Читать бесплатно онлайн книгу автора  Мир, написанный о ней

Валерия Гвоздко

Оглавление

1. Вступление к новому миру — окончание старого

Я взял нож и со всей силы замахнулся им перед собой. Свободная же рука впилась в плечо стоящей передо мной девушки. Ее холодная кожа заставляла пальцы каменеть словно от прикосновения к азоту.

Тем временем злость разжигала в теле огонь, испепеляющий остатки рассудка в своих языках, плавил сознание нещадно.

Ее плечо абсолютно белое, отливающее жемчужным блеском, а грудь — умело заправленная в тугой английский корсет. Она смотрела на меня смело, улыбаясь, не страшась лезвия. Ведь оно было теплее, чем она, теплее, чем любая из ее перерождений.

Она знала, кто я такой, и все равно не молила о помощи. Только нагло насмехалась над моим бессилием и страхом. Она красивая даже тогда, когда знает о приближающейся гибели. Потому что знает, что умрет не от ножа.

Собрание, в котором она кружила вальс минуту назад, сейчас погибнет по написанному мною концу. Через какие-то секунды здесь прогремит взрыв заложенной взрывчатки, и настанет конец. Я считаю удар секундной стрелки под звуки менуэта, умоляю собственный сюжет задержаться хотя бы на секунду. Но творение здесь идет против творца.

— как ты назовешься в следующий раз!? — я издаю последний вопль. Лезвие касается обнаженной женской шеи. Но она не думает замирать, а только подается вперед. Ее ключицы выпирают и натягивают кожу, а вместе с тем и соприкасаются с ножом.

— ты сам решаешь как меня назвать. Разве ты забыл об этом?

И мир схлопывается в моей ладони, разрываемый пламенем.

Конец еще одного сюжета уносит жизнь в темное небытие.

Пустой космос расстелился перед взором писателя, и лишь мелкий огонек в ладони мог напомнить ему о схлопнувшейся вселенной.

Писатель был судьей всему. Он осуждал преступников, убивал неправедных Богов, и теперь получил власть над всем тем, чем так гордо владели осужденные им существа.

Космос — покорный слуга писателя, безаговорочно отражая все то, чего желает хозяин.

Творец сжал в руках огонь и зажмурился, выпуская из груди беззвучный крик. С тех пор, как он отыскал ее, убивать миры стало больно. Что-то внутри рвало когтями фенрира, открывая боевые бесформенные раны. Сердце выворачивало и тошнило кровью.

Кто она такая? Как он нашел ее? Не помнит. Это существо было другим, нечеловеческим и являющимся ему во всех придуманных мирах.

Кто она?

Она — ничто, и одновременно — все.

Эта девушка была во всех его сюжетах.

Она пела на сцене.

Кружилась на балах.

Читала стихи в осажденном городе.

Возлагала венец на главу олимпийца.

Умирала

Умирала.

Умирала.

Лицо белое искажалось с течением времени, а в его глазах оставалось вечным: сияющим болезненной бледностью, с покрытой туманной пеленой глазами, с вымученной улыбкой. Усталая перерождаться.

Писатель закрыл глаза и разжал пальцы рук. Огонек выскочил из ладоней, набрал силу и поглотил космос своим жаром.

Да будет новый мир.

3. Старый новый друг

Господин Лит, mr Lit, Monsieur Lith — все от слова «литература». Такое имя я ношу во всех вселенных неизменно.

В новом мире я явился, лежащим в огромной постели с видом на панорамные окна. Никогда не любил ту часть жизни, в которой человек живет беспомощным младенцем или безмозглым подростком. Со временем, все же решился ее уверенно пропускать.

Я вылез из-под одеяла и поднялся, снова привыкая к тяжести живого тела. Сила притяжения давила на плечи, но c этим не так уж и сложно свыкнуться.

Свет залил спальню, выбегая из панорамных окон. Я подошел к прозрачному пластику, чтобы оценить свою новую работу с высоты двухсотого этажа. Голубое безоблачное небо отражалось в стеклянном мегаполисе. Ровные квадратные кварталы удалялись за горизонт, погружая в угрюмую синь верхушки небоскребов. Плоские крыши с ботаническими садами перемежались с килевидными шпилями и не такими высокими, но все же приятными стеклянными кубами. Строгие ряды, укрытые подстриженными кустарниками — успокаивающая красота.

Я посмотрел вниз и неприятно поморщился от давящего ощущения высоты, а после, наконец, собрался с мыслями и вышел в зал собственной квартиры. В гостиной, на белом диване лежала одежда. Я натянул на себя то, что первым попалось под руку, оправился. Черная плотная кофта оказалась просторной. Я надел ее через голову и заправил в форменные брюки. Держаться на талии брюки не хотели, поэтому я открыл первый попавшийся ящик тумбы и вынул оттуда ремень. Металлическая пряжка щелкнула на поясе. На выходе меня ждали крепкие лакированные туфли. Новые, выполненные из натуральной кожи, они уверенно дали стопе скользнуть внутрь. Я в последний раз