Читать бесплатно онлайн книгу Плевать мне на игру! Game over
Сергей Пефтеев
Плевать мне на игру. Game Over
Глава 1. Победителей не судят
— Ну же, давай, приди в себя! — кричала Агата на Нибора, который, словно слепец, смотрел куда-то вдаль и никак не реагировал на происходящее. — Если ты не придешь в себя, нас всех убьют! Слышишь?! Да, ты оказался слишком слаб и не смог отомстить тому, кто убил твоих родных и сделал тебя рабом, но это не повод впадать в унынье. Ты еще жив. А значит, можешь отомстить.
Облаченная в латный доспех гвардейского капитана девушка, чьи синие волосы были стрижены под каре, а глаза были подобны ясному небу, оставила попытки привести Нибора в чувство и взялась за тяжелый боевой молот.
«Агата Солер 74 ур. ОЗ — 380 т»
Агата, как и окружающие ее авантюристы и гвардейцы, ждала начала жестокой битвы в главном холле королевского дворца. Меньше часа назад сила Дейкера, который, впитав мощь первого чернокнижника, стал наполовину божеством, вдохнула проклятую магию и подняла на ноги больше миллиона мертвецов.
Все, кто пал за последние три дня, обратившись осквернителями, обзавелись бледной кожей и зеленой пеленой на глазах. В обычной ситуации осквернители обладали памятью и сознанием, могли сами решать, что им делать. Но из-за силы Дейкера они утратили эту возможность и стали его послушными марионетками с единственной задачей — пополнять свои ряды, истребляя живых.
Некоторые из осквернителей уже ворвались во дворец, но их было мало, да и уровни не превышали сорок пятого. Бывалым авантюристам из Стремительного горизонта не составило труда опустошить их индикаторы здоровья. Слабость и в тоже время сила осквернителей была в том, что у них не было порога в 5 %. Авантюристы не тратили сил, чтобы их добить, но в то же время мертвецы могли сражаться до самого конца.
Бой еще не начался, а многие уже признали поражение и поникли духом. Из-за доносящихся с улицы криков мертвецов, воздух пропитался страхом и отчаянием. У кого-то даже возник во рту железный привкус крови. Кольнуло, как от меча, в груди. Все понимали, что как бы они ни были сильны, им не выстоять против такого количества мертвецов. Кроме мирных жителей столицы армия осквернителей состояла из королевских рыцарей, которых вела в бой сама Элизабет Фейтл, и авантюристов, которых в образе крупного медведя с двумя волчьими головами возглавлял не менее сильный мастер Лен.
«Элизабет Фейтл 75 ур. ОЗ — 240 т.»
«Мастер Лен 70 ур. ОЗ — 510 т.»
— Что же это за напасть?! — Рассекая мечом воздух, один из авантюристов пытался пробиться через магические символы на гранитном полу. — Кто-нибудь развейте этот барьер.
— Ничего не выйдет, — как всегда могильным голосом произнес мрачный лекарь.
Мрачным Анрина делал не только голос, но и внешний вид. Только представьте, худого высокого человека в черном кожаном плаще, черной шляпе с широкими полями, из-под которой вьются до плеч черные волосы. Мелкие поблескивающие на переносице круглые очки, и что самое важное — штыковая лопата в руках и громоздкий каменный гроб за спиной.
«Анрин 72 ур. ОЗ — 160 т. ОМ — 230 т.»
Мрачный лекарь прикоснулся к выжженным на мраморном полу символам и вынес вердикт:
— Через эти письмена не пробиться, они пропускают только мертвых. Развеять их тоже не получится. Дейкер стал полубогом. Теперь обычному человеку с его силой не совладать.
— Значит, мы встретим свою смерть здесь! — громко объявил самурай, наручи и наплечники которого украшали лица демонов.
На его бедрах висели по четыре катаны, а из-за спины выглядывал длинный лук. При этом колчана со стрелами не было. Самурая звали Джесс. Он был мастером Стремительного горизонта — второй по силе гильдии в Просторе. Однако все остальные гильдии и их мастера пали в бою, так что теперь соперничать за первое место было не с кем.
«Джесс 74 ур. ОЗ — 380 т».
— Но сделаем мы это максимально достойно, — обращаясь к подчиненным, Джесс обнажил и поднял над головой катану. — С мечом в руке, как подобает авантюристам!
— А если у меня не меч, а копье? — почесал затылок один из авантюристов.
— А у меня и вовсе лук, — подключился другой.
— Рад, что вы не утратили чувство юмора, — широко улыбнулся Джесс. — Покажем этой нечисти, на что мы способны. Да не дрогнет ваша рука, перед лицом бывшего товарища, глаза у которого утонули во мраке. Помните, убивая осквернителей, вы освобождаете их от проклятья.
У стен дворца показались мертвецы. Их было так много, что они сплошной полосой сливались с горизонтом. С высоты птичьего полета их наступление выглядело, как растекающаяся по королевским садам темная волна.
— Они будут здесь через семь минут, — сообщил кто-то из следопытов.
Где-то среди бесчисленного количества осквернителей бежала вооруженная киркой девушка с тяжелым сундуком за спиной. Лия, так ее звали, как и многие мертвецы, раньше была другом и товарищем тех, кто был еще жив. Сжимая лопату в руках, мрачный лекарь вглядывался в надвигающуюся толпу и готовился упокоить всех, кого он знал.
* * *
Пока авантюристы противостояли мертвецам, Нибор прибывал в мире своих самый худших кошмаров. Бродяга Ник, так его звали в реальном мире, не смог вынести того факта, что его главный враг Дейкер с такой легкостью поставил его на колени и ушел безнаказанным.
Бродяга запросто мог просчитать исход любого сражения, и именно в этом была его слабость. Ведь победа не может достаться тому, кто заранее готов к поражению. Время застыло для Ника в тот момент, когда Дейкер бросил в его сторону насмешливый взгляд и без всякой опаски повернулся к нему спиной.
— Стой сука! Ты не можешь уйти! Сразись со мной! — надрывал глотку Нибор, но заклятый враг его не слышал.
— Это ты во всем виноват! — послышался со стороны знакомый, но очень слабый голос.
Столь слабый, что казалось, говорит тот, кто находится в шаге от смерти. Бродяга обернулся и увидел своих родителей. Узнать их было крайне тяжело. Бледная кожа, усталый взгляд во впавших глазах, тонкие, как ветки, руки и пальцы. Именно так выглядят те, кто умирает голодной смертью.
— Если бы ты только не родился, — трясясь под тяжестью собственного тела, произнесла его мать. Ее голос был слаб, но наполнен яростью и злобой. — Нам бы не пришлось голодать. Пока ты ужирался хлебом и сосисками, мы питались крошками со стола!
— Не говори так, — растерянно произнес Ник. Его родители никогда не держали на него зла, но он всегда чувствовал вину перед ними. — Это не я, а он, — Ник указал на застывшего во времени Дейкера, — заставил вас голодать. Он отбирал все, что вы зарабатывали. Постоянно увеличивал налоги.
— Мы бы выжили, не будь тебя! — отрезал отец.
— Будь проклят тот день, когда я тебя родила! — из последних сил прокричала мать и упала без сил на колени.
От этих слов сознание Ника затрещало по швам. Отчаяние и сожаление окутали его сердце, а через секунду стало еще хуже.
— Не перекладывай вину на других! — с другой стороны возник молодой смуглый парень, из груди и головы которого на пол капала алая кровь. — Если кто и виноват в нашей смерти, так это ты!
— Маркус? — Ник узнал в нем лучшего друга.
— Не смей обращаться ко мне по имени! Ты мне не друг!
— Что ты такое говоришь?
— Если бы ты жил спокойно, а не пытался прыгнуть выше головы, в погоне за так называемой справедливостью, я был бы жив. У тебя было все: деньги, женщины, популярность. Но тебе было все мало! Ты хотел подогнуть под себя весь мир!
— Это неправда! — не выдержав, крикнул Ник. — Я старался не для себя, а для других. Ты ведь сам жаловался на то, как мы живем!
— Ложь! — отрезал Маркус. — Ты думал только о себе. В тот день мы могли поехать в бар, а вместо этого отправились к Папаше Тушенке, чтобы ты мог повыпендриваться и показать всем, какой ты крутой. Из-за тебя я так и не женился. Из-за тебя я оказался погребен под обломками горящего здания. Давай, скажи, что это не так.
— Верно, это я ввязал тебя в это. Это из-за меня ты стал целью знати, — не мог не согласиться Ник. — Но я не виноват в том, что знать управляет законом, что они могут взорвать бомбардировщиком здание с детьми и с помощью полиции устроить охоту на людей!
— Но ты ведь знал, чем все это чревато, и все равно рискнул моей жизнью. Но черт со мной. А ты подумал, что сделала знать с моей невестой просто за то, что она знала тебя?
— Признай свою вину, — донесся слабый голос отца, — ты портишь и разрушаешь все, к чему прикасаешься. Без тебя мир был бы намного лучше.
— Но ведь я не желал вам смерти, — из последних сил отбивался Ник. Он был в шаге от того, чтобы принять их слова за правду. — Все чего я хотел — это сделать вашу жизнь лучше.
— Лучше?! — со злобой спросил Маркус. — Так же, как ты сделал лучше жизнь тех детей?
Маркус развел руки и вокруг Бродяги Ника возникли тысячи обгоревших детей. Носа тут же коснулся запах гари и жженого мяса. Все они пристально смотрели на Ника злобным взглядом. Их одежда вплавилась в кожу, тела покрылись черной коркой, из глубоких ран сочилась кровь.
— За что ты так с нами? — Шаг за шагом дети начали обступать его со всех сторон. — Почему ты нас убил? — твердили они, хватаясь обожженными руками за его одежду.
— Нет! Прекратите! Прекратите, прошу! — кричал Ник, не зная, как заглушить их голоса.
* * *
Пока Нибор утопал среди кошмаров в своем сознании, армия осквернителей достигла дворца.
— Защитники, займите центральную позицию! — принялся раздавать приказы самурай Джесс. — Лекари, встаньте за их спинами и наложите на всех знак гепарда и стойкость горного великана. Бой будет долгим, так что нужно по максимуму увеличить запас энергии. Нет-Гар, раздай всем зелья второго круга небес. Устойчивость тоже лишней не будет.
— Из-за барьера мы не можем подойти к входу вплотную, — вслух рассуждала Агата. — Они запросто войдут в холл и возьмут нас в кольцо.
— Знаю, — согласился Джесс. — Именно поэтому я вместе с чародеями и следопытами буду атаковать их на входе. Как только они прорвутся внутрь, воины встанут вдоль круга, а мы перейдем в центр. С такой тактикой нам не победить, но какое-то время продержимся.
— Тогда атакуйте осквернителей с самым высоким уровнем, а мелочь предоставьте нам. Восполнять ману куда тяжелее, чем энергию.
К удивлению живых, нападение осквернителей не было беспорядочным. Первыми, сомкнув щиты, по широкой лестнице поднялись и переступили порог дворца королевские рыцари. Мертвецы в тяжелых доспехах, чей запас здоровья варьировался от ста до ста пятидесяти тысяч, хорошо держали удар, но все равно валились с ног под беспрерывными залпами стрел и магических вспышек.
Вооружившись длинным луком, мастер Джесс принялся воздухом стрелять по мертвецам. В тех, в кого попадали невидимые стрелы, тут же вонзались его катаны. Сами покидая ножны, самурайские мечи, как по волшебству, летели и разили врагов. Подобная техника боя позволяла Джессу наносить увеличенный, словно от броска, урон и при этом самому не подставляться под удар. Самурай был достаточно силен, чтобы его катаны били наповал осквернителей сороковых уровней и ниже, а таковых была основная масса.
Сколько бы ни было выпущено стрел, сколько бы чародеи ни использовали боевую магию, мертвецы все равно просачивались в холл. Те, кто шел по центру, падали с пустыми индикаторами здоровья, а остальные, расходясь вдоль стен, пытались окружить живых. Но и тут их ждал радушный прием меча и секиры.
— Прикройте, мне нужно восполнить ману! — крикнул чародей.
— Кто бы нас прикрыл. — Воины отчаянно старались не пустить осквернителей внутрь круга.
Мрачный лекарь лопатой, которая служила ему посохом, очертил в воздухе магический символ и яркой вспышкой ослепил всю нежить. Покрытые зеленой пеленой глаза позволяли осквернителям видеть в темноте, поэтому они были очень чувствительны к яркому свету. На какое-то время это дало преимущество живым. Восполнив энергию и ману, они расправились с окружающей их толпой, но вслед за одними, топчась по бездыханным телам, в холл тут же ворвались другие.
— Задница единорога! — ругнулся Джесс, пуская незримую стрелу в громового ястреба, который, вместе со своим пернатым близнецом принялся осыпать живых вспышками молний. — Только Лена нам не хватало!
Со стороны входа донесся звериный рык. Крупный, похожий на цербера медведь с двумя волчьими головами растолкал осквернителей и с разбегу налетел на стену из защитников. Принялся осыпать их мощными ударами лап. Длинные когти зверя резали щиты, как нож бумагу, а если под них попадалась плоть, то доставали до костей.
Устрашающий рык трехглавого медведя понизил живым атаку, из-за чего ранить его стало в разы тяжелей. Показатели здоровья и защиты у мертвого хищника были так велики, что пока ему доставались все удары, сотни осквернителей прорвались в холл и быстро окружили живых.
Началась резня. Сдерживать натиск мертвецов стало практически невозможно, ведь каждый осквернитель использовал в бою боевые навыки и магию. Джесс опомниться не успел, как десяток его людей и еще больше гвардейцев пали под ударами мечей и копий, а через несколько секунд восстали и приняли сторону врага.
— Кучнее! — прокричал Джесс, обезглавив восставшего товарища. — Сбиваемся в центр, защищаем лекарей.
Тяжелый молот Агаты ударил зверя по волчьей морде с такой силой, что он завалился на спину и своей тушей повалил десяток мертвецов.
— Прости, дружище, — тихо прошептал Джесс и, наложив на зверя «Метку охотника», пустил в него сразу восемь незримых стрел. Пробив шкуру зверя, катаны нанесли ему двести тысяч урона.
Шерсть треглавого зверя встала дыбом. От хвоста к медвежьей морде пошли яркие искры. Зная, чем это чревато, Агата молотом ударила зверя в челюсть. Медвежья голова дернулась в сторону и в тот же миг из ее пасти вырвались переплетающиеся потоки молний. Яркая вспышка испепелила всех, кто оказался на ее пути. Разорвала два десятка осквернителей на части.
Агата собиралась добить зверя, но ей помешал возникший на пути тяжелый башенный щит.
«Мне всегда было интересно, смогу ли я тебя победить, — Агата встретилась взглядом с Элизабет Фейтл, единственный глаз которой был покрыт зеленой пеленой. — Даже несмотря на то, что ты всего лишь программа, я всегда восхищалась тобой. Ты была сильной и целеустремленной. Никогда не поступалась своими принципами».
Агата поспешила сделать шаг назад, ведь в следующий миг перед ее лицом пролетел тяжелый кистень. Агата и Элизабет использовали боевые способности, от чего их движения стали в разы быстрей. Обмен ударами оставил на нагрудных доспехах глубокие вмятины. Обе устояли на ногах, но от силы полученных ударов, проскользили по мраморному полу на несколько метров назад.
«Как всегда бьешь в полную силу», — подумала Агата, с молотом наперевес рванув к противнику.
Анрин изо всех сил старался не дать товарищам погибнуть. Взмахом штыковой лопаты он исцелил мага и восстановил ему здоровье, но тот все равно погиб. Тяжелая кирка из похожего на синий лед материала пробила магу череп. Кровь брызнула на мраморный пол, а орудие убийства бумерангом вернулось в руки владельца. То была малышка Лия. Несмотря на дыру в груди, она стояла на ногах.
Без капли промедления мрачный лекарь, раскрыв ладонь, применил заклинание «Кара». Несмотря на тяжелое латное облачение и сундук за спиной, Лия с легкостью ушла от вспышки света. В том ей помогла способность «Ускользание».
Лия рывком оказалась перед мрачным лекарем и нанесла удар. Анрин был максимально сосредоточен, что позволило ему вовремя повернуться к ней спиной. Кирка ударилась о крышу каменного гроба, благодаря чему не нанесла урона.
«В одиночку мне ее не одолеть, — подумал Анрин. — Но и в таком виде оставлять ее нельзя. Я обязан помочь ей освободиться от этого проклятья».
Мрачный лекарь отмахнулся лопатой, словно топором, и тут же применил заклинание «Кара». Вспышка огня вылетела у него из ладони, но, как и предыдущая атака, не достигла цели.
«Отлично. Она уклонилась от трех ударов. Теперь ее способность "ускользание" мне не помешает».
Первым ударом Лия сломала Анрину несколько ребер, а вторым плечо. Мрачный лекарь сильно рисковал, но он не мог иначе. Сбросив со спины каменный гроб, он применил против нее заклинание «Священные путы». Тонкие нити из света быстро оплели тело Лии и сковали его, словно прочные цепи.
— Покойся с миром, — произнеся эти слова, Анрин шагнул Лие за спину и ударил лопатой ее по затылку.
По воле хозяина крышка каменного гроба отъехала в сторону и, впустив в себя свалившуюся с ног Лию, тут же захлопнулась.
Стены дворца содрогнулись от сильного толчка. Все его ощутили, но бой из-за этого не прекратился. За одним толчком последовал другой более сильный, от чего по опорной колонне поползла трещина. Это черный дракон хаоса, оживший монстр уровня угрозы божественной кары в силу своих изорванных крыльев не летел, а шагал в сторону дворца.
«Черный дракон хаоса 110 ур. ОЗ — 4.2 м.»
Дракон был так велик, что его тень, подобно солнечному затмению, накрывала десятки улиц столицы. Тянущийся за ним гигантский хвост давил своей тяжестью сотни домов. Вырывающееся из пасти дыхание раскидывало обломки каменных башен, словно песок.
Любой авантюрист с ужасом замирал, завидев эту тварь, ведь справиться с ним гильдией, а уж тем более в одиночку, было невозможно. Дракон хаоса с легкостью переступил одной лапой окружающую дворец стену, а другой наступил на нее. Возведенное из самого прочного камня сооружение обрушилось под тяжестью его веса. С грохотом разлетелось на куски, поднимая высокое облако пыли, которое тут же разнесла ударная волна.
Вне зависимости от того, как долго живые смогут противостоять мертвым, битва закончится, как только дракон достигнет дворца. В замкнутом помещении, без возможности покинуть границу символов на полу, все они будут просто заживо сожжены.
Глава 2. Выход есть всегда
Две облаченные в тяжелые латы женщины, одна из которых была уже мертва, раз за разом обменивались мощными ударами, сокращая друг другу полоски здоровья. Взмахи молота и кистеня с громоздкой покрытой шипами булавой сопровождались мощными порывами ветра, не щадили никого, кто вставал у них на пути.
«Она не уступает мне ни в силе, ни в скорости, — рассуждала Агата Солер, сражаясь с обращенной в осквернителя Элизабет Фейтл. — А, ведь теперь алтарь в гвардейской святыне принадлежит мне, а не ей. Ее кистень на длинной цепи очень опасное оружие. Пытаться блокировать его глупо, ведь цепь с легкостью обогнет мое древко и нанесет урон. Значит, остается только уклоняться и контратаковать».
Агата ловко увернулась и, расходуя энергию на боевую способность, нанесла удар. Тяжелый молот ударился о башенный щит, который поглотил почти 30 % урона.
«Не зря она была главной среди королевских рыцарей. Идеальное сочетание нападения и защиты. Однако даже у Элизабет есть один существенный недостаток. Если она не доведет удар кистенем до конца, то цепь поведет себя по-другому, возможно, заденет ее. Нужно выждать момент, когда она сама откроется для атаки».
Осквернителей, которые хотели забрать у живых то, чего они были лишены сами, становилось все больше. Авантюристы и гвардейцы, чья численность едва достигала пятидесяти человек, оказались в окружении нескольких тысяч мертвецов. Куда ни глянь, всюду наполненные злобой зеленые глаза. Гвардейцу, здоровье которого опустилось до 5 %, ударом топора раскололи череп. Кровь алыми брызгами окропила остальных. Другому копьем проткнули ногу и магической вспышкой разворотили грудь. Желая отомстить за смерть друга, авантюрист взмахом двуручного топора снес голову осквернителю, но в следующий момент словил грудью несколько стрел и пал под ударами острой стали. Смерть, словно дирижер, махала косой, обрывая жизни то тут, то там.
Агата была так сосредоточена на своей дуэли, что не заметила подступающих к спине мертвецов. Один из них мечом ударил ей в спину, а другой с помощью магии призвал змей, которые тут же вцепились ядовитыми клыками ей в ногу. Агата ощутила урон, а вместе с ним и боль, но не утратила концентрации, ведь если кого и стоило опасаться, то это капитана Элизабет Фейтл. Мертвый капитан рывком зашла ей за спину и занесла кистень для удара.
«Вот он мой шанс!», — подумала Агата, заранее начиная движение.
Очертив в воздухе дугу, тяжелый молот опередил кистень и ударил Элизабет в бок.
— 35 т ОЗ.
Агата специально била слева, чтобы та не могла прикрыться щитом. Боевой молот опустился Элизабет на колено и тут же ударил в грудь. Агата была напориста, вкладывала всю энергию в удары, однако бой был не один на один. Прорвавшиеся в центр круга мертвецы не только принялись сокращать здоровье Нибору, который все еще был без сознания, но и сворой накинулись на Агату. Стрела вошла ей в плечо, по голени прошлась сталь топора, сгусток холодной магии ударил меж лопаток и жгучим морозом пробрал до костей. Уровень атакующих не превышал сорок пятого, но в совокупности их урон значительно сократил Агате здоровье. Хуже всего стало, когда орудующий кинжалами мертвец атаковал способностью, которая сокращала энергию цели.
«Зараза! Мне ее не победить, — подумала Агата, и в тот же миг башенный щит капитана сбил ее с ног. — Неужто так я и умру? Не за себя, не за семью и даже не за любовь всей моей жизни? Так бессмысленно».
Стоящий неподалеку мрачный лекарь, в несколько заклинаний восстановил Агате часть здоровья и направил свою лопату на самого сильного врага.
— Нет! — крикнула Агата, видя, как по телу Элизабет расползаются нити из света. — Ее нельзя сковывать!
Даже через звуки битвы Анрин услышал ее крик, но было слишком поздно. Навык «Отпор пацифиста» позволил Элизабет моментально освободиться от сковывающих тело нитей и нанести невероятной силы, в сравнении с предыдущими, удар. Агата не раз видела капитана в бою, а потому успела среагировать и перекатиться в сторону. Тяжелая булава кистеня, в совокупности с физической силой Элизабет, ударилась о пол с такой силой, что Агату отбросило в сторону, а мраморные осколки подобно шрапнели разлетелись по холлу. Пробиваясь через бледные тела, куски мраморного пола враз положили два десятка мертвецов, сильно изранили живых. Как только пыль осела, стало видно, что в месте удара осталась воронка, мраморный пол не выдержал и пошел глубокими трещинами.
— Вот оно! — спеша подняться на ноги, воскликнула Агата. — Анрин! Джесс! Прикройте меня, есть идея, как пережить этот день!
Мрачный лекарь очертил лопатой символ и вспышкой яркого света озарил помещение. Пока осквернители были дезориентированы, Джесс с теми, кому удалось дожить до этого момента, расправился с близстоящими противниками и образовал вокруг Агаты очень узкое кольцо. Анрин, который благодаря каменному гробу мог не опасаться ударов в спину, схватил Нибора за ноги и оттащил его к живым.
— Готовьтесь, сейчас будет жарко! — крикнула Агата и с помощью способности «Сокрушения», которая игнорировала пассивную защиту сооружений, нанесла удар в ту же точку, куда ранее ударила Элизабет Фейтл.
Осколки мраморного пола вновь разлетелись, словно пули.
— Осторожнее! Тролль тебя дери! — зло крикнул Джесс. — Ты своих задела.
— Я предупредила, что будет жарко, — ответила Агата. — Терпите, пол невероятно прочный. Одного удара не хватило.
— Думаешь, это сработает? — усомнился в ее методах Джесс.
— Должно, — не прекращая исцелять раны живых, заявил мрачный лекарь. — В отличие от магического барьера, который создает купол как в воздухе, так и под землей, магические письмена высвобождают свою силу вверх. Пробьемся через пол — сможем сбежать.
— Тогда поторопись. — Джесс с трудом выдержал атаку Элизабет Фейтл.
Теперь, когда они были окружены, единственное, на что было разумно расходовать энергию, так это на защиту. Не дожидаясь перезарядки способности, Агата обрушила на пол еще несколько ударов. Трещины стали шире и глубже, но пол не провалился.
— Все, приплыли, — Джесс с опаской посмотрел в сторону входа. — Дракон уже здесь.
С улицы в холл ворвался оглушающий рев черного дракона хаоса. Огромных размеров чудовище безуспешно пыталось протиснуть массивную голову внутрь, но даже высокие ворота королевского дворца оказались для него слишком малы. Раздраженно замотав головой, дракон хаоса принялся ударами мощных лап, не жалея при этом снующих внизу осквернителей, увеличивать проход.
— Скорее! — поторапливали, отбиваясь от осквернителей выжившие. — Дракон вот-вот будет здесь!
— Да знаю я! — не переставая размахивать молотом, бросила Агата. — Нужно еще немного времени.
— Боюсь, у нас его нет! — Мрачный лекарь стал свидетелем того, как морда дракона протиснулась в холл.
Покрытые зеленой пеленой глаза с вертикальным зрачком уставились на авантюристов.
— Есть идея! — с этими словами Джесс подпрыгнул почти к потолку и оттуда выстрелил из лука.
Три катаны покинули ножны и с максимальной силой вонзились в мрамор вокруг того места, куда била Агата. Агата сразу сообразила, что к чему, и молотом вбила меч в пол, словно гвоздь. За первой катаной в пол по рукоять погрузилась вторая. Трещины в мраморе стали еще шире и глубже.
— Давай! — кричал Джесс, выпуская остальные катаны в морду дракона.
Порождение хаоса получило урон, но в сравнении с его здоровьем, которое исчислялось миллионами, атака самурая была не больнее комариного укуса. Черный дракон хаоса раскрыл полную огромных, словно скалы, зубов, пасть и вместе с кучкой осквернителей вдохнул воздух. Сердца готовых к смерти авантюристов замерли в ожидании первой искры. Шух-х-х. И из пасти, словно из глубокой бездны вырвалось черное пламя. Именно в этот момент у Агаты восстановилась способность «Сокрушение», благодаря чему удар оказался сильней остальных. Мраморный пол рухнул вместе с теми, кто на нем стоял. Около двадцати авантюристов и гвардейцев, среди которых были Джесс, Агата, Анрин и Нибор провалились в подземелье дворца. По размерам помещение оказалось ничуть не меньше холла, поэтому падать пришлось прилично. Черное пламя дракона хаоса уничтожило всех слабых мертвецов, что были наверху, и через дыру в мраморном полу последовало за выжившими, но не дотянулось до них.
— Что дальше? — поднимаясь на ноги, спросил Джесс.
Самурай поднял голову и увидел, как когтистые лапы дракона с особым усердием делают дыру в мраморе еще больше. Огнедышащая тварь не собиралась отказываться от своей добычи.
— Пока не выберемся за территорию, дворца телепортироваться не сможем. А в его окрестностях мы рано или поздно падем от рук мертвецов. Уверен, Элизабет Фейтл и ей подобные смогли выжить в огне.
— Так и есть, — согласилась Агата, взваливая Нибора себе на спину. — Она не отступит и будет преследовать нас, пока не убьет. Но если мы поторопимся и спустимся на нижние уровни темницы, у нас будет шанс выжить.
Агата уверенно зашагала в сторону темного тоннеля, а таких здесь было больше двух десятков. Остальным выжившим ничего не оставалось, как последовать за ней.
— А что там? — с факелом пробираясь через, покрытый паутиной тоннель, поинтересовался Джесс.
— Излом времени, — ответила Агата.
— Откуда ему взяться в королевском дворце? Не хочу хвастать, но моя гильдия была второй по силе в Просторе, так что я знаю обо всех существующих изломах на материке.
— Знаешь об изломе со злобной тыквой? — спросил Анрин.
— Нет, — замешкавшись, ответил самурай.
— Ну вот.
— Об изломе времени в темницах дворца знали только королевские рыцари, — пояснила Агата. — В их число вхожу и я. Мы с самого начала планировали убить Дейкера и знали, чем это чревато. Поэтому заранее продумали путь к отступлению.
Со стороны, откуда они только что пришли, донеслись звон металла и быстрые шаги. Это Элизабет Фейтл пользуясь навыком «Чутье ищейки» вела сильных осквернителей по их следам.
— Нужно ускориться!
— Допустим, отсидимся мы в изломе времени, пока не закончится еда, но что дальше?
— Мы не собираемся в нем отсиживаться. Мы пройдем его. Конечная точка этого излома находится за пределами столицы.
— Ничего себе! А вы действительно все продумали наперед.
— Как оказалось, не все, — с досадой произнесла Агата. — Нибор был уверен, что мы сможем убить Торгоса. Но в итоге мы оказались бессильны. Ты сам все видел — Дейкер обрел силу полубога и стал главным среди Грехов.
— Почему мне кажется, что вашей целью был не столько Торгос, сколько Дейкер?
— У нас с этим ублюдком личные счеты. Вот и пришли.
Группа выживших остановилась у заваленного крупными камнями прохода. Агата достала из инвентаря ключ и начала взывать к Хранителю времени — одному из древнейших божеств.
— Тот, кто видел прошлое, настоящее и будущее, откликнись мне. Тот, кому подвластен поток мироздания, услышь меня и прими мой дар, а взамен открой занавес прошлого и дай в него войти!
Перед Агатой и ее спутниками возник старик в белых одеяниях, которые были усыпаны золотыми римскими цифрами. Хранитель времени быстро молодел, обращаясь юношей, и снова старился прямо у них на глазах. Его голос менялся так же, как и внешность, от волевого молодого к хриплому старому. Хранитель времени взял ключ и принялся изучать его наполненным мудростью взглядом.
— Поторопись, старик! Время поджимает, — с этими словами Джесс принялся пускать незримые стрелы в темноту тоннеля, откуда доносились спешные шаги.
Сами собой покидая ножны, его катаны принялись пронзать приближающихся к ним осквернителей. Мертвецы были авантюристами и гвардейскими рыцарями пятидесятых уровней, поэтому даже для мастера семидесятого уровня убить их было непростой задачей. Анрин взмахом лопаты призвал яркий свет, но Элизабет, как и многие осквернители, успела прикрыться от него щитом. Лишенные собственной воли, но не разума, мертвецы не попадались на одну и ту же уловку дважды. Мрачный лекарь сковал ближайшего к себе мертвеца «Священными путами» и выпустил заклинание «Кара» в Элизабет Фейтл. Джесс и остальные были заняты другими осквернителями, поэтому мрачный лекарь оказался с мертвым капитаном один на один.
«Не самый приятный противник, — подумал Анрин, продолжая выпускать из ладони вспышки огня. — Я лекарь, а не священнослужитель, мои атаки слишком слабы, а у нее слишком много здоровья. Сковывать капитана нельзя, тут же контратакует. Подпускать к себе тем более, скорее всего, переломает мне ноги. И что в итоге? А в итоге я должен отвлечь ее на себя, чтобы спаслись остальные».
Анрин отскочил в сторону, но Элизабет, совершив рывок, моментально сократила дистанцию и нанесла удар кистенем. Мрачный лекарь попытался дать отпор лопатой, но мертвый капитан оказалась гораздо быстрее. Мощный удар в грудь выбил яркие искры. Анрин не сразу понял, в чем дело. Атака Элизабет Фейтл не достала его, ведь ее саму что-то ударило в грудь. Да так сильно, что она пошатнулась и отступила назад.
«Не может этого быть!» — подумал мрачный лекарь, разглядев, кто именно остановил оскверненного капитана.
Анрин повернул голову и увидел рядом с собой малышку Лию — девушку в латных доспехах с дырой в груди, тяжелым сундуком за спиной и легендарной, сделанной словно из чистого льда, киркой в руках. В какой-то момент Лие удалось выбраться из западни в виде каменного гроба. Однако вместо того чтобы напасть на Анрина, мертвая девушка принялась его защищать. Лия метнула кирку в Элизабет, но на этот раз та отразила ее щитом. Кирка ударилась о башенный щит и подобно бумерангу вернулась к владельцу. Анрину было невдомек, почему оскверненная Лия сражается на его стороне, но он решил поддержать ее, атакуя других мертвецов.
— Я принимаю ваш дар, — произнес Хранитель времени. — Этот ключ сделан из легендарной эссенции времени. Он может открыть излом любого уровня сложности. Определитесь с выбором и дайте ответ.
— Прогулочный, — без колебаний ответила Агата. — Прошу, откройте его как можно скорей.
— Выбор сделан, — словно не замечая сражения, сказал Хранитель времени.
Обращающийся стариком юноша повернул ключ в невидимой скважине и тот тотчас рассыпался песком, из которого образовался синий портал.
— Уходим! — прыгая в него, крикнула Агата.
Остальные выжившие тоже не стали задерживаться и поспешили перейти черту, и лишь Анрин продолжая сражаться вместе с Лией, стоял до конца.
— Скорее, пока портал не закрылся! — крикнул мрачному лекарю Джесс.
Самурай продолжал отстреливать мертвецов из портала.
— Второй раз я ее не брошу! — произнес Анрин, глядя на Лию. — Идите без меня!
Мрачный лекарь хотел остаться, но, к его удивлению, малышка Лия ударом ноги в грудь сама забросила его в портал, а через мгновение растворилась под ударами других мертвецов.
— Нет! — Анрин хотел вернуться в тоннель, но портал закрылся.
Мрачный лекарь с досады ударил кулаком по земле, швырнул в стену лопату.
— Терять товарищей нелегко, — сказал стоящий позади мрачного лекаря Джесс. — Но она уже была мертва. А как известно, осквернителю ничего не может вернуть человеческий вид.
— Знаю, но даже восстав из мертвых, она все равно продолжала меня защищать.
— Пусть тебя утешает тот факт, что хотя бы мы живы. — Джесс, как остальные, уселся на холодный пол, чтобы перевести дух. — Признаться, я поражен, что у нас вообще получилось. Точнее, кажется, что все это сон.
Вы приняли участие в историческом событии Простора, которое станет новым изломом времени — «Сопряжение миров», — возникло системное сообщение у мастера Джесса и остальных.
Получено достижение «Первопроходцы» — награда за достижения пассивно увеличена на 10 %
Получен предмет — Осколок души 11х
— Сказал бы щедрая награда, — Джесс бросил взгляд на тех, кто выжил, — да наших погибло столько, что никакое достижение этого не стоит. Подумать только, столица превратилась в руины, а ее жители стали кровожадной нежитью.
— И погибнет еще больше, если сила Дейкера разлетится по всему материку, — снимая каменный гроб со спины, предположил мрачный лекарь. — Мертвые будут подниматься из могил и убивать живых, порождая еще больше осквернителей. Все как тогда, когда шла великая война и целый материк стал пристанищем мертвых. Мы обязаны его остановить!
— Как ты его остановишь? — Самурай снял шлем и опустил голову. — Нас осталась жалкая горстка. Мир обречен.
— Остановим! — уверенно заявила Агата, тряся Нибора за грудки. — Нужно лишь этого привести в чувство. Уверена, он что-нибудь придумает. Обязан.
— Что с ним такое? — Джесс бросил взгляд в сторону Нибора, который, казалось, просто спит. — Он такой с того момента, как Дейкер покинул дворец. На нем какое-то проклятье?
— Не похоже, — Анрин провел над Нибором рукой. — Его показатели в норме, никаких отрицательных эффектов. Видимо, он просто не хочет просыпаться.
— Что?! — возмутилась Агата и в тот же миг отпустила Нибору пощечину, да такую сильную, что из его носа пошла кровь. — Разок проиграл и решил спрятать голову в песок?!
— Какая страшная женщина, — наблюдая за этим явлением прошептал Джесс. — Сразу видно — оруженосец Элизабет Фейтл.
— А ну, живо очнулся!
За первой пощечиной последовала вторая и третья. Нибор буквально умылся кровью, но так и не очнулся.
* * *
Кошмар Бродяги Ника и не думал прекращаться. Обвинения исхудавших до костей родителей и лучшего друга сыпались одно за другим. Тысячи обугленных дочерна детей, словно черти в преисподней, навалились на него всем скопом. Каждое их прикосновение жгло кожу, словно раскаленная сталь. Бежать Нику было некуда, ведь он уже и сам поверил в то, что это заслуженное наказание.
— Простите меня, — безустанно твердил он, буквально утопая под телами детей, которые карабкались на него, словно на гору. — Я подвел вас. Из-за меня вам пришлось страдать. Простите. Я даже не смог за вас отомстить.
— Ничтожество! — крикнул ему Маркус, из груди которого на пол капала кровь. — Кому нужны твои жалкие оправдания?
— Ты должен исчезнуть! — закашлявшись, но собравшись с силами, сказала его мать. — Исчезни!
— Думаешь, ты первый кто проиграл? — послышался отдаленный женский голос.
— Мы погибли из-за тебя! Это все случилось из-за тебя! — еще громче закричал Маркус. — Это ты во всем виноват!
— Люди каждый день терпят неудачи, — таинственный женский голос был таким же слабым и тихим, как дуновение ветра. — Кого-то увольняют с работы. Кому-то изменяет жена. Кому-то сообщают, что ему осталось жить всего пару месяцев. Но разве они сдаются? Я не сдалась, не сдавайся и ты. Борись, Ник!
Сквозь обвинения и жгучую боль, Бродяга смог услышать свое имя.
— Фелиция? — набравшись сил, он вынырнул из-под детей.
— Давай победим его вместе, мы ведь Бродяги, — на этот раз голос звучал увереннее и громче.
Задев отдаленные области памяти, голос Агаты заставил сознание Ника очнуться и начать защищаться.
— Ты должен исчезнуть! — крикнул Маркус, наводя на Ника пистолет.
— Нет, — выходя из толпы детей, словно из воды, спокойно произнес Ник. — Это тебе пора раствориться. Всем вам. Если кто и виноват в ваших бедах и смерти, то это знать!
Всего мгновение, и крики затихли. Дети, родители, лучший друг — все исчезло, осталось только белое пространство, которое быстро превратилось в привычную для Ника обстановку — в темную комнату с креслом для полного погружения.
— Ты поплатишься за это! — сказал Ник, бросив взгляд в сторону робота, что затаился в углу.
— Да брось, — махнул руками Инстрис. — Я не сделал ничего такого. Лишь дал волю твоим фантазиям.
Глава 3. Что сможешь ты, смогу и я!
Благодаря голосу Агаты, сознание Бродяги Ника смогло побороть свои страхи и обнаружить того, кто выпустил их на свободу, сделал их сильнее.
Стуча железными лапами, из темноты вышел блестящий хромом робот. Его нижняя часть была подобием плоского краба, а верхняя повторяла облик человека. Голова робота имела овальную форму и широкий вертикальный датчик. На худом теле расположились пять рук, три из которых торчали из-под ребер.
— Ублюдок! — с ненавистью произнес Ник. — Как ты посмел использовать против меня память о них?!
— Ну а что мне еще оставалось? — Инстрис говорил непринужденно и легко, словно ничего и не было. — Ты уперся как баран, не хотел со мной сотрудничать. Если бы ты сразу отдал мне свое тело, я бы уже убил всех, кого ты так ненавидишь. Но ты отказался. Решил сделать все сам. И к чему это привело?
— Так это ты сделал Ямагути-Кая бессмертным и наделил его силой полубога?!
— Кого, Дейкера? Конечно же, нет. — Громко стуча о пол металлическими лапами, Инстрис принялся нарезать вокруг Ника круги. — Я не могу вмешиваться в процесс игры. Все сценарии прописаны заранее, вопрос лишь в том, кто доберется и воспользуется ими первым. Ты овладел «Темной душой», получил контроль сразу над пятью персонажами и стал мастером Стального кулака. Дейкер, или как его называют в реальном мире Ямагути-Кай, подался в купцы, быстро приумножил свое состояние и с помощью ядов и заговоров стал советником короля. А у того в свою очередь был череп первого чернокнижника. Так что все абсолютно честно. Признай, он обставил тебя. Буквально вытер об тебя ноги. Ты ему был так противен, что он даже убивать тебя не стал. Не захотел марать руки.
— Заткнись!
— Ух, сколько агрессии. А что толку? Ты ведь уже проиграл.
— Если проиграл я, проиграл и ты. Ведь тебе нужно именно мое тело и только при условии, что я смогу победить.
— Верно. Но в отличие от тебя, я умею признавать поражение. Не получилось в этом столетии, попробую в следующем, после мировой войны и кучи переворотов. А ведь всего этого можно было избежать, будь ты чуточку сговорчивее.
— Не морочь мне мозги. Ты воспользовался моим отчаянием, влез в мою голову и пытался стереть мое сознание. Получается…
— Что?! — перебил его Инстрис. — Есть шанс победить? Забудь. При нынешнем раскладе, мертвецы Дейкера быстро заполнят весь материк. Его сила станет неоспорима. А когда он поднимется на вершину поднебесной башни, а уж поверь, на это у него хватит сил, и станет полноценным божеством, его можно будет смело назвать победителем.
Ник задумался. Он был зол на Инстриса, но он не мог с ним не согласиться. В данный момент он не знал, как можно победить Дейкера.
— Но, — продолжил робот, — если ты согласишься отдать свое тело сейчас, я смогу его победить. Ведь в отличие от тебя, я знаю об этом мире все. В качестве бонуса я позволю тебе собственноручно отрубить ему голову.
— Значит, сценарийпо которому я могу победить Дейкера все-таки есть. Если это под силу тебе, то под силу и мне. Расскажи, что это за сценарий?
— С чего вдруг мне это делать? — удивился Инстрис.
— Потому что если ты этого не сделаешь, я в игре расскажу всем о твоем плане. Тебе больше никто не станет доверять. Более того, против тебя объединится все человечество. Скайнет будет уничтожен.
— Ух, от твоих слов, меня опять бросает в дрожь, пот выступает на любую, — Инстрис, кривляясь, прижал стальные руки к груди. — А ведь я сделан из электричества, пластика и железа. У тебя ничего не выйдет. Я в любой момент могу подчинить себе, твое виртуальное тело. Оно в принципе принадлежит мне. Только ты попытаешься открыть рот, как из твоих уст вырвется «Га-га-га». Или что-то в этом духе. Это игра, в которой тебе не победить в одиночку. Либо ты соглашаешься на мое предложение и отдаешь свое тело, либо уходишь ни с чем.
— Отказываюсь. Ты хочешь использовать меня, как это делали короли.
— Верно, но в отличие от них, я это сделаю с благой целью. Ты ведь хочешь освободить людей от рабства, создать общество, где все будут равны, очистить планету от мусора, чтобы дышалось легче?
— И ты думаешь, я поведусь на эту жалкую рекламу?! — возмутился Ник. — Я знаю, чего ты добиваешься на самом деле. В тот раз, когда ты пытался завладеть моим телом, а мое сознание попало в твой программный код, я все видел.
— Раз ты все знаешь, то должен понимать, что иного пути нет, — голос Инстриса звучал максимально искренне. — Из всех возможных вариантов спасти мир сможет только этот.
— Будь уверен, я лучше умру, чем позволю тебе осуществить задуманное.
— Прискорбно это слышать. А я ведь был уверен, что ты меня поймешь, — сказал Инстрис и исчез, рассыпавшись на незаметную глазу пыль.
* * *
— Да приди же ты в себя! — кричала Агата в попытке привести Нибора в чувства. — Если не хочешь сражаться ради себя, сделай это хотя бы ради меня! Без тебя я не справлюсь.
— Хорошо, хорошо, — открывая глаза, пробормотал Нибор. — Сейчас встану. Только приму горячий душ и выпью чашечку бодрящего кофе.
— Ты очнулся! — Агата бросилась его обнимать. — Я так волновалась.
— Я заметил. — Нибор утер кровь с лица. — Так волновалась, что живого места на мне не оставила. Но я благодарен тебе, — Нибор коснулся ее щеки и лбом уперся в ее лоб, посмотрел в синие глаза. — Это уже второй раз, когда ты спасаешь мне жизнь. Даже представить не могу, как тебе отплатить.
— Мне хватит и того, что ты жив. — Агата поцеловала Нибора в губы. — Но знаешь, если действительно хочешь со мной рассчитаться, устрой мне хотя бы один день, позабыв о том, что мы в игре. Чтобы ты был просто Бродягой Ником, а я Бродягой Фелисией.
— Договорились. Обещаю во что бы то ни стало провести с тобой такой день. Ну а пока мы должны разобраться с подступившими к горлу проблемами.
Бродяга беглым взглядом осмотрел стены подземелья и выживших, которые с трудом понимали, кто такой Бродяга Ник и о какой игре шла речь.
«Значит это все, кто уцелел, — подумал он. — Десяток авантюристов пятидесятых уровней, мастер Стремительного горизонта, Анрин и Агата. Судя по обстановке вокруг и тому, что они так беззаботно отдыхают на полу, мы уже в изломе времени».
— Как ты, дружище? — поинтересовался у Нибора мрачный лекарь.
— Бывало и лучше, — поднимаясь на ноги, ответил Нибор. — Но уже не настолько плохо, чтобы безвольно лежать на земле. Нужно как можно скорее покинуть это место.
— Не пойму, — бросил Джесс, — ты явно не трус, так почему же в самый ответственный момент ты рухнул в обморок? Я ни на что не намекаю, просто хочу знать, что произошло.
— Оставь его! — тут же вспылила Агата.
— Ничего, — положив ей руку на плечо, произнес Нибор. Его взгляд стал как прежде холодным и безразличным. — Он имеет право знать. На самом деле, мне нет никакого дела до Торгоса и его грехов. Мне абсолютно наплевать, кто сидит на троне, и какая раса поднимется на вершину поднебесной башни. Я пришел сюда, чтобы отомстить тому, кто заморил голодом моих родителей, тому, кто убил моего лучшего друга и детей, которых я опекал. Но в тот момент, когда Дейкер повернулся ко мне спиной, когда стало очевидно, что мне не отомстить, я поддался страху. Я знаю, что ты хочешь услышать. Но я этого не скажу. Ведь вне зависимости от моих действий, Дейкер все равно бы разрушил столицу и превратил ее жителей в осквернителей. Такова его природа, разносить по миру хаос и разрушения.
— Достойный ответ, — надевая самурайский шлем и поднимаясь на ноги, произнес Джесс. — Как я и сказал, я ни на что не намекаю, просто хотел знать, что произошло. Я мастер гильдии и сам принимаю решения, поэтому у меня нет никакого права винить в смерти моих людей кого-то еще.
— Позже мы сможем воздать им дань памяти, а сейчас нам нужно пройти излом. Мы не знаем, насколько разумны мертвецы, но если у них сохранилась память, то Элизабет Фейтл поведет их к выходу из излома и устроит нам засаду.
— Этот излом для группы из сорока человек, — сообщила Агата, — но я выбрала прогулочный уровень сложности, так что должны управиться меньше чем за час.
— Выдвигаемся немедленно! — скомандовал Нибор. — Перерывов не будет, так что восстанавливайте энергию и ману с помощью зелий. Я исполню роль защитника, Анрин лекаря, а все остальные — сейчас от вас требуется максимальный урон.
«Нас намного меньше, чем предполагалось с самого начала, рассуждал Нибор, — так что придется выложиться по полной. Двенадцать осколков души? Кажется, я пропустил несколько достижений. Можно улучшить одну из способностей, а можно вложить их в характеристики. Нужно выбирать так, чтобы это помогло в сражении с Дейкером. В первую очередь необходимо, чтобы мой показатель стойкости был выше его показателя удачи. Иначе опять силой мысли поставит меня на колени. Но для данного излома этого параметра у меня в избытке. Удачу сколько ни повышай, элементарно вызвать у Дейкера кровотечение не получится. Из-за того, что он стал полубогом, его показатели устойчивости, удачи и скорости выросли до пятисот процентов и с каждым уровнем они будут только расти. Вне зависимости от тактики боя и способностей противника скорость — самый полезный параметр. Но от нее мало толку, если расход энергии превышает ее восстановление. Очищение крови, которые использовали против меня Талина и Лютер, не только разрушило Связку душ, но и лишило меня Темной души. Так что теперь что запас энергии, что ее восстановление оставляют желать лучшего. Тогда выбор очевиден».
Израсходован предмет — Осколок души 12х
Параметр энергии увеличен с 217 до 277
«Уже лучше, но все еще мало. Теперь посмотрим, что можно улучшить из экипировки. За то, что я убил монстра уровня Божественной кары, система наградила меня «Точилом поднебесного кузнеца». По описанию оно может превратить легендарный предмет в божественный. Что ж, посмотрим претендентов на улучшение. Меч у меня эпический и всего шестьдесят девятого уровня. Так что мимо. «Корона Вильгема Беспощадного» не имеет уровня, дает плюс сто десять к магической силе, а наручи плюс сто десять к физической силе. Оба предмета будут со мной до самого конца, но есть еще один интересный предмет. «Щит Взмах драконьего крыла» — легендарный предмет семьдесят второго уровня, который способен с вероятностью в пять процентов поглощать любой урон. Атака, конечно же, очень важна, но не стоит забывать про защиту. Может, мне и попадется щит выше уровнем, чем этот, но сомневаюсь, что у него будет подобный навык. С малой, но все же вероятностью, этот щит позволит мне пережить атаку самого сильного существа в Просторе. Тогда выбор очевиден».
Израсходован предмет — Точило поднебесного кузнеца 1х
Получен предмет — Взмах драконьего крыла 72 ур. 1х
Качество — Божественный. Щит. Штрафы: –10 % от скорости. Бонусы: +24 т к блоку щитом. +122 к живучести. +10 к силе.
Примечание: Щит выкован одним из величайших мастеров своего дела. Можно сказать, он вложил в него душу. Нет ничего удивительного, что его старания в совокупности с драконьей рудой наделили щит необыкновенными свойствами. С вероятностью в 10 % щит способен поглотить любой урон.
«Ого! — Брови Бродяги приподнялись от удивления. — Смена качества до божественного уровня, увеличивает основную характеристику предмета на пятьдесят пунктов. Да и еще ко всему прочему улучшает дополнительную способность. С десятипроцентной вероятностью поглощать любой урон — это вам не шутки. Вот оно! Мне нужно сражаться с монстрами божественной кары. Звучит безумно, но с них падают "Точила небесных кузнецов" и "Осколки мироздания". Если я сделаю все свои предметы божественными, а навыки улучшу до пятого уровня. Нет. Этого тоже будет недостаточно. Нужно учитывать, что Дейкер тоже не стоит на месте. Скорее всего, он прикажет мертвецам захватить материк и собирать для него ресурсы, а сам отправится в поднебесную башню, где наверняка встретит фею и вампира. Они сильны, но недостаточно, чтобы сражаться с Дейкером, особенно если учесть, что сейчас он бессмертен. Можно сразу считать, что он получит плюс десять процентов ко всем характеристикам за их убийство. Я бы тоже мог отправиться в поднебесную башню и опередить его. Но так я лишь потеряю драгоценное время. Мало того, если наткнусь на него до того, как стану достаточно силен, второй раз он меня не отпустит. Так что же делать, где взять еще как минимум пятьсот осколков души? Инстрис хотел воспользоваться каким-то сценарием. Видимо, он с самого начала припрятал его для себя. Нужно хорошенько проанализировать все, что я знаю об этом мире и найти этот сюжет. Где-то должна быть подсказка».
Размышляя о том, как стать сильнее и одолеть своего заклятого врага, Нибор вместе с остальными выжившими истреблял встречающихся им на пути гуманоидных ящеров восьмидесятого уровня. Причем делал он это максимально хладнокровно и жестоко. Обнажая меч, Нибор применял «Удар, не оставляющий тени» и тут же, сокращая дистанцию с помощью «Спринта», атаковал «Ударом черного дракона». Подобными атаками он не просто вмиг сокращал здоровье редких ящеров, а превращал их покрытые чешуей тела в крупно нарезанные куски. Меч Бродяги рубил головы, хвосты, отсекал конечности, как газонокосилка траву. А когда у него заканчивалась энергия, пускал в ход магию, испепелял, замораживал и бил молниями всех чудовищ, что встречались ему на пути. Даже с учетом того, что он был защитником, а не нападающим, никто из группы не мог угнаться за ним. «Что же он такое? — наблюдая за Нибором, думал Джесс. — Такое ощущение, что его руками управляет сама Смерть».
По сюжету излома времени в Хризантейме начали пропадать люди. Гвардейцы не придавали этому глобального значения, пока не пропала стража и прислуга королевского дворца. Взявшаяся за это дело гильдия авантюристов исследовала дворец и обнаружила, что все следы ведут в королевские темницы, а оттуда в канализацию. Как оказалось, всему виной сбежавшие из лаборатории королевского алхимика гуманоидные ящеры. Умом покрытые чешуей твари не блистали, но были очень сильны, а главное, прожорливы. Найдя укрытие под землей и бесконечный источник пищи на улицах Хризантейма, ящеры принялись активно размножаться. Поэтому, когда Нибор и его спутники достигли канализации, они обнаружили просторный зал с кладкой из десятка тысяч яиц.
— Ничего себе, — присвистнул Джесс. — Да тут повсюду их яйца. Представляете, что могло произойти, если бы тогда авантюристы не уничтожил эту кладку.
— Это и есть главная цель излома, — сказала Агата, мощным ударом молота проломив ящеру череп. — Мы должны уничтожить их королеву и ее потомство. Всех до единого.
В помещение было очень темно и сыро, в воздухе витал невыносимо отвратительный запах. Куда не глянь, всюду крупные белые яйца, между которыми не было даже сантиметра пространства. Они были закреплены на полу и стенах с помощью некой тянущейся субстанции, которая не вызывала ничего, кроме отвращения. Посреди зала расположилась сама королева. Гуманоидные ящеры были достаточно крупными, длина их жилистых тел достигала четырех метров, но их королева была в разы больше. Тяготы материнства раздули ее до такой степени, что длинные лапы не могли коснуться пола. К счастью королевы, цепляясь когтистыми лапами за решетку на потолке, ее окружали сотни преданных слуг. С одной стороны они закидывали ей в пасть жителей города, а с другой принимали выходящие непрерывным конвейером из-под хвоста яйца. Места в зале уже не было, поэтому преданные слуги уносили потомство по тоннелям в другие сырые помещения. Почуяв неладное, один из ящеров отвлекся от работы и, лизнув воздух раздвоенным языком, громко зашипел. Его волнение тут же передалось другим. Ящеры разом оскалили острые зубы и повернули головы в сторону непрошеных гостей. Желая защитить потомство и свою королеву, десятки холоднокровных хищников, быстро перемещаясь по стенам и потолку, начали сползаться к чужакам.
«Королева мать легендарный монстр пятьдесят пятого уровня, пятьсот тысяч очков здоровья, одна штука, — беглым взглядом Бродяга анализировал боевой потенциал противника. — Убить в последнюю очередь. Пока она жива, ящерицы не разбегутся. Нельзя позволять ей кормиться, каждое яйцо — это лишне потраченная секунда. Преданные хвосты редкие монстры восьмидесятого уровня, сто двадцать тысяч очков здоровья, девяносто семь штук. Девяносто три. Умирают от нескольких моих ударов, но, если получат бонус от разбитых яиц, могут стать угрозой. Королевские стражи легендарные монстры шестидесятых уровней, семьсот тысяч очков здоровья, три штуки. Пока кто-то из них жив, мы не сможем нанести королеве урона. Яйца гуманоидных ящериц двадцатого уровня, три тысячи очков здоровья, количество не известно. Если разбить, выпускают ядовитые пары и повышают характеристики взрослых особей на один процент».
В мгновение ока Нибор просчитал победную тактику и начал действовать.
— План таков! — громко объявил он и с помощью заклинания «Обморожения» покрыл яйца толстым слоем льда, благодаря чему от входа в зал к королеве образовалась тропа. — Яйца никому не трогать, королеву тоже. Подходим к ней вплотную и убиваем Преданных хвостов и Королевских стражей. Группа из пяти человек, включая Агату и Джесса, идет к выходу из канализации и отлавливает всех ящеров, которые попытаются сбежать.
— С чего ты взял, что они побегут именно туда, а не во дворец или на улицы города? — не согласился с ним Джесс.
— С того, что ящерицы уже поняли, что люди опасны. Подчиняясь инстинкту, они понесут яйца не в город, а как можно дальше от него — по канализации за его стены. А еще там находится выход из излома.
Передвигаясь с недоступной для человека скоростью, Нибор мгновенно преодолел ледяной мост и вдарил Королевскому стражу по массивной морде щитом и тут же нанес несколько ударов мечом. Легендарный ящер был очень быстр и силен, но от атак Нибора его это не спасло. Не успел он махнуть лапой и хвостом, как меч Нибора прошелся по его груди и шее. Индикатор здоровья одного из стражей таял буквально на глазах.
Будучи первым, кто достиг центра зала, Бродяга стал главной целью клыков и когтей. Атаки сыпались на него со всех сторон, стучали по щиту и латам, словно проливной дождь. Но Бродяга, не обращая на них внимания, продолжал сражаться с Королевским стражем. Поглотив пятьдесят две тысячи урона, заклинание «Благословение ветров» кольцом мощного ветра разошлось от Бродяги и сбило ящеров с ног. В тот же момент Бродяга отсек Стражнику лапу, выпустил ему кишки и ногой раздавил припавшую к земле голову, чем вызвал у других ящеров страх. Возникший при виде особой жестокости эффект заставил холоднокровных хищников отступить, что дало Нибору пару секунд на восстановлении энергии. Как только ящеры осмелели и оскалили клыки, Бродяга вновь принялся рубить их мечом. Остальные члены команды не заставили себя ждать и, преодолев ледяной мост, пришли Нибору на помощь. Ящеров было много, все они были кровожадны и сильны, но бывалые авантюристы Стремительного горизонта давали им достойный отпор. Расчленяя любого ящера в два взмаха меча, Бродяга добрался до морды королевы, благодаря чему ей пришлось сесть на диету.
— Теперь ваша очередь, — сказал он, создавая новую тропу изо льда. — Перекройте выход из канализации.
— Жду тебя у выхода, — перед тем как уйти вместе с Джессом, крикнула ему Агата.
— Не переживай, скоро вас нагоним. Тут дел всего на пару минут.
Пять человек скрылись в канализационном тоннеле, а остальные остались сражаться с полчищами плотоядных ящериц, две из которых были легендарными. Принимая удары на щит и пользуясь «Благословением холода», которое после поглощения урона замораживало ноги врагов, Бродяга стоял в первых рядах. Осознавая, чего добиваются люди, Королевские стражи — самые крупные представители своего вида — не спешили идти на сближение, а вместо этого, сидя на потолке, плевались в авантюристов струями яда.
— Умные твари попались, — констатировал мрачный лекарь. — Знают, что пока они живы, королеве мы не навредим.
— Тянут время, чтобы Преданные хвосты вынесли яйца из канализации. Придется пойти на сближение.
— Что ты делаешь?! — опешил Анрин, глядя на Нибора.
Тот высоко подпрыгнул и, зацепившись носками ног за стальную решетку, пошел по потолку. Королевские стражи уставились на висящего вниз головой человека, а через мгновение пошли в атаку. Нибор встретил их «Ударом, не оставляющим тени». Порыв мощного ветра, словно острое лезвие, оставил глубокую рану на теле одного ящера и нанес урон тому, что оказался сзади.
— 215 т ОЗ.
— 215 т ОЗ.
Оба ящера враз потеряли треть здоровья. Нибор действовал быстро и беспощадно. У холоднокровных тварей не было ни единого шанса на победу. Об этом свидетельствовал момент, когда меч Нибора отсек стражу хвост и пронзил сердце. Рухнув вниз, крупная туша раздавила с десяток яиц, из-за чего остальные ящеры тут же получили 10 % бонус к характеристикам.
Нибор собирался убить второго стража, но тот ловким движением ушел от меча и нанес удар хвостом.
«Что-то не так, — подумал Нибор, наблюдая за индикатором здоровья противника. — Никто из нас не уничтожает яйца, так почему его характеристики продолжают расти?
Здоровье королевского стража выросло с семисот тысяч до восьмисот. А через несколько секунд перевалило отметку в миллион. Вместе со здоровьем увеличилась атака, показатели скорости и удача. Если раньше когти стража оставляли на золотой броне еле заметные царапины, то теперь они резали ее, как нож бумагу.
«Если так продолжится, мне придется искать новые доспехи, — в попытке уклониться, подумал Нибор. — Его показатель удачи уже перевалил за четыреста процентов. Одно неверное движение, и я лишусь руки».
Желая выяснить, в чем причина этого явления, Нибор отбросил ящера «Ударом, не оставляющим тени» и спрыгнул на спину королевы, чем та была сильно недовольна. Беглым взглядом окинув усеянный крупными яйцами зал, он стал свидетелем странной картины. Облаченная в латный доспех брюнетка в пару ударов кирки проломила одному из ящеров череп и вновь принялась уничтожать его потомство в виде крупных яиц. Каждый ее удар уничтожал по пять-десять яиц, тем самым повышая характеристики холоднокровным тварям.
Глава 4. Плюс один мертвец
«Малышка Лия 71 ур. ОЗ — 180 т.»
«Это что, действительно Лия? — удивился Нибор, ведь такого он никак не предвидел. — Судя по бледной коже и дыре в груди, она стала осквернителем. Но если это так, то почему вместо того, чтобы нападать на нас, она сражается с ящерами? Я ни разу не слышал о том, чтобы осквернители испытывали ненависть к холоднокровным. Зачастую они стремятся сожрать что-то живое, а Лия их просто истребляет. Хотя меня больше беспокоит вопрос, откуда она взялась? Идти за нами она не могла. Портал был закрыт, и мы достаточно долго сидели у входа. Попасть сюда раньше нас, она тоже не могла, мы бы обнаружили трупы. А если она все это время была с нами?».
— Анрин, отзови Лию! — крикнул Нибор.
— Что?! — мрачный лекарь не смог понять, о чем идет речь. — Я сейчас очень занят!
Отвлекаться Анрину действительно было некогда, ведь урон от атак Преданных хвостов, рабочего класса гуманоидных ящеров, вырос почти в два раза. Под натиском их молниеносных когтей индикаторы авантюристов таяли буквально на глазах. Лишь стараниями Анрина и другого лекаря никто из них еще не погиб. Анрин безустанно расходовал ману на исцеляющие заклинания, а когда того требовали обстоятельства, пускал в ход штыковую лопату. А та, в свою очередь, била не хуже топора.
Холоднокровные хищники атаковали всем скопом, со всех сторон. Пытались схватить и утащить кого-то из авантюристов к себе на растерзание. Но даже если им удавалось вцепиться в кого-то когтями, преданные товарищи тут же приходили на выручку, а мрачный лекарь касанием исцелял рваные раны.
— Анрин! — прыгая в самую гущу ящеров, крикнул Нибор. — Просто скажи: Лия, защищай авантюристов!
Мрачный лекарь никак не мог понять, чего добивается Нибор, но все же повторил слова. Каково было его удивление, когда в челюсть ящера, который был готов впиться острыми зубами ему в плечо, ударила знакомая кирка. Превратив острые зубы в сотни мелких осколков, Лия рывком пошла на сближение. Не успел ящер отойти от первого удара, как за ним последовал второй.
...
