Читать бесплатно онлайн книгу  Чувство сопричастности

автор Леонид Куликовский

Оглавление

Автор о себе

Родился 14 января 1956 года, седьмым ребёнком в семье, на прииске Крутой, в двенадцати километрах от Магдагачи, Амурской области. Вскоре прииск был закрыт, и жители его переехали в посёлок. Всё детство провёл среди прекрасной природы, среди лесов и озёр, какие в обилие были на Крутом. Об этом немало говорится в цикле рассказов «Мозаика детства».

Отец, Феликс Иосифович Куликовский, в начале тридцатых годов двадцатого века он вместе с братом и сестрой был выслан из Белоруссии на Дальний Восток за неповиновение добровольно вступить в ряды коллективного хозяйства.

По исследованиям моих родственников по линии отца, они принадлежали к одному из ветвей польских дворян Куликовских, но эта информация требует тщательной проверки, так как сам отец на этот счёт всегда умалчивал, и это было понятно, чтобы не навредить своей семье. Во второй половине тридцатых, точно не могу сказать, он с братом Романом был арестован вторично, но расследование показало, что был просто оговор на них и их отпустили.

Кратко об этом упомянуто в повести «Однажды цыганка гадала» и очерке «Семь Я», (похоронен в Магдагачи).

Мама, Шарапова Надежда Павловна выросла в богатой семье землевладельцев Томской губернии.

Во время коллективизации её отец, а мой дед Павел Васильевич Шарапов, добровольно сдал всё имущество и хозяйство в колхоз и стал его председателем, так как был в большом авторитете у односельчан. Это время затронуто в очерках «Домой!» и «Семь Я».

В 1963 году пошёл в школу №156, в первый класс, в старое здание школы, которого уже не существует. Читай очерк «Контуры прошлого», «В первый класс», «На коммунальной квартире».

В 1971 году закончил восьмилетку и перешёл в среднюю школу №155 и закончил успешно в 1973 году. Рассказы «Другая школа», «Уходящий в будущее» об этом. В этом же году поступил в высшее учебное заведение, политехнический институт в городе Томске.

В 1978 году ушёл служить в ряды Советской армии, в городе Новосибирске. После демобилизации вернулся домой, в Магдагачи. Работал один год помощником машиниста на железной дороге при магдагачинском локомотивном депо. Это время упомянуто в рассказе «Перипетии жизни».

По окончанию института ушёл служить офицером в Вооружённые Силы Советской армии (Витебская область, Белорусия). После увольнения в запас, переехал жить в Украину, город Кировоград (Елисаветград).

Работал инженером-конструктором, предпринимателем, заместителем генерального директора товарно-сырьевой биржи, менеджером по продажам в сельском хозяйстве, пожарником во время учёбы в институте. После выхода на пенсию подрабатывал таксистом.

Трое детей: дочь, сын, дочь.

Начал писать в 62 года.

Первая книга «Мозаика детства» написана в 2021 году.

Вторая «Контуры прошлого» — в 2022 году.

Третья «Центры притяжения» — в 2025 году.

Четвёртая книга «Чувство сопричастности» — 2026 году.

«Чувство сопричастности творит чудеса. Быть не рядом, а вместе — вот девиз подлинной человечности».

Станислав Ежи Лец

«… Постарайтесь возродить в своей памяти эти особенные мгновения, когда вы, вдруг! — начинали чувствовать себя абсолютно живым и исполненным радости! Когда вы чувствовали восторг исключительно потому, что — здесь и сейчас — вы живете! Когда вы позволили своему сердцу раскрыться, чтобы нежно полюбить и быть любимыми, когда вы находились в потоке гармонии с окружающим вас миром…»

Джоэл и Мишель Леви

О птицах

ВОРОНА

Во дворе я — королева.

Вон мой дом, на ветке слева.

Птица в перьях чёрно-серых,

Я умна, хитра, проворна

Я… [1]

Ворона сидела на высоком дереве, осматривала прилегающий двор к домам, сверху ей было хорошо всё видно. Была она не то, чтобы старая, но опытная и седая. Нет, воронёность своего крыла не теряла, просто годами была вся в седине, по-вороньему конечно. Она жила себе и жила, как много других ворон, которые обитали в разных районах большого города, мало ли их на свете таких, как она… Однако эта ворона жила в этом дворе, прихвостизировала его и прикрылатила, а значит считала его своим. Она позволяла людям гулять по двору, отдыхать на его территории, но не тогда, когда у неё появлялись птенцы. Природа, её законы, заставляли даже ворон задумываться о своём потомстве, они задумывались… После глубоких «раздумий», выводили в городе своих птенцов. Это было помимо их воле. Зачем? — вороны не знали, но следовали законам, подчиняющих себе их и других птиц. Наша ворона облюбовала себе место выводить птенцов в самом центре города, в небольшой сосновой рощице, между большим жилым домом и школой.

В свободное от потомства время, ворона садилась на какой-нибудь ветке так, чтобы она всё видела, а её не было заметно. Сидела и лениво поглядывала на проходящих людей, они ей не доставляли особой мороки, но в силу своей опытности, нелёгких прожитых лет, была всегда начеку, озиралась по сторонам и поглядывала назад, а вдруг!.. Этот «вдруг» случался с ней. Была она сама неспокойной, шкодливой и любила делать пакость, пусть невеликую, но такую, чтобы помнили люди, вот люди время от времени давали ей ответку. Посиживала, посматривала вокруг и рассуждала. Рассудливая ворона попалась, не только шкодливая…

— А ещё мог быть «вдруг» такой, — думала она и вспоминала минувшее, — такой, что какой-нибудь озорник возьмёт, да и запустит в меня камешком, мальчишки, они такие — хулиганы, одно слово… Потом на кого пенять? — сама засмотрелась, занежилась на солнышке. Как бы не старалась быть на дозоре, а удозорить всё невозможно. И откуда ж только такие сорванцы берутся, тьфу ты! Нет должного воспитания, а результат — страдай тут, старой вороне… Надо что-нибудь у них спионерить у этих пионеров, надо. Ладно погодите-ка, вот появятся у меня птенцы, уж тогда я вам припомню, а сейчас что-то леность одолевает, солнышко пригревает, сонливое состояние. Вон внизу людишки, смешной народ, всегда куда-то спешат, всё двигаются и двигаются. Сверху то всё видно, кто и что… Напридумали себе машин всяких и давай куда-то ехать. А куды ехать то, а? Куды спешить? Мне вон двор приглянулся, я и верна ему, уж который год. Скольких воронят здесь высидела, не счесть. Э-э повырастали мои воронята, тоже поди летают туды-сюды, туда-сюды, не сидится молодым, а к матери бы заглянуть? Поди и не помнят уже старую ворону. Вот так мои милые воронята постепенно превращаются в вороньё, сколько их стаями летают, куды?..

После птенцов, когда они разлетались из родного гнезда в самостоятельную жизнь, селилась в ней тоска и одиночество, потом проходило, но этот период она тяжело переживала. Уходили заботы, её беспокойства, хлопоты о своих детях. За заботой о потомстве вороне было не до скуки, только успевай разворачиваться. Хорошо, когда два птенца, а ежели три, четыре? Ох тяжкие времена наступали, но и это проходило, а далее?.. Она, по опыту, знала, что всё проходит, а всё ж мать. И сердце материнское не железное, даже воронье. Птенцы, окрепнув, чаще и чаще летали в соседние дворы, может и далее, а потом и вовсе пропадали в свою жизнь. Поневоле предашься хандре. Сначала треволнения касались её одним крылом, птенцы доставляли ей много суматохи и хлопот, довести бы до ума, вывести в вороны…

Потом случилась свобода и отдых — птенцы выросли, окрепли. Казалось, здесь надо бы радоваться, но постепенно скука и уныние касались вторым крылом, надо за кем-то ухаживать, ведь в привычке уже… Свобода, оно такое — надоедает. Со скукой возвращалась вредность, желание напакостить людям, а почему нет? вон они годами ухаживают за детьми и зимой, и летом вместе. Идут, весело разговаривают, смеются, можно ли вытерпеть такое, когда тоска лютая гложет? Глядела на них и селилась в ней зависть. Подступала непонятно как, а потом завладевала ею.

Шло время, и это нехорошее чувство проходило, оставалось её воронья жизнь. Надо было думать о будущем новом потомстве, а до него жизнь текла в меру шкодливая, в меру вороватая, не утерпеть, когда что-нибудь блестит, сверкает. Такое должно быть у вороны!.. Ворона воровала, приносила к себе в гнездо, но кому? блестящее её уже не радовало, а воронята разлетелись по белу свету, где сыскать. Ладно, пусть останется будущим птенцам. Кто заглянул бы к вороне в её домик, удивился его обилию всякой всячины. Эта «всякая всячина» привлекала ворону особенно в её период брачных игр, а что? — ворона наша была хоть куда!.. И черна, и умна, и задириста. В этот период шло обустройство гнезда, для его украшения шло многое: кусочки фарфора, черепицы, блестящего металла, серебряная фольга, а также яркие ленты для показа своего превосходства над другими воронами. Что не сделаешь для избранного супруга и будущего потомства. Правда «избранный» «сделал дело, где-то гуляет смело», а гнездо осталось таким, каким его прибрала мамаша для воронят. Своя жизнь, свои законы, свои нравы, пусть вороньи, но удивительные.

Если бы была возможность расспросить нашу ворону о жизни своей, о проделках, приключениях, что входит в рацион питания, то её рассказы можно было бы слушать часами…

…Она бы поведала, что наблюдая за вороньим народом, можно заметить насколько все-таки они расчётливые и умные птицы. Учёные и те пристально изучали ворон, пришли к выводу, что эти создания способны к обучению, и даже к использованию инструментов, способных облегчить жизнь. Речь идет о тоненьких палочках, чтобы вытаскивать жуков из древесной коры или просунуть в трубочке застрявшую пищу. Эти птицы планируют свои действия, свое поведение и решают весьма успешно поставленные исследователями перед ними задачи. Смекалистые создания!..

Смекалка проявляется во многих случаях, когда нужно расколоть орех, который не могут одолеть, ни клювом, ни лапками, тогда они поднимаются в воздух и бросают орех на автомобильную трассу. Колеса машин разрушают скорлупу и вороны выклёвывают ядра. Причём делают это вблизи пешеходных переходов, когда загорается зелёный светофор, они тут как тут. А еще они с высоты бросают на камни моллюсков, чтобы жесткий панцирь разбился и тогда доступ к питательному содержимому открыт. Ученые утверждают, что вороны — отличные добытчики еды, при этом используют на подобие шпионских навыков, то есть выслеживают взрослую птицу, чтобы та привела ворон к своему гнезду с птенцами.

Чтобы вороны были гурманами, так нет, в еде непривередливы. Птицы эти неприхотливые создания, могут кушать, клевать практически все, что попадается им на пути. Пищеварительная система каркуш приспособлена к широкому выбору пищи. Не брезгуют и мусорными баками, свалками и падалью. Иной раз их называют падальщиками. Однако надо заметить, в сухомятку не любят есть. Знают, что это плохо сказывается на процессе пищеварения, отсюда вороны много пьют воды. Свои правила хорошего тона, промывают некоторую пищу чистой водой. Пауки для вороны — привычное лакомство. Вороны — хищники, поедают диких птичек и угощаются их яйцами, не пропускают мимо небольших млекопитающих, ящериц. Отдельные виды едят кротов, моллюсков и червей. Более того, вороны не прочь полакомиться насекомыми: кузнечиками, жуками, саранчой. Многое входит в их меню, всё сгодится…

Для ворон яблоко — яство. Они не прочь поесть: и виноград, и бобы, и горошек, и вишню, и кукурузу, и некоторые дикие виды фруктов. Особенно уважают посевы пшеницы, ячменя, гречихи, а также семена тыкв, кабачков и патиссонов. Склёвывают клюкву, можжевельник, пасленовые и зимние ягоды. Имея сполна пищи, они припрятывают её на «чёрный день», чтобы в трудные часы воспользоваться своими «заначками», мало ли что… Жизнь, она такая штука. В поисках пищи наибольшую активность вороны проявляют по утрам и вечерам. В остальное время, предаются отдыху, то есть, как люди, любят побездельничать, «повалять Петрушку».

…Вот, в основном, чтобы нам рассказала ворона. Из её рассказов мы бы узнали и о таком, что в ней есть обида на людей за свою сородичку, которая была высмеяна баснописцем, уронившую «кусочек сыру»… [2]

— Ишь удумали, сделать из ворон дур, — ворчала наша ворона, — Якобы они могут поддаться плутовской лести. Уверяю, чушь несусветная! Никогда племя моё не позволило бы от льстивости выронить то, что послал нам бог. Хотела бы я посмотреть на ту лису, сколь ей пришлось бы сидеть, изливать похвалу и выжидать сыр. Она успела бы состарится, прежде чем, я, например, позволила бы утерять сыр. Ха!.. Смешные людишки… А ещё сказку напридумали, что из моей родни одну ворону в острог засадили, «за железные засовы, за булатные замки» на срок вечный. [3] Вот ведь выдумщики! Да и много чего навыдумывали про нас, про ворон…

Если бы могла говорить по человечески, она бы обязательно подразнила кого-то, если бы могла смеяться, то похохотала бы над кем-то. А то вылетало из клюва только «кар», да «кар». Конечно в один звук ворона много, какие понятия вкладывала. Разные значения: возмущения, зова птенцов, предупреждений об опасности, отвлекания от птенцов, гнезда. Замечала всякие оплошности у людей, их привычки, пристрастия в употреблении и еды и разных напитков. Зорко следила за мужицкими попойками. Нагуляются, напьются — тут тебе можно поживиться, ведь уж ни бельмеса сообразить не могут, знай таскай у них из под носа. Так что много чего ей виделось с высоты и наблюдалось за людьми.

Какой бы ворона не была вредной, сварливой и вороватой, а всё же, как мамаша, она была заботливая и догляд за своими птенцами имела аккуратный, даже сверх заботливый. Время когда высиживала яйца было для неё отдыхом, сидела и сидела, вылетая лишь для того, чтобы себя подпитать и быстренько в гнездо, не приведи того, чтобы будущих детёнышей охладить, остынуть могут. Она даже была доброй в это время и никого не задирала. Сидела, внимательно приглядывалась, чтобы никакой «Мурчик», никаким чином не пожаловал незванно. Эти похуже сорванцов мальчишек. И как только, изловчась, лазают по деревьям. Прислушивалась к звукам города, будущему потомству, не пискнул ли, ой! то есть не каркнул ли кто… Правда «кар» ещё не получался у маленьких, у них выкаркивался только звук «ар-р», но мамаша научит, как правильно звуки испускать.

День, когда вылуплялись из яиц все птенцы, наступал и мамаша принималась за дело, кормила…

Время шло и потомство подрастало. Как только птенец начал вылетать из гнезда, через рощицу к школе и обратно ходить становилось опасно. Птенец учился летать, а мать его зорко следила за ним, всегда находясь поблизости, где-нибудь на сосновой ветке. Вот неумеха сидит, распустив крылья на земле, а мимо, вдруг нечаянно, кто-то проходит. Ворона мгновенно нападает, клюёт в голову и опять на свой пост. Доставалось всем: и взрослым, и детям — кто под руку попадёт, то есть под клюв. В школе быстро все узнали о слишком сердитой «мамаше» и стали обходить стороной сосновую рощу, даже через двор боялись ходить. Взрослые часто попадались «под клюв». Каждый день со двора доносились крики обиженных, после которых слышались возмущённые слова, смысл которых ворона не знала, однако по тону чувствовала, что хорошего ей не сулили «в так, перетак!».

Как-то вдоль дома шла, прогуливаясь и мирно беседуя, семейная пара с ребёнком в небольшой летней коляске. Совершенно не подозревая, что в траве, совсем рядом, сидит воронёнок, а за его покоем сверху зорко следит матушка-ворона. Люди посмели вторгнуться в сферу внимания семейства вороны, этого она потерпеть не могла, налетела на отца семейства, больно «вразумила» его в черепную коробку и мгновенно исчезла. От неожиданности и от боли он схватился за голову, завопил на весь двор и выпустил из рук коляску. Ребёнок падает и тоже начинает громко плакать. Жена, не понимая почему муж бросил коляску, начинает кричать на него. Все кричат!.. Ворона сидит на сосне, поглядывает на эту сцену и следит за воронёнком, который, наконец, взлетает на ветку. Мамаше можно расслабиться.

Все вокруг с нетерпением ждали, когда же это пернатое дитя начнёт летать, тогда уклад жизни, прилегающих к рощице домов, входил в своё привычное русло. И повторялось это из года в год. Постепенно ворона всех приучила к порядку, как только очередной птенец вылетал из гнезда, по двору старались не ходить от греха подальше. Жители дома, школьники знали эту хулиганку «в лицо», наблюдали за случайными бедолагами, попадавшими под клюв вороны.

Однажды июльским ранним утром, когда прохожих ещё не было, жителям дома из окна, предстала такая картина. Знакомая ворона притаилась среди сосновых веток. Она внимательно наблюдала за соседом, жителем этого дома, который только что подъехал на своей машине, вышел из неё, поставил на крышу машины кассету с яйцами. Сосед раз в неделю ездил в деревню к родителям и всегда привозил оттуда свежие овощи, ягоды, молоко, яйца. Как положено, если родители живут в деревне. Вот и в этот раз вернулся не с пустыми руками. Но что-то случилось с машиной, и мужчина, постелив коврик, залез под машину. Ворона же тихонько спустилась на крышу машины, широко раскрыла клюв и, захватив одно яйцо (как только оно поместилось), унесла его в гнездо, потом ещё одно и ещё, и ещё. Раннее утро, часов пять, тишина, вокруг ни души, тихий двор дома, человек закончил свои дела с машиной, убрал коврик, берет кассету с яйцами и не верит своим глазам — почти половина отсутствует. Как так!.. Никого не было, никто не подходил к машине, что произошло, не могли же они бесследно исчезнуть… Он долго стоит молча, озирается вокруг, никого нет, никто не проходил, а яиц нет. Недоумение во всём: как идёт к подъеду, как озирается, как пожимает плечами, возвращается к машине, заглядывает в неё, обходит вокруг, и не найдя объяснения, уходит домой.

…Так и жила ворона не то, чтобы старая, но опытная и седая. А люди её старались не обижать и не обижаться. Терпеливо сносили несколько лет заботу о своих птенцах, стараясь понять её агрессию, её беспокойство — везде своя жизнь. И была эта жизнь другая на одной с ними планете, даже стране и даже одном городе. Кто подсказал вороне свить гнездо именно в этом дворе, именно на этой сосне? — никто. У неё своя была мысль, своя логика, свои интересы и любила она сидеть в свободное от кормления и птенцов на ветке дерева, зорко наблюдать за действиями людей и подмечать все нюансы поведения. А как видела нерадивость, тут же пользовалась их ошибками.

Сидела, наблюдала, рассуждала и ворчала. А как не поворчать, ведь годы-то в седине были:

— Ежели кто думает, что мои сородичи лишка не дают, ой! дают… Всякого ненужного можно насмотреться. Катаются на качелях, а зачем? баловство одно. Видела я как одной моей родственнице вздумалось покататься на качелях, что при доме, на детской площадке. По качельке пройдет на приподнятый конец, он опустится, потом проходит на другой и так далее, баловство и только. А ещё катаются с крыши, делать им нечего что ли? Возьмут приспособление и давай с покатой снежной крыши скользить, умора одна… А мне сказывали, что повадились они кататься с куполов колокольни и храмов самого Кремля, так насилу отвадили их от этого, война была настоящая, страсти какие! Вот я и говорю — баловство, а оно вишь к чему ведёт? Нет, надо ко всему подходить с умом, с толком, чтоб оправдано было, а что это? Шалость, чудачество… А иные что удумали, дразнить собак или кошек — это уж совсем не по вороньи! Задиристость должно быть оправдано, на леший вызывать лишнюю агрессию. Да и как не стать яростным, той же собаке, когда подходят к ним и своим каменным клювом долбанут в зад. Поневоле взъерепенишься, а ну ка, как схватят? Ой бывало, бывало. Так то вот и в моей родне тоже всякое бывает, а зачем?..

Апрель 2025 года, Калгари

_______________________

[1] Загадка

[2] Басня Ивана Крылова «Лисица и ворона»

[3] Сказка Владимира Даля «Ворона»

ЛАСТОЧКИ

* * *

Ближе к весне, ещё снег не успел сойти, а на уровне моего окна сороки стали сооружать себе гнездо. Мы знали, что сороки — птицы беспокойные, однако гнездо разорять не стали, чему быть, тому быть. Гнездо получилось славное, целое сооружение. С самого утра они заводили свои «разговоры» и разборки, но если «белобоки» так решили, значит так распорядилась жизнь. За сороками наблюдать интересно, свои нюансы, свои законы, сорочьи конечно, но поразительно разумные птицы. Возможно, я напишу когда-нибудь о них, а сейчас о птицах, но других. Я своими наблюдениями и опасениями, что скоро жизнь станет более беспокойная, поделился с моим другом Натальей… Она и рассказала мне о том, как у них давно, в её детстве, поселились ласточки, милые и непоседливые, заботливые и стремительные. Перед рассказом о птицах, Наталья не могла обойти вниманием свой дом, где располагался и какой он был. Ведь дом для многих остался сакральным местом, где не только родился человек, а где формировался, рос, закалялся характер и уже из него выходил в широкий мир, но неизмеримо больше того, что перечислено. Дом, повторю то, что когда-то написал: «Дом — это… Произнесите протяжно Д-О-О-ОМ! и вам будет слышаться только «ом»! А «ом» является самым священным звуком в некоторых восточных религиях и учениях, это по сути АУМ, где А — огонь, У — тепло, а М — символизирует воду. Три звука, означающих рай, землю, подземное царство, а также — грёзы, сон и явь. Три способности человека — желание, знание, действие. Значений этого триединства много…». [1] Если у кого не было этого, просим прощения, а кто прошёл и понимает о чём мы с Натальей говорим, поймёт нас… Думаю важно, куда выходила улица, какой открывался вид и простор к реке, что происходило по весне и какое было окружение. Обо всём том, что составляло в нашем пробежавшем детстве «абсолютное счастье». Слагается такое счастье просто: ты юн, безмятежен, здоров и главное живы твои родители, а значит есть дом, улица и целая ватага таких же сверстников. Целый день, если нет срочной работы, громкие крики, подвижные игры и весёлый детский смех. Так, как мы в детстве смеялись, уже во взрослом своём состоянии не получалось выдать из себя искренний заливистый смех.

1

— Наш дом стоял на краю посёлка, в самом конце седьмой улицы. Дом и сейчас живой и стоит, но не наш, поэтому я сказала в прошедшем времени, стоял. Издавно пошёл отчёт улиц, начиная от железнодорожной станции. Правильнее сказать в самом начале улицы, если учитывать номера домов. Что я помню это то, что стоит до сих пор перед глазами — наш дом и огород, залитый солнцем. Дом наш был светлый, светлый, очень… Все соседи, как заходили к нам первое, что говорили: «Какой у вас светлый дом!».

Так вот, если пройти два-три дома будет проулочек, а потом скоро ты уже стоишь перед залитой солнцем поймой речки, нашей Магдагачки. Вёснами, когда сходил снег, всё пространство заливало водой, луг превращался на широкую реку, за ней начинался лес, левее виднелись сопки. Вид нашей Магадагачи без сопок, если не упомянуть их, значит сказать о другой местности. Когда сходила вода, начинало цвести и покрываться зеленью округа, тогда воздух стоял такой, о каком моя мама как-то сказала: «его можно было пить стаканами…». Он был напоён не просто весной, а всей красой расцветающего нашего края, так было хорошо, так было красиво, что внутри пело и расцветало вместе с природой. Ко всему добавлялся медовый запах, у нас в саду стояли ульи с пчёлами и цвет распустившихся яблонь и черёмухи, добавлял свой неповторимый аромат в густоту благоухания. А ещё, представьте голубое небо, залитый солнцем луг, множество цветов и журчание речушки, бегущей среди этого великолепия, с водой чистой, как стёклышко прозрачной. Любой камешек, травинка была видна и мы любовались, а летом, бывало, опустим в такую воду лицо, откроем глаза в воде и представляем себя в другом мире. Ну как же хорошо-то было! Как же здорово! Как ещё можно назвать? — золотое время!

Приходила эта пора цветочного рая, мы с подружками были в нём, внутри его, выходили в луга и плели венки. Не усидеть было, слишком соскучились за долгую зиму по всей этой поющей, звучащей природе. И правда — всё звучало, возрождалось не только зеленью, но и звуками, какие зимой не услышишь. Помните, как впервые звучала в пространстве кукушка? Всё в тебе встрепенётся, зовом потянется, куда? зачем? — никто не знал, но вся задрожишь, примолкнешь и считаешь, считаешь её кукование. Странно и хорошо одновременно. К ней, как птице можно по-разному относится, но она была символом прорыва в новую звуковую реальность. Я прочитала, что она, кукушка в фольклорах многих народов часто символизирует одиночество. Может и так, но я не могу согласиться. В алтайских мифах ей тоже посвящены места и объясняется, что что кукушка во время большого праздника, устроенного верховным богом Кудаем высиживала птенцов. Возмутился не на шутку бог и сказал:

— Раз ты на мой праздник не смогла прийти, ты теперь никогда своих птенцов не будешь вскармливать!

Так кукушка весь век живет без пары, не имеет собственного гнезда и яйца откладывает в чужие гнезда. Такие легенды сложены вокруг этой птицы, а я люблю её «ку-ку!». В славянской мифологии она, птица-вещунья, символ времени. Древние славяне верили, что кукушка зимнее время проводит в Ирие, царстве богов и мертвых душ, поэтому она может поведать о сроках рождения и смерти, о том, как долго будет продолжителен союз между двумя людьми, о наступлении гроз, дождей, холодов или засухи. Вот как, ну разве она простая она птица, конечно нет!

Ладно отвлеклись малость. Подходила пора и мы дружной компанией отправлялись за речку, в лесок, там любили собирать дикий лук. Вы собирали дикий лук? Конечно собирали!.. Можно ли представить нас, не знающих вкуса и дикого лука, и дикого чеснока, и дикого щавеля. Помнишь, когда зацветал багульник, мы были среди этой сиреневой благодати, и также рвёшь и кушаешь цветочки. Разве можно такое забыть?..

Нашими постоянными лесными гостями были птички, да простые птички, которые по каким-то признакам находили наш дом, мама их подкармливала, она особенно сочувствовала птичкам. В морозные дни, если вдруг птичий завтрак запаздывал, лесные гостьи усаживались в рядок на подоконник и терпеливо ждали, иногда не очень терпеливо: постукивали клювиками в стекло. Весной и летом разные птицы вили гнёзда на деревьях в огороде, под крышей дома, за наличниками окон. Родители терпеливо смотрели на такое соседство и даже, как могли помогали с кормом.

За улицей мухинской, по проулочку бил из под земли родничок, весёлый, журчащий. Меня сейчас раскритикуют, что это ты обыкновенный родничок одушевила и наделила такими эпитетами, а он был такой, я ничего не придумываю, именно весёлый и журчащий. А по-другому не могло быть, скольких людей он поил, сколько в моём раннем детстве к нему спешило конских подвод с бочками и всем, всем он давал водицы, никому не отказывал.

Целой компанией по весне, с девочками ходили за подснежниками, позже колокольчиками на ближнюю сопку. Далее немногим, была гора Арестантка, попадая на неё, менялось наше поведение, как по мановению волшебной палочки, мы усмиряли свой задор и пыл и были какие-то притихшие. Видимо сказывались присутствие недалёкого кладбища и могильных крестов на горе…

Мы с сестрой, набегавшись, нагонявшись до упаду прибегали домой и каждый день, когда дела заканчивались, садились на ступеньки крыльца и разговаривали, а как мы с жаром говорили! рассказывали, делились впечатлениями, могли долго-долго разговаривать. И всё было интересно, а родители? Откуда у них было столько такта нас не перебивать, а участвовать в рассказах, подсказывать нам, откуда у простых людей было столько живого участия в нас, детях. Ведь работы у них было выше крыши, не только по домашнему хозяйству, но они трудились и на производстве. Им хватало времени и терпения на всё: на нас, работу, птиц, скотину, которую тогда держали почти в каждом хозяйстве. Удивительные люди были и не потому, что мои родители, потому что время было такое, какое их закалило, сделало непробиваемыми невзгодам, испытаниям, а ведь многие из них были фронтовиками. Не было в них озлобленности, психических отклонений, о которых сейчас вещают с любого экрана. Это были добрые, заботливые люди, прошедшие и «крым, и рым», то есть огонь, воду и медные трубы. Моя дядя, старший брат папы, ушёл на войну в первый же день, а вернулся уже после победы, другой дядя ушёл на войну осенью того же года и тоже вернулся после окончания войны. Николай Тихонов писал о таких людях: «Гвозди б делать из этих людей: крепче б не было в мире гвоздей». [2]

2

— Но вернёмся к нашим птахам, а то мысль такая штука, уносит её, она и гуляет полями и долами, а у меня в моём детстве, ой! много чего вспомнить можно и всё оно будет светится радостью. Так вот!

Однажды пара ласточек поселилась у нас в стайке, где жила корова. Корове они не мешали, и она видимо тоже им была хорошей соседкой. Под мерное пережёвывание пищи, ласточки знай делали своё дело, высиживали потомство. А мы с сестрой бегали смотрели, когда же появятся птенцы, как они высовывают свои широкие клювики и ждут порцию насекомых. Гнёздышко слепили на славу, куда-то летали и носили грязь, глину, а известно, что ласточки приносят счастье и благополучие в дом, под крышей которого свили гнездо. В народе о ласточке сложено немало сказок и легенд, ходили поверья, что птица вообще становится оберегом от воров и пожаров. Поэтому разорять жилище ласточек нельзя было, ни в коем случае, тогда по примете, несчастья и беды не заставят себя ждать. Не потому, что такие поверья ходили и мы их слышали, а потому ещё, что какая-то доброта исходила от людей, которые много чего пережили. А моим родителям, что маме, что папе много чего пришлось повидать и испытать довелось. Моя мама родилась в Саратовской области и пережили голод такой, что опухали животики, дети тыкали в друг друга пальчиками, а ямки от них не заполнялись, так и оставались ямками. Пережив такое, откуда бралась доброта и теплота сердца, до сих пор остаётся загадкой. Папа мой в раннем возрасте остался без мамы, все невзгоды нёс на себе с братьями, а их оставалось на шее отца семь человек и ни одного не сдал в детдома, всех вывел в люди. Вот какие были люди, точно надо было из таких «гвозди делать».

А ласточки вывели птенцов и стали, естественно, ухаживать за ними. Потом учили птенцов летать. Как только птенчик устаёт и начинает падать, мама-ласточка под него подлетает и подставляет свою спинку, птенчик лапками оттолкнётся от мамы и опять вверх взмывает. Вот оно, удивительное и рядом, смотри, наблюдай и удивляйся.

К нам давно приблудился и жил кот, весь рыжий, такой большой, но на удивление спокойный, я бы даже сказала рассудительный, хотя к коту странно такое определение давать, но оно почему-то уместным мне кажется. Однако нахождение кота беспокоили ласточек, как только он садился и наблюдал, то ласточка начинала метаться перед ногами мамы моей. Не сразу она смогла объяснить себе, в чём дело, почему ласточка в беспокойстве вся? А когда поняла, то следующие разы уже спешила к гнезду со словами:

— Ну что опять случилось, что?.. Кот пожаловал? Ах, он негодник!.. Ну полетели, полетели, мои хорошие, гнать его в шею, ишь повадился хищник. Полетели, прогоним его скорее…

Ласточка летела впереди, а за ней с метлой спешила мама.

Ласточки поняли, где искать защиту, и если поблизости появлялся пушистый хищник, летели к маме, где бы ни была, во дворе или в огороде и начинали с тревожным криком летать перед ногами — всё понятно!.. Мама бросала любое дело и тут же спешила на выручку. Она всегда следила, чтобы рядом не было кошек. Удивительно!..

Этот кот, возможно, просто сидел и наблюдал жизнь, другую, более беспокойную, но и охраняемую хозяевами. Любовался, чуял, что нельзя трогать, нельзя, у хозяев не забалуешь. Кто знает?.. А может быть у кота просыпался охотничий инстинкт и хищнический рефлекс, хотелось ему в прыжке достать птиц. Он сидел и посматривал на гнездо, допрыгнуть не мог никак, а в полёте ласточки одни из самых быстрых и маневренных. В процессе полета эти птицы способны ловить даже самых быстрых насекомых. Но птиц пугал всем своим кошачьим видом. Чисто хищник, не иначе. Завидя издали спешащих хозяйку и ласточку, он уже знал, что может и метлой достаться по хвосту, стремглав исчезал в зарослях огорода.

С этим котом был тоже интересный случай. Мы ходили на рыбалку, много не наловили, скорее ноги «убили», но что-то в ведёрке плескалось. Вечером его поставили на крыльцо, надеялись, что утром «выловим» из него свой трофей и сварим уху, но утром ведро с рыбками было пусто. Куда подевались плавающие рыбки? Ясно коты «рыбачили». И видимо не один старался, а приводил свою компанию, всех соседских барсиков. В ведре ни одной рыбки, только песок на дне, как смогли принести его? вроде его не было, когда рыбки плавали.

Вот что интересно, что понимал он или нет, что достать стремительную ласточку нельзя с её скорость, которая может достигать до ста двадцати километров в час? Или строгость в этом отношении хозяев и ему приходилось мириться и укрощать свой охотнический инстинкт? Попробуй-ка узнай…

Тайна, но ведь то, что дальше произошло, вообще говорит о птицах, да и про животных, что они намного чувствительнее и понятливее, чем о них принято думать.

Однажды, в один из весенних дней ласточка по привычке прилетела за помощью к маме, но мама не увидела кота поблизости, не поняла беспокойства птахи. Подошла к стайке, осмотрела, хищника не было, но… Птица всё равно беспокойно летала перед ногами, а потом улетела. Пожав плечами мама продолжала своё занятие, а в это время…

В это время папа, возвращаясь с работы, шёл по переулку, что напротив дома. И ласточка бросилась под ноги к нему. Она до самой калитки летела впереди, то почти касаясь крылом земли, то взмывая вверх. Войдя во двор, папа тут же направился к стайке.

И вот тут всё стало понятно: упало гнездо… Видимо от времени. А в гнездо уже ласточки отложили яйца, вот под тяжестью их и самой ласточки, оно и отвалилось, слава богу яйца все остались неповреждёнными. Не переодевшись, не пообедав, папа взял суровые нитки и сплёл сеточку. Потом бережно положил в неё гнездо и крепко прибил гнездо на старое место. Всё это время две ласточки терпеливо сидели недалеко на заборе. Мама стояла рядом в качестве моральной поддержки, ну и присоветовать что… Волновались мои родители, как-то примут птахи своё обновлённое жильё. Какое-то время они кружили вокруг, не решаясь заглянуть, потом приняли укреплённое жильё, и птенчики вывелись вовремя. Последующее время берегли их от котов с маминой помощью, ну и метлы конечно. Знали шелудивые, что их ожидает, если застанут в неположенном месте. Ведь писк птенцов привлекал и соседских котов, а до птиц ой, как любопытны они. Могут изловить птичку на лету, сигая на недоступную, казалось высоту, уж так изловчатся, что диву можно даваться… Вот так! Несколько лет подряд селились в своём доме эти милые птички.

И на следующий год опять прилетели наши одомашненные ласточки.

* * *

Наталья закончила свой рассказ, потом какое-то время молчала. Видимо давнее хорошей стороной коснулось её, она и не хотела его убирать, продлила ещё какое-то время в мыслях, в воспоминаниях, а я, естественно, вспоминал своё и своих ласточек, свой дом… От рассказа веяло простой жизнью, какая была и в моём детстве. Уклад дома, его обстановка накладывается своей печатью на всю оставшуюся жизнь. И какой бы она не была, а «даже самая бедная хижина может не оскорблять духовного чувства». [3] Детьми всё видится, всё замечается, ими всё прочувствывается и особенно замечается пустота жизни. «Дом наш был светлый-светлый, очень…», через столько лет Наталья помнит этот свет своего дома, построение всего обихода его и быта, потому что звучала в её доме молитва, не словами, а делами её родителей. Известно из древних времён, что лучше всего молитва живет в чистом и светлом доме.

Калгари март 2025 года

_______________________

[1] Строки из моего очерка «Домой! Магдагачи»

[2] Стихотворение Николая Тихонова «Баллада о гвоздях» является гимном суровому военному подвигу

[3] Живая Этика. Аум.70

СОРОКИ

* * *

Хорошо становится, когда ощущаешь приближение весны. Зима морозами, снегами утомляет. Как бы она поначалу не радовала приходом Рождества, Нового Года, однако со временем наскучивает и душа просит тепла и солнца. Весна не торопится, с переменным успехом отбирает у зимы своё и поначалу неуверенно, то дохнёт теплом, и почки вот-вот готовы дать зелень, а потом отступает и выпадает снег… Грустное зрелище и разочарование… Длится ненадолго, снег тает…, вновь становится тепло и окрУга наполняется уже уверенным запахом весны. Хорошо! Пожалуй, лучшая пора времени года. Всё оживает, возрождается, будоражит, оглашается криками возвратившихся перелётных птиц. А с этим всем прилив сил, начало нового жизненного цикла. Однако, с наступлением тепла, наступает временное ухудшение психического и физического состояния, «весеннее обострение», как его определяют специалисты — сезонное аффективное расстройство. Оно проявляется не только весной, но чаще именно после зимы. Зимой многое в организме замедляется из-за нехватки витаминов и света, а весной начинает набирать обороты… Но что это в сравнении с тем, что творится вокруг?..

Поэты наиболее чувствительные натуры к происходящему вокруг, могут тонко воспевать весну, её приход и приподнятость настроения. Кто, как не они, чутко мироощущают перепады времён года. Хотел бы и я подобным образом воспеть, но…, не дан мне дар поэтического выражения своих чувств, только восприятие, только внутренний трепет и отклик, только чувствование… А значит всё, что выше в стихотворной форме выражено, присуще и мне. Если не дано самому слагать, то буду пользоваться яркими выражениями уже известных творцов.

* * *

Немногим ранее, когда ещё снег местами лежал, на уровне моего окна сороки стали сооружать себе гнездо. Зов природы! То, что сороки — птицы беспокойные, знали по предыдущим годам, понимали, что «разговора» их станет столько под окном — хоть уши затыкай! однако гнездо разорять не стали, чему быть, тому быть. Гнездо у новых соседей получилось славное, целое сооружение, с крышей и входным отверстием сбоку, не гнездо, а домик настоящий. С самого утра они заводили свои «разговоры» и «разборки», что-то с жаром и настойчивостью «говорили» друг другу — треск стоял на всю округу. Беспокойные, мало сказано, они просто… Впрочем, если «белобоки» так решили, значит так распорядилась жизнь. К тому же, наблюдать интересно, не надо куда-то выезжать, садись и смотри, от моего письменного стола до гнезда, метра два… Метр до окна и метр от окна до гнезда! Сама природа дала возможность зрительно прикоснуться к одной из её проявлений. Прикоснулся!.. День за днём посчастливилось наблюдать за поведением этих птиц, оно забавное, свои нюансы, свои законы, сорочьи конечно, но бесспорно одно — сороки разумные птицы.

Сначала я увидел пару веточек, уложенных поперёк ответвлений на кустах сирени. Лежат и лежат, возможно, ветер занёс случайно, но увидел следующее, как к этому месту пробиралась одна из птиц и держала в клюве коротенькую веточку, а добравшись положила поперёк прежних двух. Так вот это что!.. Сороки строили себе гнездо. Образовали семью, «договорились», потрещали, сказали друг другу по-сорочьи и решили, что здесь должны быть выведены их детёныши. Ведь как-то заключили договор между собой? А «сговорившись», начали таскать строительный материал.

Поинтересовался и оказалось, что сороки создают пару на всю жизнь, что они верные супруги друг другу. Каким образом спаровались, по каким признакам и достоинствам заприметили друг друга, увидели прелесть и неотразимость партнёра? Загадка!.. Как у людей быть не может! Тогда каким образом?.. «Ты будешь моей!», — говорит сорока, который «он». А возможно сорока, которая «она», решает: «Ты будешь моим!». Ведь сумели как-то «сговориться»! Как? По сорочьей ли красоте они выбирают себе спутника жизни, по оперенью, а может по «треску», кто лучше и дольше издаёт стрекочущие звуки? Внешне абсолютно похожи друг на друга. Что влияет на избранность? Это на энергетическом уровне? По вредным или наоборот сорочьим добрым привычкам, «не гулящего, непьющего»? Поразительно, когда задумаешься, пусть на короткое время, тогда много вскрывается удивительностей.

Хорошо! выбрали друг друга, создали свою сорочью семью, теперь дело за малым организовать гнездо. Кто из них решает, что вот на этом месте быть ему?.. И кто где, где самец, а где самка? Одна сорока немногим меньше второй, а почему второй, а не второго? если один из них точно мужского рода, значит второго… Запутаться можно!.. Для себя, по какому-то наитию решил, что самочка это та, которая меньше, в ней было что-то грациозное, ну и она была более требовательна. Как увидел? Не знаю, я же говорю по наитию, так как не являюсь знатоком птиц, орнитологом, но понаблюдать, позамечать за ними, поудивляться — люблю! Когда такое проснулось? — не знаю… Года седые виновны?.. Скорее всего! А заодно и детство вспомнил, как любил наблюдать. Так вот в поведении самочки, сказывалась какая-то женственность, если можно прислонить это выражение к птицам. Она больше, чем он, обустраивала внутреннее убранство «жилища», а сорок, буду так называть самца. Сорока и сорок. Сорок чаще носил строительный материал, словом был у сороки на побегушках.

«Стройматериал» не каждый день приносили, порою дней несколько отсутствовали, словно улетали на другую планету и, казалось, что покинули строить будущее гнездо, но… Птицы возвращались и продолжали начатое дело. Потом узнал по литературе, что эти птицы строят себе два-три гнезда, видимо в целях безопаности. Появлялись и весь день треща и, по-своему приговаривая, вновь строили…

Весна, наконец, одарила теплом и солнцем, появились почки, стала показываться в них зелень. Всё стало по весеннему приятно, не сыро, не промозгло, как осенью, а дышало своим уютом, хотя и как таковой жары не было. Зайцы, частые посетили нашего садика, тоже пропали и видимо озаботились своим потомством. Я же говорю — природа! Оживилось и другое пернатое население, запело, засвистело, бойко зачирикало, призывая обратить на себя внимание, у них ведь тоже должны были появиться свои птенцы, но не поблизости. Сороки строго пресекали любые попытки заселить рядом территорию. Пресекалось жёстко, не подпускали даже сородичей своих. Однажды, уж что случилось? произошла драка между сороками. Они же для меня внешне одинаковы и не понять, кто где — свои или чужие. Присвоил сорок соседей к своим… Видно было, как один сорок яростно нападает на другого, при этом грозно треща по-сорочьи. Сначала мне показалось, что они устроили семейные разборки друг с другом, что-то не поделили, всякое бывает, мало ли… Но когда из гнезда показалась подруга того, кто яростно нападал, стало ясно… Было посягновение на чужое! Как только вторая вылетела из гнезда, нахальник ретировался прочь. Домик был достойно отвоёван. Более подобного не видел, может и были случаи, но при моём отсутствии.

Как строили? Здесь загадка, в плане организации и планировании, видимо что-то заложено в их генетической памяти, если она есть. Удивляло зрителя, меня, вот что…

Приносит сорока или сорок веточку. Она мешает, задевает за кусты, она же в клюве, поперёк туловища и не даёт пролезть между ветками. Что делается? Выискивается путь до будущего гнезда, чтобы положить веточку. Перепрыгивая с ветви на ветвь, зигзагообразным путём, наконец, добирается до места назначения. Однако не просто кладёт её, а выискивает местечко, где точно необходимо положить и закрепить. А было и такое, что из клюва самца, самочка забирала веточку и сама укладывала на более подходящее место. Как она определяла такое место, трудно сказать, у сороки своя логика и мысль. Смотришь и удивляешься, как всё споро и выверено у них. Кто им подсказал, что именно это место стоящее, а не на соседнем дереве — загадка. Кстати, начинали строить в двух местах, на одних кустах сирени, но потом перенесли ближе к стене дома и стало оно, гнездо, вровень моего окна, в метре от него.

Пришло время носить в уже готовое внешне гнездо сухие листья и грязь, чтобы старательно отделать внутреннюю часть своего жилища, вернее будущих птенцов. Подлетит сорока к деревцу, поозирается — нет врагов! Тут же быстренько юркает в гнездо и что-то старательно там умащивает, как она это делает не видно, но то, что старательно сомнений нет. И сорок работает не покладая крыльев, клюва и лап, приносит и отдаёт своей напарнице свой «кирпичик», та перехватывает опять заботливо укладывает. Не доверяет своему «возлюбленному» что ли? Потом улетает и она. Проходит минут пять десять, прилетают оба с полными клювами всякого мелкого хлама, она в гнездо, ювелирно (я так думаю) укладывает внутри мягкую подстилку из шерсти, травы или даже ниток, если найдутся. Сам сорок продолжает доделывать внешнюю сторону стенок более мелкими деталями, то корой дерева, то мелкими палочками, что не смогли большими ветками устелить и закрыть. Потом оба летят за очередной партией строительного материала.

Скоро ли долго, но наступает такой момент, когда надо им садиться и выводить птенцов.

* * *

Что известно о сороках, помимо моих наблюдений?

Сороки живут парами, которые образуют на всю жизнь. За каждой парой закреплена своя территория, на которую сороки прилетают выводить птенцов каждую весну. Птенцов выводят один раз в год, так как сорочата остаются с родителями до осени, пока не научатся добывать самостоятельно пищу. Потом молодые птицы отлетают и образуют небольшие юношеские группы (так утверждают наблюдатели), в редком случае подростки остаются с родителями до весны. В молодежных группах сороки учатся друг у друга новым навыкам, показывают свою удаль и присматриваются друг к другу, образуя пары. Если в молодежную группу вливается овдовевший взрослый, то он сразу получает много внимания от противоположного пола, поскольку является умнее и опытнее молодняка. Чаще всего сороки начинают выводить первых птенцов в возрасте двух лет.

Сорока — активный хищник. Её главные жертвы — насекомые, мыши, ящерицы, землеройки. При желании может поймать зайчонка или убить змею, также не брезгует падалью. Часто сопровождает крупных хищников в надежде покормиться объедками, более того — выводит их к добыче. Группы сорок могут вместе изводить хищных птиц, заставляя их бросить добычу. В гнездовой период ворует яйца и птенцов. Любит лакомиться ягодами, фруктами, орехами. В общем можно сказать, что сороки всеядные. Клюв у них сильный и широко раскрывается. Предмет, диаметром до теннисного мяча, свободно может поместиться в клюве и быть унесёнными. То, что в рот не помещается, раздалбывается и все равно уносится по частям. Если предметов слишком много, и они не влезают все в рот, то сорока может додуматься сложить их, например, в носок и унести все вместе.

Они умны, хитры… Кто за сороками наблюдает, то отмечают их интеллект. Исследования показывают, что сороки обладают самосознанием, способностью решать задачи и даже узнавать себя в зеркале — редкое умение в животном мире. Их поведение часто сравнивают с поведением ворон и попугаев, других пернатых интеллектуалов. Отдельные наблюдатели отмечают, что сороки склонны к коллекционированию блестящих предметов, но другие учёные опровергают эти привычки у них, спорят на этот предмет: действительно ли их привлекает блеск. Одно бесспорно, за ними увлекательно наблюдать. Эти птицы строят большие куполообразные гнёзда и отважно, даже с яростью, защищают свою территорию, и такое мы наблюдали и уже знаем!..

Но при всей своей хищности сорока — сторож леса. Очень внимательная и чуткая, она предупреждает зверей об охотниках, о хищных птицах и других опасностях. В отличие от ворон, сорока не убивает мелких птиц. Поэтому вне гнездового периода лесные птички стараются держаться неподалеку от сорок, чтобы те оповещали их о хищниках. Сороки особенно опасаются сов. Обнаружив сову, окружают её и пугающе трещат, делая выпады. У сороки нет зоба, но есть подклювный мешок. Она, как хомяк, набивает его едой и становится похожа на пеликана. В подклювном мешке родители носят корм птенцам. Птица может унести горсть кошачьего корма, набирает столько, что пасть не закрывается.

Британский эколог, Тим Беркхед [3] в течение десяти лет изучал поведение сорок. Он абсолютно уверен в том, что сороки воровством не промышляют. В результате своих наблюдений он писал: «Нет абсолютно никаких свидетельств тому, что люди когда-либо находили блестящие предметы в сорочьих гнездах». Однако, по словам Беркхеда, сороки очень любопытны и действительно частенько подбирают различные предметы. Часто сорок содержали, как домашних питомцев, им предоставлялась не одна возможность подобрать ценную, блестящую вещицу хозяев. Возможно, этим можно объяснить миф об их клептомании.

Вопрос учёному:

— А правда ли то, что сороки безжалостно уничтожают других пернатых?

«Нет никаких сомнений, что они поедают яйца и птенцов певчих птиц, — говорит Беркхед, — Сорока, это злостный, шумный и назойливый хищник, продолжает он. Если вы с умилением наблюдали за тем, как пара дроздов вьет гнездо у вас в саду, разумеется, вас охватит праведный гнев при виде сороки, терзающей их птенцов на вашей лужайке. Но имеющихся данных недостаточно для того, чтобы утверждать, что хищнические повадки сорок привели к сокращению популяций певчих птиц».

Так ли это?.. Так! Подтверждаю! На моих глазах сороки заклевали только что окотившегося зайчика, пока я сбегал по лестнице, хотел спасти, но увы ночью зайчик ушёл за своими предками, не успев подышать и попугаться шумов земли. У сорок я пытался отобрать и птенца мелкой птицы, выпавшего из гнезда. Безуспешно, реакция сорок известна.

Более того, численность певчих птиц в лесистой местности росла наибольшими темпами именно тогда, когда пика достигала численность сорок в данном ареале. Можно предположить, что если численность певчих птиц и сокращалась, то не по вине сорок, а из-за ухудшения условий среды обитания. К таким же выводам пришли и авторы опубликованного в 1998 г. исследования, рассматривавшего динамику популяций певчих птиц за еще более продолжительный период времени.

«Гораздо большую проблему для наших садовых друзей представляют домашние кошки. Опасность кошек для певчих птиц, несомненно, очень велика, но при этом весь гнев среднестатистического любителя птиц направлен на сорок, — отмечает Беркхед, — Увы, сорок никто не понимает. Если бы они были редкими птицами, люди специально ездили бы за много километров, чтобы на них посмотреть. При ярком дневном свете они выглядят просто прелестно, с длинными хвостами и переливчатой игрой цвета на перьях».

…В домах, где приютили сорок часто «случаются разрушительные процессы и не потому, что они делают „со зла“, а потому что очень умные и любопытные. Эти птицы не могут жить без пищи для их ума, им надо думать, изучать, разбирать. Они как маленькие дети со сверхразвитой моторикой, гиперактивные. За ними, как за детьми — нужен глаз да глаз. Это очень активная и любознательная птица. Без передышки носится по квартире, трогает все, пробует „на зуб“ и пытается забрать, если понравилось» [4]. А, если хозяева пробуют приструнить шалуна, загнать его в клетку, то начинает скакать по веткам и носиться кругами, это действует на мозги больше, чем его пакости, ему «… надо залезть в каждую коробку и шкаф, отогнуть плинтус и посмотреть что там, залезть в пакет с покупками и попробовать все на вкус. „…“ По этой же причине обожает рвать бумажки и поролон. Если вещь не поддается клюву, то интерес к ней быстро гаснет. Еще он может надрывать вещи и ткани с целью засунуть туда кусочек еды. Кстати о еде: пищу он готов воровать любую и в каких угодно количествах. Ест он очень немногое, большую часть спрячет, но даже будучи сытым, все равно попытается украсть. Такой уж инстинкт». [5]

* * *

Сорока частая героиня в фольклоре разных народов. Люди относятся к ней и с почитанием и с недоверием. Она ассоциируется то с хитростью, то с вестником судьбы и занимает особое место в мифах. В славянских странах сороку считали вестником беды и гонцом гостей. Например, в Белоруссии говорили, что сорока может унести человеческую душу, если найти на земле блестящий предмет и отнести его в гнездо. В странах англосаксонских полагают, что по числу увиденных птиц можно предсказать счастье и болезнь. У древнего народа кельтов она, сорока, ассоциировалась с потусторонним миром и служила «хранительницей порога» между мирами живых и мертвых. В Китае сорока, есть символ радости и благополучия. Её изображением встречали гостей и украшали свадебные свитки. В Корее эта птица приравнивалась к посланнику богов: увидев сороку на потолке, хозяйка знала — ждать счастливых новостей. Не было равнодушия и у народов североамериканских индейцев, у которых сорока считалась покровителем искусных охотников. У других племён — наблюдательница, сообщающая вождям тайные вести. В древнескандинавской традиции сороку связывали с богиней плодородия и любви, принося вести об урожае и погоде.

В каждой культуре магическая двойственная природа сороки, её зависимость от направления сказа или мифа, что отражает универсальный интерес человека к известному и непознанному, а значит мистическому.

И наконец, сорока мелькает часто в пословицах и поговорках:

— Сама сорока скажет, где гнездо свила;

— Не живет сорока без белого бока;

— Охоча сорока до находки;

— Не учи сороку вприсядку плясать;

— Всякая сорока от своего языка погибает;

— Сорока на хвосте вести приносит;

— Сорока без причины не стрекочет;

— Сорока не ворона; в одно перо не родится;

— Сорока с тыну, а десять на тын;

— Сорока-белобока: зеленый хвост, долгий нос;

— Сорока вороне дивуется, а обе на улице ночуют;

— Знай сорока сороку, а ворона — ворону;

— И баба видала, как сорока летала;

— Знает сорока, где зиму зимовать

и другие…

Слагались о сороках и многочисленные сказки. Эта особа была популярной героиней у творческих людей:

«За калиновым мостом, на малиновом кусту калачи медовые росли да пряники с начинкой. Каждое утро прилетала сорока-белобока и ела пряники…». [6]

«В одном не очень дремучем лесу жила-была Сорока. Птица как птица, все её знают: чёрный хвостик, синие крылья, белая грудка. Вот только был у этой болтушки один серьёзный недостаток: она всё время всех обманывала…». [7]

«Кого сорока увидит — стрекочет. Что плохо лежит — она тут как тут. Птичье гнездо приметит — яйца расклюёт, птенцов нелётных съест…». [8]

* * *

Момент, когда вылупился первый птенец, для меня прошёл незамеченным. Видимо сороки хороши в плане конспирации. Возможно сработал временная утрата интереса и внимания к пернатым. Было слышно, как они трещали и, как такового характерного писка птенцов, не слышал. Внимание и интерес возник тогда, когда из гнезда появился зев птахи, готовый съесть всё и всех на свете, конечно для них съедобное, такой он был голодный и широко открытым, что мог проглотить голову своего кормящего родителя. А через пару дней уже на краешек гнезда выполз потомок наших соседей. Он был совсем большой и в перьях. Трещал без умолку, когда подлетал к нему родитель и вкладывал в распростёртый зев нужную пищу. Было не понятно, один был в гнезде или есть ещё сестрички с братиками. Прояснилось, когда в очередной раз старшой сидел на обочине, я заметил шевеление в гнезде. Стало понятно — не один… Процесс кормления громкий! При подлёте родителя, птенец широко раскрывает зев и орёт на всю планету: «Мне, мне! Меня корми!..». Каким образом сороки знают, чтобы равномерно подавать пищу сорочатам, не ведомо, но точно знают. Настал момент, когда один из птенцов вылетел из гнезда и сел рядом на ветку, балансируя крыльями, возможно укрепляя мышцы их. Второй тоже выполз и сидел на краю домика своего, а сороки подлетали и кормили своих детёнышей. Природа брала своё! Дней через несколько сорочата перелетели на деревца по соседству и домой уже не вернулись, они взрослели и набирались опыта…

Сейчас хозяев гнезда не видно, только слышно, как продолжают кормить своих уже повзрослевших птенцов на соседних деревьях.

На момент написания рассказа гнездо пустует. Вернулись под балкон воробьи, чирикают, часто стайкой «беседуют» и видно, что заглядывают в гнездо сорок, что-то их там привлекает, а может просто любопытствуют. Ведь они тоже своеобразный «народец».

Май, июнь 2025 года, Калгари

_______________________

[1] Строки из стихотворения Григола Орбелиани «Весна»

[2] Строки из стихотворения Евгения Баратынского

[3] Тим Беркхед из Университета Шеффилда в Британии, эколог

[4] [5] Факты о сороках, которые вы не знали (из интернета)

[6] Строки из сказки Алексея Толстого «Сорока»

[7] Строки из сказки Ирины Сергеевой «Как сороку врать отучили»

[8] Строки из сказки Евгения Чарушина «Сорока»