Читать бесплатно онлайн книгу  Таня

автор Алексей Николаевич Гульцев

Оглавление

ТАНЯ И ШОКОЛАДНАЯ ФАБРИКА

Грузный «лэнд крузер» болтало по дороге, как «жигуленок». Водитель не был пьян, да и зимняя дорога была в порядке — расчищена от снега и обильно посыпана реагентом. Александр Иванович то и дело бросал руль и хватался правой рукой за левое плечо — ножевая рана разболелась не на шутку, несмотря на то, что уже три месяца, как затянулась и до поры почти не беспокоила. «Блин, да в чем дело-то? Неужели нерв задет? Какой там, кстати? Троичный? Четверичный?» — школьный курс анатомии начисто выветрился из головы пятидесятилетнего мужчины, а других знаний о строении человеческого тела в нее не помещали. «Нерв? Может, и нерв. А чего ты хотел? Надо было сразу докторам сдаваться, когда тебя порезали, балбес!» — мужчина привык за рулем разговаривать с собой вслух, громко и «с выражением», часто в этих выражениях ничуть не стесняясь. Сейчас он летел в аэропорт. То есть он гнал машину в аэропорт, а где-то в мутном январском небе над Москвой в это время летела его девушка — ее самолет уже заходил на посадку. Александр Иванович должен был ее встретить и… Он не знал, он до последнего не знал, что он сделает дальше — сгребет ее в охапку, посадит в машину и будет любить, как сумасшедший, или распрощается с ней навеки, вырвет любовь из сердца, как вытащил недавно из-под левой ключицы нож, который воткнули ему в драке за эту девушку. На миг его ослепили фары встречной фуры. Он схватился за руль и резко крутанул вправо. Как во сне он почувствовал всем телом, что летит, легко скользит над землей — «крузер» развернуло, его колеса вдруг потеряли сцепление с покрытием трассы, и тяжелая машина юзом пошла вперед, создавая ощущение низкого и плавного полета. «Вот и всё, что ли?» — устало подумал Александр Иванович, но руль не выпустил, а напротив — вспомнил, как учил его инструктор по вождению: стал крутить рулевое колесо в ту сторону, куда заносило машину. Но все происходило то ли слишком медленно, то ли слишком быстро — не важно, реальность ускользала, потеряв сцепление с полотном жизни.

***

Девяностые годы двадцатого века в России сейчас называют лихими. Еще их называли бандитскими, голодными, пьяными, ельцинскими, смутным временем — это кто в истории силён и знает, кто такой Лжедмитрий, — но в народе чаще говорят «лихие». Перестрелки прямо на улице среди бела дня, разборки, торговля и «крышевание», братва, напёрсточники, лохотроны, видеосалоны, первые бомжи и «малиновые пиджаки»… Интересное, кстати, время, живое такое. Ну и для кого как. Вот Александр Иванович Кочнев — тогда еще Саня Коч — в начале девяностых учился в политехническом, учеба давалась не без труда, и участвовать в общем веселье — играть в бандитов или коммерсантов — времени не хватало. Он, конечно, попробовал поторговать в ларьке, денег-то срубить хотелось, но после того, как его обложили данью охранники, которые должны были защищать его же от братков-гастролеров, молодой человек смекнул, что много тут не срубишь, а, пожалуй, еще и должен останешься, и по-тихому отвалил. Просто отдал ключ от ларька товароведу, сказав «я в туалет», и пошел к себе в общагу, прихватив бутылку вина и две шоколадки — намечалась вечеринка, которую Саня собирался технично перевести в свидание с однокурсницей. Может быть, вино она пить и не станет, но от шоколадки точно не откажется, — так думал молодой повеса, летя на крыльях своего разыгравшегося воображения. Расчет оказался верным — Варя была сладкоежкой. Понятно, что дело не только в шоколаде — без взаимной симпатии ничего бы не выгорело, но так получилось, что именно шоколад изменил жизнь Александра.

Первая любовь — это чудо. Самое настоящее чудо, которое меняет человека и весь мир, в котором он живет. Юноша становится мужчиной, ему кажется, что он стал другим человеком, с устоявшейся системой ценностей, со зрелым и трезвым взглядом на мир. Он уверен, что тот пацан с ветром голове и романтикой в беспокойном сердце, остался в далеком прошлом, как и первое чувство, полыхавшее в юношеской груди. Всё так, только тот самый жар первой любви уже сделал своё дело — именно он сформировал мужчину, закалил ег