Читать бесплатно онлайн книгу  Мандариновый кофе

автор Мари Рейн

Оглавление

Мари Рейн

«Мандариновый кофе»

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

Эта книга является художественным вымыслом автора. Имена, персонажи, места и события — плод воображения или использованы, как часть вымысла. Любое сходство с реальными людьми случайное. Автор признает товарные знаки, различные продукты, бренды, рестораны, упомянутые в произведении. Использование этих знаков не санкционированно и не спонсируется ими.

ПЛЕЙ-ЛИСТ

— Баста — Каменные цветы

— Бабек Мамедрзаев — Принцесса

— Mari Rain, Arti st — Ладонями

— HENSY — Поболело и прошло

— MONA/NAVAI — Есенин

— SODA LUV/Jahkarta — Обезоружен

— Дискотека Авария/VONAMOUR — Кукла

— Кипелов — Я свободен!

— Рубеж Веков — Душечка

— Jewcuba — Нитки, иголки

— Руки вверх — Мне с тобою хорошо

— NELLY ARMANI — Я искусство

— Кино — Хочу перемен

— Эльдар Джарахов — Ты так красива

— Молодость внутри — Позволь

— Dimma Urih — На меня ты не сердись

— Сплин — Романс

— IWM — Love Lave

— Zivert — GAZ

— Red Square — Самба белого мотылька

— VONAMOUR — Широка река

— Ночной Сосед — У меня всё получится

— Ваня Дмитриенко — Шёлк

ПРОЛОГ

Газетный обрывок с адресом уводил её всё дальше от огней центра, к городской окраине. Тусклые фонари освещали улицу, очерчивая лишь дряхлые спины покосившихся домов. Еще десять минут назад она готова была сбежать. Теперь же, глядя на резную дубовую дверь, Таня поняла: пути назад нет. Осталось только одно желание — узнать правду. Вздох. Стоило ей коснуться звонка, как замок щелкнул и отворилась дверь. Она ожидала увидеть гадалку, но прихожая была пуста. Лишь на обувнице сидело маленькое чучело из светлого льна. Таня замерла, не в силах отвести взгляд. Кукла сидела в вальяжной, почти хозяйской позе, закинув ногу на ногу. Её шею, словно удавка, обвивала нитка жемчуга. Фигурка внезапно покачнулась от сквозняка, и девушке показалось, что та кивнула, пропуская её внутрь.

­ — ­Проходи, не бойся, располагайся, — донесся из глубины квартиры низкий, чуть хрипловатый голос. Таня робко переступила порог, и воздух в комнате показался густым, пахнущим сушеной лавандой и старыми книгами.

— Не стой в дверях, — гадалка появилась из тени коридора, держа в руках свечку. Она поправила струящийся шёлк винного цвета. Её мертвенно-бледное лицо выглядело напряженным. Взгляд больших черных глаз изучал девушку, прожигал насквозь. Тонкие волосы свисали паутинками. Она указала крючковатыми пальцами присесть на деревянный стул в зале. Таня внимательно посмотрела на этот предмет интерьера. Истертое временем сидение казалось жестким. Она огляделась по сторонам: посередине огромного зала расположился стол, покрытый темной скатертью и уставленный магической утварью. На нем лежала потрепанная книга в кожаном переплете, обложку украшали непонятные геометрические символы. Повсюду стояли черные свечи, их медовый аромат вытеснял воздух, из-за чего у Тани резко закружилась голова. Она плюхнулась на стул безвольной тряпичной куклой, гадалка быстро сунула под нос аммиачную салфетку и посмотрела в глаза. Тане стало лучше, страх притупился, но сохранялось чувство скованности.

— Эка ты впечатлительная! — прошептала хозяйка дома. — Зачем пришла? — чуть громче обратилась она к Тане.

Девушка молчала, потрясенная недавним головокружением, рассматривала стол. На нем лежал темно-синий бархатный мешок с картами, недалеко стояли прозрачный камень в виде шара на подставке, сухоцветы, икона и… череп. Вот чего-чего, а человеческий череп Таня точно не ожидала увидеть. Гадалка тем временем успела заварить кофе и разлить в мизерные, будто игрушечные, фарфоровые чашки ослепительно белого цвета. Одну передала ей.

— Пей!

Та покорно послушалась и одним глотком выпила мутную жижу из чашки. «Гадость какая!» — подумала Таня. Она любила, чтобы у кофе был букет ароматов — нотки темного шоколада с едва заметной карамельной сладостью. Старуха молча улыбнулась, словно считала мысли гостьи.

— Дай её мне! — Таня послушно вручила чашку хозяйке. Та повертела её в руках, прищурилась и сказала:

— Так-так, интересно, давно я не видела эдаких хитросплетений судьбы, — отложив посудину в сторону, гадалка встала и начала что-то искать на стеллаже. — Где же они у меня были? А ты говори, зачем пришла?

— М-м… н-не… я-я… — от нахлынувшего волнения стала заикаться Таня, затем собралась и выпалила как на духу: — Буду ли я счастлива с Игорем?

— Сейчас узнаем. Нашла!

На стол легла прямоугольная каменная шкатулка, вся исчерченная рунами. Внутри оказались карты, такие же древние, как наша эпоха. Потрепанная фиолетовая картонная обложка была украшена золотыми абстрактными фигурами. Гадалка бережно вытащила колоду на свет и ловко её перетасовала. Таня завороженно смотрела на руки волшебницы. На кистях её набухли вены, похожие на старые корни деревьев. Рубашки карт переливались золотом, мелькали перед глазами, затягивая в воронку галлюцинаций. Вскоре гадалка остановилась на одной из карт.

— Давай, посмотрим, что там.

Она положила карту на стол картинкой вверх.

— Это послание откроет тебе то, что скрыто от глаз. Луна — символ подсознания, страхов и тайных желаний. Возможно, ты не видишь всей правды в сложившейся ситуации о человеке рядом с тобой. Живешь в иллюзорном мире. Ты должна быть готова к неожиданным поворотам судьбы, грядет период неопределенности и сомнений, — продолжила старуха. — Я достану ещё карты, чтобы узнать, что ждет тебя впереди.

Она вновь перемешала колоду и вытащила следующую карту.

— Башня. Карта краха и перемен. Придется разрушить старое, чтобы построить новое. Освобождение от иллюзий, болезненный переход. Удар судьбы, к которому ты не будешь готова.

Таня почувствовала разгорающееся волнение, на смену его пришел страх. Старуха считала эмоции девушки и продолжила гадание. На стол легли разнообразные картинки: юноша в доспехах, черный и белый сфинксы, женщина на троне, оранжевый диск с символами. Значения, понятные только хозяйке дома.

— Колесница, императрица, колесо фортуны, редко встретишь сразу столько старших арканов в раскладе, видимо, ты сама сумеешь изменить судьбу, я лишь расскажу то, что выпало. Счастье ты найдешь в чужом городе, как и достаток. С человеком, за которого замуж собралась, жить не будешь, он пришел вернуть тебе долг прошлой жизни — дитя, которое ты уже носишь под сердцем. Но выбор пути всегда останется за тобой.

— Какое дитя? В смысле, я беременна? Не может быть! Посмотрите ещё раз! — раздраженная Таня пыталась сохранить самообладание, но у неё это плохо получалось.

Старуха быстро сложила карты в стопку, бережно убрала их в шкатулку и застыла, уставившись стеклянным взглядом в такой же шар на столе.

— Имя мужчины идет по судьбе на букву «А», четко не слышу, что говорят мне духи. Красная разорванная нить укажет на него. Больше ничего не скажу. Уходи! Деньги положи под скатерть.

— Но, но, — запиналась Таня от возмущения. — Этой информации очень мало! Что за красная нитка? Почему имя на эту букву? Объясните нормально!

— Невидимая красная нить соединяет тех, кому суждено встретиться, независимо от времени, места или обстоятельства. Нить может растянуться или запутаться, но никогда не порвется.

— И что это значит? Вы только что сказали, что разорванная нить на него укажет, а сейчас говорите, что никогда не рвется. Как это понимать?

— Я тебе всё сказала, бестолковая! Ты чем слушала? — рявкнула гадалка. — Теперь вон из моего дома! Лучше не зли меня!

Ошарашенная Таня, как под гипнозом выполнила поручение и вылетела на улицу. В памяти сохранилось бледное лицо гадалки, её в упор устремленный злой взгляд больших черных глаз и слова, пронзающие жгучим ударом грудь:

— Переплетение судеб ниткой, ребенок, имя суженого на «А», переезд.

Через три месяца Таня выходила замуж за Игоря, они только купили квартиру и ничего разрушать не планировали, как и заводить детей.

ГЛАВА 1. ТАНЯ

Мой маленький Северный рай.

Каменные цветы.

Падают все мосты над небом и на небо падаем мы.

(слова из песни Баста, «Каменные цветы»)

Таня стояла на берегу Невы и грела ладони о бумажный стаканчик, медленными глотками пила густой шоколад. В воде отражалось вечернее небо. Солнечные лучи растеклись по темной глади, окрашивая воду в янтарно-фиолетовые тона. Чуть поодаль, над Фонтанкой кружили чайки, их пронзительные крики, похожие на скрип несмазанной дверной петли, эхом отдавались от гранитных набережных. Эти наглые, крупные, вечно голодные птицы вели себя, как хозяева города, готовые с боем вырвать у зазевавшегося прохожего кусок булки.

В паре шагов от её уединенного убежища шумел Невский проспект. Несмотря на поздний час, бурлил жизнью, многоголосый гул сплетался в огромный мощный двигатель. Сквозь плотный, хаотичный шум проникали звуки уличной гитары, шуршания шин по влажному асфальту, далекий звон трамвайных путей, обрывки задорного смеха, растворяющиеся в прохладном воздухе. Таня всматривалась в лица прохожих. В разношерстном потоке людей, легко отличала приезжего от местного. Туристы медленно передвигались по улице, то и дело замирая посреди тротуара, создавая «пробки», они с восторгом останавливались у каждой парадной, пытаясь поймать в объектив телефона малейшую деталь архитектуры города. Громкие и эмоциональные. Местные же вечно куда-то спешили, с кофе в руке и выражением лица «мне плевать на эту жизнь», чаще взгляд устремляли себе под ноги и почти не улыбались.

Опускался туман, словно мягкая шаль, обвивал старинные здания. Атмосфера пронизана духом свободы и романтики. Верила ли Таня, что будет здесь жить? Нет. Она сбежала из родного города и переехала с мечтой в Питер. Ветер обдувал лицо, она чувствовала его прикосновения, значит, жива…

Десять лет назад Таня вышла замуж за Игоря, будучи беременной, родила долгожданного сына. Их история начиналась красиво: муж долго ухаживал, дарил цветы, украшения, на свидания никогда не приходил с пустыми руками. Был всегда добрым и искренним, ей тогда нравилось, что между ними нет тайн и преград. Но семейная жизнь оказалась совершенно иной, чем Таня представляла себе до свадьбы.

Игорь ни на одной работе долго не задерживался, а на детское пособие не проживешь, у своих родителей брать деньги было стыдно, они и так помогали обеспечивать внука. Потом муж запил. Сцена из прошлого навсегда врезалась в Танину память. Вот Игорь стукнул кулаком по кухонному столу, да так, что подпрыгнули вилки.

— Ты мне не указывай! — процедил он. — Я в этом доме хозяин! Поняла?

— Хозяин чего? Долгов в микрозаймах? Ты на ногах еле стоишь.

— Вечно ты недовольная! Всё тебе не так! Я стараюсь, работаю, а ты… пилишь и пилишь меня. Надоела!

Таня застыла у раковины, до боли сжимая в руках мокрое полотенце. Она не смотрела на него, только в темное окно, где отражалась их уродливая, перекошенная кухня.

— Работаешь? Да тебя снова выгнали за пьянку! Чем мы будем платить за квартиру? А еда? — Таня резко развернулась, и в её глазах вспыхнула ярость. — Посмотри на себя! В кого ты превратился? Мне противно от тебя!

Игорь тяжело задышал, на мгновение кухня погрузилась в напряженное затишье. Его лицо побагровело, глаза сузились, в них не осталось ничего человеческого, только подогретая спиртом обида.

— Противно? — прохрипел он, подаваясь вперед всем корпусом. От меня противно?

Таня не успела ни отступить, ни закрыться. Удар — резкий, наотмашь пришелся в скулу и ухо. Хлопок, поставивший в споре жирную точку. Её отбросило к раковине. Почувствовала, как голова дернулась, затылком стукнулась об угол навесного шкафа, и сползла на пол, неловко подогнув под себя ногу. В ушах мгновенно завыло, а мир перед глазами рассыпался на тысячи искр, которые медленно гасли, превращаясь в мглу.

Игорь навис над ней, глядя на свою дрожащую руку.

— Довела… — выдавил он, в его голосе больше не было ярости. Потом лишь трусливо стал оправдываться: — Видишь? Сама напросилась! Ты во всем виновата! Нечего под горячую руку лезть!

Таня прижала ладонь к лицу. Кожа под пальцами горела, пульсируя невыносимым жаром. Она не плакала. Просто смотрела на стоптанные домашние тапки, чувствуя, что где-то за ребрами, окончательно и навсегда что-то оборвалось.

— Никогда не прощу, — прошептала в пол, и её голос был пугающе ровным.

— Ну, и ладно, — пробормотал Игорь, пошатываясь отступая в коридор, схватил с вешалки куртку. — Я уйду, посмотрим, как запоешь, когда… когда поймешь, что никому с ребенком не нужна, кроме меня.

Таня в тот же день собрала вещи, сына и ушла к родителям. Подала на развод. Игорь пытался вернуть её, нашел работу, бросил пить, вымаливал прощение. Но Таня приняла решение, что никогда не вернется, ведь люди не меняются. Ей надоели гулянки мужа после работы и то, что весь быт она тащила на себе. Надо разрушить этот союз до основания, чтобы на руинах заложить фундамент нового. В тот момент Таня вспомнила предсказания гадалки и карту «Башня», именно сейчас она и проигрывалась в её жизни.

Таня Воробьева успела отучиться в институте на психолога и понимала, что абьюзивные отношения обречены на провал. Купленную в браке квартиру продали, разделив деньги пополам, часть ушла на выплату долгов и от прошлой жизни остался очень скромный счет. За два года супружества Таня забыла про себя, свои нужды, а ведь мечтала писать книги. Втайне от мужа сочиняла красивую историю любви, которой была лишена в союзе с ним. Усыпила в себе женщину, променяв нарядные вещи на растянутый халат и стоптанные тапки. А внешность у неё всегда была яркая — жгучая брюнетка с зелеными глазами, именно за их цвет бывший муж называл Таню ведьмой. И твердил по пьянке, что она его приворожила. Природа наградила пухлыми губами и персиковой кожей. При росте метр шестьдесят восемь обладала обычной, стандартной фигурой.

После развода строить отношения с мужчинами оказалось тяжело, болезненный опыт запечатался в теле. На свиданиях она никак не могла расслабиться, контролируя каждое движение собеседника, предпочитая больше слушать, чем говорить. Долгое время не решалась начать с кем-то встречаться, кого-то пугал её прошлый брак, а кого-то наличие ребенка.

Декрет заканчивался и Таню ждали в школе на должность психолога, спасибо соседке, которая помогла туда устроиться. Ей уже не терпелось начать работать. Детей она любила. Сын рос спокойным, но болезненным, благо рядом были родители и помогали воспитывать малыша. Имя она дала ребенку необычное — Мирослав, в надежде, что оно принесет мир в семью. Не сложилось. Но сын стал покоем для души. Рос не по годам смышлёным, понимал, что маме нужно работать ради их блага и почти не капризничал. Когда ему исполнилось шесть лет, и он пошел в школу, Таня перебралась от родителей на съемную квартиру. Постепенно устраивала свою жизнь, ушла из государственной школы, начала вести частный прием, и наконец могла посвятить время Миру.

В один из дней позвонила бывшая коллега Елизавета:

— Таня, выручай, — прохрипела Лиза в трубку. — У меня послезавтра намечается мотивационный тренинг в самом раскрученном фитнес-клубе города, а я как на зло простудилась и потеряла голос.

— Отказаться никак нельзя? Неужели, они не войдут в твое положение? И так понятно, что ты не симулируешь.

— Дело не в этом. Я взяла у них полную оплату и подписала договор. Там такая сумма за нарушение, мама дорогая… Пожалуйста, помоги! Умоляю!

Таня замешкалась с ответом. Ещё ни разу она не проводила подобных тренингов, времени на подготовку было мало, но коллега будто почувствовала колебания и затараторила:

— У меня готовы все материалы, включая презентацию. Прочитаешь, может, своего чего добавишь, да и деньги неплохие. Я помню, что бывший не платит алименты и ты Мира тянешь одна.

Сумма гонорара была и вправду большой, Таня планировала отпуск на море, поэтому согласилась.

ГЛАВА 2. ТАНЯ

Эй, принцесса, меньше стресса.

Это твой любимый хам, никому тебя не отдам.

(слова из песни Бабек Мамедрзаев, «Принцесса»)

Зал был залит мягким вечерним светом. Десятки незнакомых глаз в ожидании смотрели на Таню, уверенно начавшую семинар по эмоциональному выгоранию. В процессе лекции её взгляд зацепился за парня в первом ряду, который, казалось, ловил каждое слово и слегка улыбался. К концу мероприятия ей задавали разные вопросы, участники выполняли задания, делились внезапными озарениями. Тренинг уже завершился, но тот самый парень не спешил уходить. Когда зал опустел, он уверенной походкой приблизился к столу и первый начал разговор:

— Привет! — как к давней знакомой обратился он к Тане.

— Привет! — тихо ответила она.

— Мне очень понравился твой семинар. Мотивирует. Практики интересные. Ничего, что я на «ты»? Показалось, я тебя уже где-то видел или знал. Мы нигде не встречались?

— Вряд ли, я бы тебя запомнила.

Она вскользь осмотрела его стройное, спортивное тело. Тане пришлось закинуть голову назад, чтобы рассмотреть его лицо, настолько он был высок. Правильные черты, загорелая кожа. Незнакомец подготовился к тренингу: аккуратно уложил густые, темные волосы, побрился. Таня заглянула в глаза цвета янтарного меда. В их бездонной глубине не было мягкости — лишь обжигающий интерес и уверенность человека, который привык получать всё, что пожелает. Тонкие губы озаряла надменная улыбка.

— Андрей! — наконец-то, представился незнакомец.

— Татьяна.

— Она звалась Татьяной…

— Даже не продолжай.

Андрей заулыбался, оголяя белоснежные ровные зубы.

— Не хочешь поужинать со мной?

— Профессиональная этика запрещает мне ужинать с клиентами, но думаю для любого правила есть исключения. Не на свидание же ты меня зовешь. Да и тренинг был разовым.

— Пока просто поужинать, но уверен, что так просто ты от меня не избавишься.

Тане польстило внимание молодого парня. Оказалось, что Андрей младше её на год, ему исполнилось тридцать лет, а выглядел моложе своего возраста. Они немного пообщались и поехали в ресторан.

Зал ресторана тонул в мягком полумраке, они заняли столик в глубине. Андрей откинулся на спинку кресла, наблюдая, как Таня изучает меню. Она почувствовала его пристальный взгляд, от которого перехватывало дыхание.

— У тебя очень красивые глаза, такие ярко-зеленые, как у колдуньи, — его голос прозвучал непривычно низко, с бархатной хрипотцой.

— Спасибо, — голос Тани заметно дрогнул.

— Выбрала? — резко сменил тему разговора Андрей.

— Пока нет. Тут все такое аппетитное, глаза разбегаются.

— Ну, так ты собери их.

— Кого? — не поняла она.

— Глаза свои собери и сделай выбор, — Андрей громко расхохотался над своей же шуткой. Затем подался вперед, опираясь локтями об стол. Расстояние между ними сократилось, и он перешел на полушепот:

— Спроси меня. Я точно знаю, чего ты хочешь.

Таня с трудом протолкнула застрявший в горле ком. Эта внезапная перемена в нем будоражила. Она нервно усмехнулась, пытаясь вернуть беседе шутливый тон.

— И чего же я, по-твоему, хочу? — в её интонации появилась наигранная дерзость.

Андрей сделал паузу. Он скользнул взглядом по её губам, затем тихо произнёс:

— Ты хочешь отсюда сбежать. Не знаю почему, но тебя как будто испугало моё предложение поужинать.

У Тани по спине пробежали мурашки. Неужели так заметно по её виду?

— Я просто давно не ужинала в компании красивых мужчин, — она решила сместить фокус их разговора.

— Смотри, не влюбись в меня, — Андрей потянулся к бокалу, но передумал и уверенно накрыл ладонью её руку, лежащую на скатерти. Его кожа была обжигающе горячей. Он слегка сжал пальцы Тани, и в то же мгновение резко, на выдохе, произнес: — Татьяна.

Официант, бесшумно выросший рядом с бутылкой вина, заставил их отстраниться друг от друга. Но между ними уже завязывалась невидимая нить. Весь оставшийся вечер они пили вино и говорили обо всем на свете. Андрей рассказал, что живет в Санкт-Петербурге, работает учителем физкультуры в школе, а подрабатывает частным тренером. Много путешествует и обучается, вот и в этот город приехал по рекомендациям. Не прогадал.

Таня рассказала про свою работу, прошлые неудачные отношения, про Мирослава и мечту писать книги. Андрей слегка скривился на информации о сыне, но виду не подал. Продолжил скептически рассуждать на тему создания произведений, считая, что рынок книгоиздания переполнен авторами и туда будет трудно пробиться, особенно, если ты не профессионал и писательскому ремеслу не обучался. Эта информация немного огорчила Таню, но трудности на пути к цели её не пугали.

Андрей вызвал такси. Весь путь на заднем сиденье прошел в звенящей тишине. Они не разговаривали — слова больше не имели значения. Их руки были переплетены. А пульс бешено отбивал ритм. Машина остановилась у пятиэтажки. Андрей открыл Тане дверь и помог выйти.

— Ну, вот и всё, — с легкой грустью сказала она.

Андрей сделал шаг ближе, аккуратно убрал непослушную прядь с её щеки, прикосновения казались невесомыми, но Таня застыла, перестав дышать.

— Не всё, Таня, — он взял её руку и медленно поднес ладонь к свои губам, затем оставил на тыльной стороне запястья обжигающий поцелуй. — Это только начало. Ты ведь понимаешь?

По телу Тани пробежала дрожь. Это было интимнее и сильнее любого поцелуя в губы.

— Напиши мне, как доедешь, — тихо попросила она, неохотно опуская руку. — Мне пора, — поспешно скрылась в темноте подъезда.

Таня была уверена, что новый знакомый не напишет, но ошиблась. Андрей написал тем же вечером и позвал в кино. Так и началась их история любви на два города: редкие встречи, постоянные переписки, звонки. Андрей жил в съемной студии, туда сложно привезти любимую женщину с её сыном. Долго искали варианты, взвешивали решения, и вот уже третий год Таня жила в Санкт-Петербурге.

Предсказания гадалки воплощались в жизнь.

ГЛАВА 3. ТАНЯ

«Город, где встречаются ветра»

(взято из открытого источника, автор не указан)

В первый приезд Санкт-Петербург разочаровал Таню своей мрачностью и пронизывающим холодом. Она пыталась рассмотреть обещанную красоту, но видела лишь пасмурное небо и бесконечную череду луж. Ноги промокли через пятнадцать минут прогулки, а зонт вывернуло наизнанку и сломало первым же порывом ветра у Казанского собора.

— И этим все восторгаются? — кутаясь в промокшее пальто и шмыгая носом пробубнила Таня.

— В такую погоду Питер либо окончательно выгоняет чужаков, либо влюбляет в себя навсегда, — философски ответил Андрей. — Ты пока на перепутье. Как определишься, город сразу тебя примет.

— Андрюш, мы договорились, что я перееду летом, когда Мир окончит школу. Нет смысла срываться сейчас, под конец третьей четверти. Да и мне проще вникать в дела, когда дети уйдут на каникулы. Ты поговорил с директором? Есть для меня работа?

— Евгения Степановна занята вопросами олимпиад и экзаменов, почти не бывает на месте. Давай, когда ты точно переедешь, я поговорю? Не хочу лишний раз тревожить начальство.

— Мы переедем, — на автомате поправила его Таня. — Ты же знаешь, что без Мира нет смысла даже начинать этот разговор.

— Куда ж без него, — раздраженно прошептал Андрей, чтобы его не услышали. — Я всё понимаю, любимая, поэтому жду лета, как соловей ответа, — громко рассмеялся от собственной шутки парень.

— Там не так говорится.

— Я знаю, — резко оборвал он её. — Ты хочешь сейчас это обсудить? Фразочку из песни?

Таня обиженно прикусила губу, ведь в планы ссора с любимым человеком никак не входила.

А тем временем Санкт-Петербург продолжал хранить свои тайны в тихих дворах с облупившимися стенами. Его величественные соборы, купола которых стремились к небесам, отражали последние лучи заходящего солнца, окрашивая Неву в цвет золота.

Позже Таня приехала сюда уже не туристом, спешащим посмотреть все достопримечательности за три дня, а как местный житель. И поняла. Санкт-Петербург не любит суеты. Душа города многогранна, насыщена историей и музыкой. Каждый горожанин — словно нота в симфонии, играющей на фоне величественной архитектуры. В этом городе каждый найдет своё — мечту или возможности. Здесь, стоя у чугунной ограды и кутаясь в кашемировый палантин, Таня поняла, что нужно двигаться и развиваться дальше. Нельзя позволить страхам и сомнениям испортить судьбу. Санкт-Петербург звал к жизни, вдохновлял писать книгу, и Таня отвечала ему всем сердцем.

Она часто вспоминала встречу с гадалкой. Разрушение старой жизни, переезд, имя любимого на «А», всё сбылось. И это пугало, но в тоже время радовало. Теперь она точно будет счастлива. Ведь сейчас Таня работала в той же школе, где учился её сын и преподавал Андрей.

Тане хотелось творить, создавать интересные истории. В школьные годы были попытки писать рассказы, и даже публиковалась в местных газетах. Но мечтала о крупном произведении. Её мама порывы стать писателем не поддержала, ведь профессия должна быть перспективная.

— Таня! — вздрогнула испуганно девочка от гневного возгласа матери. — Где твоя грамотность? Или за шесть лет ты ничему не научилась? Что это за «Аня ела булку и дремала»? У тебя ум есть? Или голова мальчиками забита?

Мама нависла над Таней и стала тыкать тетрадкой в нос.

— Ты читала, что написала? Ещё в писательницы собралась! Двух слов связать не можешь! Говорила, сначала в черновик пиши, потом в тетрадь.

— Я не хочу заново переписывать. Давай, аккуратно исправлю и всё.

— У тебя и дальше по тексту ошибки, надо внимательнее быть, — мама со злостью вырвала листок с сочинением и бросила тетрадь в лицо дочери. — Переписывай, кому сказала! Пушкин недоделанный!

Мама хотела, чтобы дочь научилась аккуратности и ответственности, но этот способ лишь сломал уверенность и родил страх — боязнь совершения ошибки.

А потом и лучшая подруга публично в классе высмеяла любовные стихи, посвященные однокласснику.

— Тань, ты серьезно? Любовь-кровь? Ты второклашка? Да ещё и ошибок понаделала, — Ира помахала блокнотом, картинно закатив глаза.

— Это литературный прием, я так вижу, — щеки обожгло унизительным румянцем, голос предательски дрогнул на вдохе. — Вышло же красиво?

— Красиво? Ты правда думаешь, что корявые стишки завоюют Витино сердце? Не смеши меня!

Витя стоял в двух шагах, прислонившись к подоконнику.

— Скажи ей, Вить! — крикнула она ему.

Тот медленно, с легкой усмешкой, оттолкнулся от подоконника и подошел к Ире.

— Да ладно тебе, Ирка, — хмыкнул одноклассник и небрежно вырвал блокнот из рук подруги. Он бегло пробежал глазами по строчкам, которые Таня выводила в темноте, задыхаясь от нахлынувших чувств. — Навек вдвоем, сгорая огнем. Серьезно?

Вокруг послышались первые смешки.

— Тань, ты бы лучше к контрольной по химии так готовилась, — Витя бросил блокнот в мусорное ведро. — Поэтесса.

Бумажный помощник с тихим стуком ударился о пластик и упал на пол.

Хорошо, это был одиннадцатый класс, и страдать от насмешек «подруги» и взгляда одноклассника оставалось недолго.

Вскоре Таня заняла второе место в престижном региональном литературном конкурсе «Поэзия года» с этим стихотворением. Те самые «корявые строчки» принесли ей награду и денежный приз. После окончания школы она заблокировала этих двоих во всех социальных сетях. Её не интересовала их жизнь, хотя от бывших одноклассниц узнала, что после школы парочка поженилась. Обида больше не имела значение, не стоит жить прошлым, нужно идти дальше. Тем более у нее был Андрей.

ГЛАВА 4. АНДРЕЙ

Три года назад.

В северной столице стояло лето, июнь радовал солнечной погодой. Московский вокзал плавился от духоты. Андрей стоял у табло прибытия, раздраженно поправляя воротник рубашки-поло. Поезд опаздывал на три минуты, что уже рушило планы в составленном им расписании. Вокруг копошились люди, пахло фастфудом и потом. Наконец-то, поезд плавно замер у платформы.

Таня с Мирославом не спеша вышли из вагона, за собой тянули два огромных чемодана. Андрей скользнул по девушке оценивающим взглядом и удовлетворенно улыбнулся. Она была его главным трофеем: красивая, умная, перспективная, ему нравилось, как они смотрятся вместе. Картинку портил лишь Мирослав, которого возлюбленная не согласилась оставить на лето у родителей.

— Добро пожаловать в Санкт-Петербург! — Андрей натянуто улыбнулся, шагнув к Тане. Он притянул её к себе, целуя в губы чуть сильнее, чем требовалось.

— Угу, — нахмурил брови Мирослав. Мальчик из-за духоты плохо спал в поезде и почти ничего не ел, его усталость смешивалась с голодной тошнотой. Он уже готов был ехать в новый дом, лишь бы не стоять на проходе у спешащих людей.

Миру десять лет, он только окончил четвертый класс и поступил в среднюю школу, по блату, как говорил Андрей. Ведь именно он поспособствовал пасынку в поступлении, как и Тане с работой, чуть ли не умоляя директора школы взять их. На самом деле, Евгения Степановна была занята открытием нового филиала учебного заведения, где было много свободных мест, поэтому она с удовольствием приняла документы прибывшего Мирослава и взяла Таню на вакансию школьного психолога. Андрей чтобы быть ближе к любимой тоже перевелся в этот филиал, но знать этого девушке не нужно. Его устраивало, что она думала будто только он поспособствовал поступлению и трудоустройству.

Мирослав был похож на Таню. Худенький, высокий, с оливковыми глазами и курносый. Ему нравилось носить короткую стрижку, настолько, что выглядел словно призывник. Таня не спорила. Голос еще хранил детство, но это не мешало ему бубнить, как старик.

— Поехали быстрее домой, я есть хочу!

— Наш маленький путешественник не в духе? — голос Андрея прозвучал приторно-мягко, но пальцы, которыми он приобнял Таню за плечо, ощутимо сжались, заставляя её выпрямиться. — Я забронировал столик в лучшем ресторане города, чтобы организовать вам культурную встречу, поэтому мы сейчас поедем туда и нормально пообедаем.

— Я не хочу в ресторан. Мне плохо. Можно мы поедем домой? — Мирослав вымученно поглядел на маму.

— Андрей, — умоляюще прошептала Таня, переводя взгляд с вымотанного ребенка на ледяное лицо любимого. — Я тоже плохо спала, прости, что так выходит, но думаю будет лучше, если мы поедем домой и закажем еду. Отдохнем с дороги…

— Я понял, — резко прервал Андрей. Он ненавидел, когда его планы ломали, в висках пульсировало от разгорающегося раздражения. — Мирослав, будет по-твоему, мы поедем домой, — холодно отчеканил, без тени прежней улыбки. — Но ты должен понимать, что именно из-за тебя вы испортили себе прекрасный вечер.

Мирослав резко отвернулся, до боли прикусив нижнюю губу — это был единственный способ сдержать рвущиеся наружу слезы.

— Давай сюда свой рюкзак, — потянулся к сумке Андрей.

Но Мир отступил на шаг, сильнее сжав лямки:

— Я сам.

— Ну, сам так сам, — равнодушно бросил в ответ. Развернулся, выхватив липкую от жары ручку чемодана, и размашистой походкой, даже не обернувшись, пошагал в сторону выхода.

Тане с Мирославом лишь оставалось поспевать за ним до машины.

Именно поэтому Андрей не хотел иметь детей, чтобы из-за их капризов не рушились планы. Он был женат пару лет назад и с бывшей пассией у них совпадали взгляды — сначала надо встать на ноги, больше путешествовать и наслаждаться жизнью, потом уже обременять себя детьми. Но брак разрушился в новогоднюю ночь, когда его жена изменила с лучшим другом. Предатели быстро поженились и завели ребенка. Это оставило глубокий след в душе Андрея. Больше он не попадет в эту ловушку под названием «брак».