Читать бесплатно онлайн книгу автора  Ее уже никто не ждал. Чтение для неожесточенных сердец

Елена Кордон

Оглавление

Ее уже никто не ждал

Громким взрывом хлопнула входная дверь. В тишине подъезда раздался звук шагов Ивана. Он убегал от неудавшейся семейной жизни и от плачущей на коврике в прихожей Миры. Десять лет совместного проживания должны были кануть в лету. Он так решил. Мира не хотела его отпускать, но и удерживать не стала. Мирослава посмотрела в зеркало, вытерла слезы, накинула куртку и выскользнула прочь.

В доме было тихо, шумный днем подъезд засыпал, медленно следуя в темную, осеннюю ночь. На улице царила октябрьская прохлада, а ветер гонял по дорожкам последние опавшие листья. Еще немного и ноябрь. Мира вышла на улицу, и отправилась, куда глаза глядят.

Тишину спящего города нарушил не то вой, не то скуление. Девушка двинулась в направлении жалобного плача. Недалеко от магазина, у столба девушка заметила привязанную собаку. Она тихо сидела у дерева и, как бы стесняясь, подвывала. Мира вспомнила, что видела эту псину с утра, неужели она тут до сих пор сидит. Или от неё таким образом избавились.

Собака была беременна и голодна. Увидев девушку, псина не поднялась, а только опустила голову на лапы, из собачьих глаз покатились слезы. Мира попыталась подойти поближе, но не смогла. Собака рычала и кусалась. Девушка села на бордюр поодаль и задумалась.

Вот рядом сидит брошенное кем-то существо. Ни она, ни ее кутята никому не нужны. А Миру муж оставил, потому что за десять лет она не смогла родить ребенка. Как причудливы капризы судьбы. В кармане блямкнул мобильник. «Мегафон» сообщил о ежемесячном списании средств. Мира нашла контактный телефон клиники для животных и позвонила ветеринару, что лечил когда — то ее кошку.

Андрей Леонидович не спал, дежурил и обещал прислать на место знакомого кинолога. Мира просидела рядом с собакой, пока не приехал Пашка — внештатный работник собачьего приюта. Мирослава, наконец, рассмотрела новую знакомую. Это было нечто похожее на таксу, готовое прямо сейчас разродиться, но непонятно чего ждавшее. Сколько собака просидела на улице — одному Богу известно. Паша покормил страдалицу, смог отвязать, а потом взял на руки и бережно положил в машину. По дороге он доставил Миру домой и, проводив до квартиры, направился в собаче-кошачью больницу.

Дома было пусто, но ощущение, что сделано доброе дело, согревало Миру. Она радовалась, что смогла помочь кому-то более несчастному, чем она. В завершении перевела солидную сумму на лечение таксомамы и попросила ветеринара сделать все возможное, чтобы спасти несчастное животное.

Мирославе снился сон. Она шла по берегу моря, а за ней, несмело семеня ножками, топала маленькая девочка лет трех. И как не стремилась Мира взять ее за руку или обнять, не могла дотянуться до ребенка. Мира знала — это ее дочь. Это ангел, которого ей не дано родить.

Будильник не прозвенел, а Мира очнулась от громкого стука в дверь. За окном вечерело — она проспала примерно часов двадцать. На пороге стояла подруга Туся. Ещё со школы Наташка звалась Тусей. Она была круглая, румяная, добрая и привлекала к себе внимание длинными кудрявыми волосами и милейшей детской улыбкой. В свои тридцать шесть она так и не вышла замуж. Детишек не нажила, но сердцем чувствовала, когда Мирославе нужна помощь.

Туся знала все. Едва увидев Миру, поняла — подружка больна. Градусник тревожно показал тридцать восемь и восемь. Туся не спрашивала ни о чем, она просто и уложила подругу спать, напоив горячим молоком с медом. Сама же села рядом в кресло начала читать вслух любимый обеими девушками роман «Унесенные ветром».

Утро разбудило грохотом дверей подъезда и трелью мобильника. Спасенная Мирой собака родила четырех кутят. Мира заплакала. А потом всхлипнула, схватилась за сердце и согнулась. Ни минуты не медля, Туся позвонила в «скорую помощь». Мгновенья стремительно таяли, лицо Миры бледнело, а помощи не было. Туся решительно барабанила в двери соседних квартир. И чудом достучалась до соседа — дальнобойщика Мишки. Он в аккурат только из рейса вернулся. Прочувствовав серьезность ситуации и просканировав глазами Миру, Мишка накинул на майку пухан и, схватив в охапку соседку, мигом домчал ее до соседней больницы, лихо управляя видавшим виды УАЗиком.

В приемном покое внеплановую пациентку долго не хотели принимать. Но Туся не была бы Тусей, если бы «не поставила на уши» весь персонал клиники. Она буквально заставила принять стремительно белеющую подружку.

Врачи диагностировали острую, сердечную недостаточность и ближайшие три недели Мира провела в больнице. Ивану попросила не сообщать о своем местоположении. Ее просьба была выполнена.

Накануне выписки позвонил Андрей Леонидович и сообщил о благополучной судьбе всех спасенных ей кутят. А вот мама завтра отправиться в приют, для нее не нашлось добрых рук. Держать собаку в клинике — возможности больше нет. Ни секунды не сомневаясь, Мира выпалила, что сама заберет собаку, надо только подождать денек.

Никто не пришел встречать Миру из больницы. За несколько дней до выписки Туся принесла зимнюю одежду и обувь. Домашний халат и тапочки для возвращения домой по заснеженному городу не подходили.

Выйдя из больницы Мира долго не могла надышаться морозным воздухом. В голове бурлили идеи, одна чуднее другой. Прогулка по больничному парку пошла ей на пользу. Полчаса в маршрутке и Мирослава переступила порог своего дома. Везде было чисто убрано, в кухне на столе лежала записка:

«С началом новой, зимней жизни», а вокруг сердечки, снежинки и поцелуйчики. «Ну, это же Туся» — подумала Мира и, с жадностью выпила стакан теплого молока с корицей и медом.

В куртке затрещал мобильник. Громкий голос Андрея Леонидовича сообщил, что такса ждет свою новую хозяйку до семнадцати ноль, ноль. Мирослава уже и забыла про обещание забрать собаку, но раздумывать долго не стала. Мигом влезла в пуховик, угги, накинула капюшон и стрелой метнулась в звериный лазарет. Успела. В шестнадцать сорок пять Мирослава стояла на пороге ветеринарного кабинета.

— Пришла, все — таки. А я уж и не ждал, — медленно пропел Андрей Леонидович.

— Ну, пойдем, познакомлю вас!

Они долго шли больничными коридорами, пока не попали в уютный во всех смыслах подвальчик, где в небольших вольерах лежали и сидели пациенты клиники. Последний вольер занимала найденная Мирой таксомама.

Андрей Леонидович церемонно наклонился и сказал:

— Ника, знакомься это твоя новая хозяйка — Мира. И, ты Мира познакомься. Пришлось дать кличку твоей знакомой, надо же было три недели как — то обращаться к пациентке. Береги ее, она почти с того света вернулась. Собака стерилизована, пока не доверчива к людям. Вот тебе поводок и идите с миром. Надеюсь, вы подружитесь. По вопросам воспитания звони Павлу, он мне с ней помогал. Видимо, хлебнула она в жизни горюшка, не верит людям.

Врач замолчал, а Мира взяла дрожащую псину на руки и сказала:

— Пожалуйста, доверяй мне, я тебя не предам.

На улице Мирослава поняла, что Ника мерзнет. Пришлось закутать ее в свою куртку и на такси возвращаться домой.

У Мирославы не было ничего собачьего. Ни корма, ни пальто, ни лежанки для новой жительницы.

Ника несмело пошла осматривать квартиру. Заглянув во все углы, вернулась к хозяйке и села перед ней, положив морду на колени. «Гладь меня» — как бы говорила глазами собачка. Мира гладила и чесала за ушами прильнувшую к ней Нику.

Позвонила Туся, спросила можно ли приехать. Мира попросила по дороге заехать в зоомагазин и купить еды для Ники, а ещё лежанку и поводок. Прежний нужно было вернуть в зообольницу.

Подруга примчалась через час. Как всегда, лицо ее светилось наидобрейшей улыбкой. Просидели за столом за полночь. Все это время Ника крутилась на своей новой лежанке и по очереди подбегала к каждой из девушек. Благодарила, наверное.

Несмотря на уговоры, Наташа уехала домой, а Мира ещё долго сидела за столом на кухне. Ей было над, чем подумать.

Отпуск, продленный из-за больничного, заканчивался через три дня, надо было возвращаться в офис. Коллеги звонили, много накопилось дел, с которыми разобраться могла лишь Мира.

На следующий день, вызвав такси, Мира с Никой поехали за покупками, нужно было купить собачье пальто. Без него никуда. Выбрав обнову по размеру, компаньонки отправились гулять в ближайший парк. В будний день там было пусто и тихо. Ника смело шла на поводке рядом с новой хозяйкой, частенько отвлекаясь от прямого пути по своим собачьим делам.

«Где сейчас Ваня», — думала девушка. Может уже и нашел ей замену.

Вдруг Ника дернула поводок и вырвалась. Мирослава в нерешительности застыла. Не шевелясь, смотрела в след убегающей Нике. Надо было звать, кричать, а она не могла. Как цепями сковало с головы до пят. Язык онемел. Заплакав от бессилия, Мира присела на занесенную снегом лавочку. Вдруг откуда-то с веселым, звонким лаем выбежала Ника. Она скакала и кувыркалась в сугробе, тянула за штанину хозяйку и прыгала на нее, пытаясь достать лицо. Собачье веселье передалось Мире, она шептала обнимая собаку:

— Вернулась умница моя, вернулась хорошая моя. Не бросай меня, пожалуйста. Ты нужна мне сейчас больше, чем я тебе.

Ника послушно влезла в ошейник и бодро зашагала рядом с хозяйкой по направлению к дому.

Три дня прошли в прогулках и играх. Ника оказалась доброй, подвижной собакой. Непонятно откуда она притащила теннисный мяч. После броска тащила его Мире с новой просьбой отправить ее на поиски игрушки.

В понедельник, покормив и выгуляв собаку, Мирослава ушла на работу, а вернувшись, была очень удивлена. В ручке двери торчала записка. А за дверью весело тявкала Ника. Мирослава почему-то побоялась читать письмо, медлила и не могла предположить от кого оно.

Мира медлила с чтением записки. Вдруг там что-то страшное и неприятное. Ее сердце не выдержит очередной беды. Поэтому решено было сначала накормить и выгулять Нику.

Мирослава едва успела открыть дверь, собака кинулась к ней, добродушно скуля. Мира долго гладила и успокаивала животное, опасливо погладывая на нежданное письмо. Все же сначала гулять, а потом может, легче будет принять все плохое, что ее ждет. В хорошее как-то не верилось.

Гуляли долго, погода радовала хрустящим снегом под ногами и легким, приятным морозцем. Было уже девять вечера, когда Мира вернулась домой. Глубоко вздохнув, она развернула записку.

«Мирослава, прекратите мучить животное, собака выла весь день. Мой малыш был лишен дневного сна. Если не примите меры, я буду жаловаться. Ваши соседи»

Девушка не знала, как реагировать. Этого ли она страшилась или ждала весточки от Ивана. Ночью Мира не сомкнула глаз, сон не шел. Решила поговорить с соседями и попросить подождать недельку, пока Ника не привыкнет к новому распорядку жизни.

Утром Мира обошла все квартиры на своей площадке, этажами выше и ниже. Просила немного потерпеть. Люди кивали головами, вроде бы соглашались, но гарантировать никто ничего не мог. Двери открыли не все. К вечеру Мирослава ожидала снова получить «привет» от жителей подъезда.

Вторник, среда и четверг прошли спокойно. А в пятницу в двери оставили пять записок. Одна из них была угрожающего содержания: «Реши проблему с псиной, а то я решу с тобой и с ней. Достала она днем арии выводить».

Мира плакала сидя на коврике в обнимку с Никой, а та лизала ей лицо.

— «Нет — я не отдам собаку никому, я буду бороться и смогу победить», — думала девушка.

Затем набрала номер Павла и описала ситуацию. Пашка не мог ей помочь, так как был в командировке, в другом регионе, но посоветовал позвонить Галине, его коллеге по приюту.

Мира так и сделала. К счастью Галина пообещала приехать на встречу в субботу.

Субботним утром Мира собрала Нику на прогулку. В подъезде ей встретился неприятного вида мужчина. Схватив ее грубо за рукав, спросил:

— Читала?

— Аха, — ответила Мира.

— Усекла, что добром это не кончиться, если не избавишься от этой, — он брезгливо показал пальцем на Нику.

Мирославу колотило так, что она не могла вымолвить ни слова. Вдруг она качнулась и упала прямо мужчине на руки. Она до сих пор не понимает, как это вышло. «Злой» сосед схватил ее, аккуратно положил на ступеньки и, начал хлопать по щекам причитая: «нельзя же так, погорячился я. Эй, очнись». Ника беспомощно бегала рядом, пиная мокрым носом руки хозяйки и подскуливала.

Вскоре около Мирославы собралось целое собрание единодушно решившее, что дают Нике и Мире срок до следующего понедельника, чтобы замолчать или покинуть спокойный до появления таксы подъезд. До этого времени записок писать не будут. Миша — дальнобойщик, тот, что отвез Миру в больницу, твердо стоял на стороне Миры и говорил: «нельзя взять и выбросить в один день живое существо на улицу. А найти добрые, ответственные руки нужно время». Смог таки убедить накинувшихся на нарушителей спокойствия соседей подождать. В знак благодарности Мирослава позже подарила ему красивый, теплый свитер.

Встав на ноги, Мира попрощалась со всеми и медленно ступая, вышла на улицу. Ника, вырвавшаяся из поводка в подъезде, спокойно шла рядом, весело махая хвостом.

Галина оказалась высокой, красивой женщиной с явной военной выправкой, правильно поставленным голосом и речью.

Узнав Мирину историю, поблагодарила:

— Спасибо, что ты ее вообще просто на улицу не выкинула или в приют не сдала. Ну, что ж! Будем работать. Время у тебя есть, даже больше недели.

Получив рекомендации о