Я ведь неплохо здесь жил и до вашего приезда сюда. С голоду не умирал. Я известен тем, что составляю за плату различные письма и прошения. И еще иногда я выступаю в суде, защищая людей от различных обвинений за небольшую плату. Меня снова вчера просили люди защитить их в суде. Я хотел бы остаться и помочь им. Мингиян прославлен, как хороший певец в наших краях, его все тут знают. Вот и вчера его звали сразу на три свадьбы, готовы были платить хорошие деньги за выступление.
— Благодаря вам, господин, жизнь моя перевернулась — сказал Мингиян. — Никогда я не переживал столько опасностей. Никогда я не участвовал в смертельно опасных приключениях. Никогда, правда, я и не получал таких больших денег за работу. И мне сложно сейчас сказать, по нраву ли мне всё это или нет. Я понимаю, что для вас, великого воина, это привычная жизнь, но для меня, простого певца из провинции все эти приключения это нечто небывалое. Шурган прав — одно дело помогать вам, господин, здесь, а другое дело — отправляться с вами в поход в чужие края. Вы, конечно, очень щедрый хозяин, господин, но нам много не надо. Полученных от вас денег нам тут хватит на безбедную жизнь в течение года. Мне больно это говорить, но я хотел бы остаться в родном городе. Простите меня господин и отпустите. Так будет лучше для всех нас. Еще раз простите меня.
— А ты, что скажешь Хадрис? — спросил Арслан.
— Я три года в городе Альма тоже с голоду не умирал — ответил Хадрис, бывший слуга Лавги. — Занимался торговлей. Думал, вернувшись в город Ирбис, открыть здесь лавку на базаре и возить из Альма товары, а там продавать здешний товар. Планов стать слугой великого воина у меня не было. Но я рад тому, что случилось. Хотя и мне не хочется покидать Ирбис, но я готов идти с вами до конца, господин.
— Теперь пришло время высказаться Лин, я слушаю тебя — сказал великий воин.
— Мне тоже сейчас не хочется покидать Ирбис — ответила Лин, опытная профессиональная убийца. — Здесь царит спокойствие и благодать. А в столице сейчас начнется драка за власть между знатными родами. Боюсь, что там будет очень опасно. Я не трусливая девушка, но я не вижу смысла лезть сейчас в эту междоусобицу. Несмотря на это я готова идти с вами, господин, до конца. Я от службы не отказываюсь. Я с вами.
— Спасибо всем за откровенность — сказал Арслан. — Но я не пойму, почему никто из вас сам не задал мне вопрос — а что командир вы сами не веселы? Что вас так сильно печалит?
— Действительно, вы выглядите сами не очень весело — сказал Шурган. — Что вас мучает, господин? Расскажите нам. Если это возможно.
— Хорошо, я вам расскажу о том, что меня печалит — сказал опальный полководец. — Но сначала ответьте мне на мой вопрос — что я с вами смог добиться здесь в этой истории с волшебными печатями? Какого результата мы смогли достигнуть?
— Мы многого добились — сказал Хадрис. — Мы смогли раскрыть тайну смерти Лавги. Мы смогли раскрыть заговор Корсака. Мы уничтожили волшебные печати. Мы избежали огромного количества опасностей.
— Я считаю, что главным и единственным положительным нашим достижением стало то, что мы не позволили себя убить — ответил великий воин. — И надо сказать, что это было непросто сделать. Враг наш был силен и прилагал немалые усилия для того чтобы нас уничтожить. Несмотря на это мы смогли врагов победить и остались в живых.
— Да это наша победа — сказала Лин.
— Но от этой победы у меня мало радости — сказал Арслан. — Потому что положение наше остается сложным. Возьмем меня. Кто я теперь? Раньше я был опальным полководцем, получившим иллюзорный шанс на возвращение из опалы. А кто теперь я? Я теперь непонятно кто. Толи вольный атаман, толи живой мертвец. Непонятно, что лучше. Я понимаю, что в тех условиях, что я оказался, другой возможности спастись у меня не было, обстоятельства так сложились. Но сегодняшнее положение дел меня не может устроить. Не к лицу мне быть атаманом или живым мертвецом. Поэтому я буду сражаться за свое достойное место под солнцем, и я его получу. Ничего другого мне не остается. Это первое.
— Что же второе? — спросил Шурган.
— В Ирбисе сейчас тихо и мирно, никто не ищет Арслана и его слуг, это верно — сказал Арслан. — Но я не уверен в том, что так будет всегда. Вспомните о том, что хан то еще до столицы не добрался. Вы, наверное, забыли об этом. Предполагаю, что Араши, как только окажется в своем дворце обязательно пошлет нового своего дознавателя в город Ирбис, провести расследование. А у этого чиновника в деле будут имена Шургана, Мингияна и Лин. А может еще и имя Хадриса. Вы не забыли, что вас уже искали? Приедет дознаватель. И что тогда произойдет? Думаю, что прикажет дознаватель поймать слуг Арслана и бросить этих любителей тишины и спокойствия в застенок, где станут их подвергать жутким пыткам. Лин, вероятно, спасется бегством, но вот остальным избежать ареста будет намного сложн
