Читать бесплатно онлайн книгу Два эгоизма
Аполлон Александрович Григорьев
ДВА ЭГОИЗМА
«Два эгоизма» — драма в четырех действиях талантливого русского поэта, переводчика и литературного критика Аполлона Александровича Григорьева (1822–1864).***
Это история о жизни великосветского общества, его развлечениях, интригах, любовных треугольниках, и о трагической судьбе московской барыни Марии Донской.
Другими известными произведениями Аполлона Григорьева являются «Мои литературные и нравственные скитальчества», «Листки из рукописи скитающегося софиста», «Стихотворения», «Олимпий Радин», «Видения», «Предсмертная исповедь», «Первая глава из романа «Отпетая»», «Venezia la bella».
Несмотря на то, что Аполлон Александрович Григорьев не пользовался особой популярностью среди читателей, его творчество высоко ценил Достоевский. Кроме того, Григорьев переводил на русский язык произведения Байрона, Мольера, Шекспира и других гениев мировой литературы.
Они любили друг друга так долго и нежно
С тоской глубокой и страстью безумно-мятежной!
Но, как враги, избегали признанья и встречи,
И были пусты и хладны их краткие речи.
Драма в четырех действиях, в стихах
ДЕЙСТВУЮЩИЕ:
Степан Степанович Донской, московский барин, член Английского клуба.
Марья Васильевна, его жена.
Любовь Степановна, или Эме́, сестра его, 30-летняя дева.
Владимир Петрович Ставунин, молодой неслужащий человек.
Николай Ильич Столетний, капитан в отставке.
Кобылович, заезжий петербургский чиновник.
Баскаков, философ-славянофил.
Мертвилов, философ-гегелист.
Петушевский, фурьетист из Петербурга.
Раскатин, молодой поэт, подающий большие надежды.
Ломберов, поэт безнадежный
Подкосилов, опасный сосед.
Отец семейства.
Постин, богатый откупщик.
Корнет.
Доктор Гольдзелиг.
Вера Вязьмина.
Елена.
Дама под вуалем.
Незнакомец.
Маски.
Действие — в Москве.
Действие первое
Аванзала Благородного собрания, налево ряд колонн. Маски и лица без масок входят почти непрестанно. Из залы несутся звуки «Hoffnungs strahlen».
Ставунин в маске и шляпе выходит из залы и медленно идет К креслам направо. Вскоре за ним Капуцин.
Ставунин (про себя)
Безумец! та же дрожь и нетерпенье то же,
Как за пять лет тому назад.
И для чего я здесь?
Чего ищу я, боже!..
Чего я трепещу, чему я глупо рад?..
Пять лет…
Давно, давно…
Иль не дано забвенья
Душе измученной моей?..
Иль в пустоте ее сильнее и сильней
Воспоминания мученья?..
Иль есть предчувствие!
Иль точно было нам
Не суждено расстаться без признанья,
И равнодушного страданья
Мы выпьем чашу пополам?
Капуцин (ударяя его по плечу, тихо)
Memento mori!
Ставунин (спокойно вглядываясь в него)
Вы ошиблись, вероятно,
Святой отец!
Капуцин
Что, верно, не совсем
Memento mori нравится вам всем?
Напоминанье неприятно?
Ставунин
Ступай к другим, тебе я незнаком.
Капуцин
Бог ведает, но дело лишь в одном
Memento mori.
Час расплаты,
Быть может, близок, быстрым сном
Бегут минуты без возврата.
Ставунин
Я старых истин не люблю,
Ступай других морочить ими…
Капуцин
Я так не говорю с другими, —
На уду их другую я ловлю…
Ставунин (оборачиваясь к нему спиною)
Так в добрый час!
