Читать бесплатно онлайн книгу автора Удивительные фантастические истории. Коты, роботы и колдуны
Сергей Евгеньевич Тарасов
Удивительные фантастические истории
Коты, роботы и колдуны
Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»
Редактор Сергей Евгеньевич Тарасов
Иллюстратор Сергей Евгеньевич Тарасов
Дизайнер обложки Сергей Евгеньевич Тарасов
Корректор Сергей Евгеньевич Тарасов
Фотограф Сергей Евгеньевич Тарасов
Составитель Сергей Евгеньевич Тарасов
© Сергей Евгеньевич Тарасов, 2026
© Сергей Евгеньевич Тарасов, иллюстрации, 2026
© Сергей Евгеньевич Тарасов, дизайн обложки, 2026
© Сергей Евгеньевич Тарасов, фотографии, 2026
© Сергей Евгеньевич Тарасов, составитель, 2026
Как-то зимой я предложил Кузе стать независимым рыболовом. Что за рыбу он поймал и съел на рыбалке, осталось для меня загадкой, но он вырос до размеров тигра. Кроме того, я расскажу о нашествии галактических тараканов, про поимку райской птицы, а также про тактику и стратегию в разных областях моей жизни. В конце сборника повесть о том, как я уничтожил банк, который был основан нечистой силой и понял, что я являюсь роботом…
Повесть «Крах Звездного банка» была
опубликована отдельной книгой.
ISBN 978-5-0069-0169-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Оглавление
Робинзон Кузя
Огромный пушистый кот встретил меня на пороге и сразу понял, что я иду с рыбалки — от меня так пахло свежей рыбой, раками, креветками и морскими водорослями, что дальше порога я пройти просто не смог: — этому помешал мой кот Кузя, который обвился вокруг моих колен своим хвостом и стал шастать между ног. В конце концов, он так запутался, что завязался в плоский морской узел и стал кричать, чтобы я ему помог развязаться и тогда он сможет продолжить свою торжественную встречу, в результате которой получит несколько рыбешек: — одну, две, а может целый килограмм мойвы, селедки или кильки.
Я скинул одним движением ног с себя валенки с котом и потащил свою необъятную сумку на кухню. Кузя стряхнул с себя валенки и устремился за мной — очень удачливым, по его мнению, рыболовом, который выловил для него массу очень вкусных рыбных деликатесов. Добежав до кухонного стола, он стал шнырять внизу — вокруг ножек стола, табуреток, и пел при этом хвалебные гимны и песни, которые восхваляли меня, талантливого рыбака и улов, который я сумел поймать. Потом, не в силах больше вынести запах мороженой рыбы, он встал на задние лапы и вытянулся вверх.
Его мохнатая, заинтересованная моим уловом морда очутилась на одном уровне со столом и своим наметанным глазом сразу заметила, где лежит сверток с рыбой. К ней сразу потянулась его длинная, костистая лапа, и если бы не мой внимательный, недоверчивый взгляд к Кузиным движениям, то он бы одним своим движением стащил рыбу со стола и тогда все бы пропало — никто, даже тигры с львами и тираннозаврами не смогли бы отобрать у Кузи его законную добычу — сверток с мороженой рыбой.
Моя неподвижная фигура застыла около обеденного стола и оглядывала все продовольственные запасы, которые мне удалось целыми и невредимыми доставить домой. Несмотря на многочисленные атаки на мою сумку больших собак, которые стаями и косяками бежали то передо мной, то сзади, то с одного боку, то с другого, упивались ароматом рыбы и колбасы, облизывались и сглатывали слюну. Отдельные мелкие представители собачьего племени уже пали смертью храбрых, когда не довольствуясь запахами из моей сумки, пытались в нее засунуть свои морды и лапы, чтобы воочию увидеть и потрогать, что это я несу и что это так вкусно пахнет.
Я отбивался от собак и котов валенками, а когда это не помогало, привлек к этому саму сумку — бил собак и котов по их нахальным мордам. Но это тоже не помогало: наоборот, — получив по морде копченой колбасой и свежемороженой рыбой, они только облизывались и бежали следом, в душе мечтая, что вдруг из сумки выскользнет палка колбасы или свежемороженая селедка. Но автобусная остановка, на которую я приехал, была в ста метрах от моего дома, и я сумел доставить домой свой недельный запас еды в полной сохранности. Попав в свой двор, я закрыл калитку, опустился без сил на скамейку, поставил рядом сумку с продуктами и, наконец, закурил трубку.
За воротами собралась голодная собачья стая, а по забору прогуливались коты — все они были недовольны тем, что вкусные запахи исчезли, а взамен их вдруг потянуло самосадом из моей трубки. Ни собаки, ни коты не курили, и, поняв, что им ничего не достанется — ни рыба, ни мясо, начали расходиться. Одна часть отправилась к остановке — проверить на прочность других обладателей колбасы, а коты заняли позицию на многочисленных заборах — старались своими острыми носами определить, где источники аромата выпечки и пельменей, которыми надеялись полакомиться.
Теперь это все лежало грудой на кухонном столе и лишь один нахальный кот Кузя выписывал вокруг него круги и вензеля, шарил своей лапой по краю стола в надежде зацепить свой лапой колбасу или рыбку. Но колбасу и рыбу я отодвинул подальше и коту все время попадались всякие невкусные предметы — ножи, вилки, пустые пластиковые пакеты, чай и соль. Тогда Кузя сменил тактику — он запрыгнул на подоконник и уселся на самом его краю, чтобы видеть кухонный стол и все, что на нем находиться. Он был такой же недоверчивый, как и я — думал, что рыба и колбаса исчезнет в недрах холодильника, а ему достанется лишь слабый аромат, которым, как известно, сыт не будешь.
А я, несмотря на пристальный взгляд кота, продолжал обозревать продукты и размышлял, что с ними делать. Наконец, составив план по их использованию, я начал развязывать многочисленные пакеты и на свет появились батоны, конфеты, соль и сахар, копченая колбаса и яйца, свежемороженая рыба и все остальное. На конфеты и батоны Кузя не обратил ни малейшего внимания. А появление рыбы и колбасы встретил своим восторженным мяу.
Сейчас он смотрел на эти два свертка и не сводил с них глаз: — ему надо было узнать, что будет, когда я до них, наконец, дотронусь и что с ними буду делать: — или, к его несчастью и горькому сожалению, я положу их в холодильник на долгие годы, или начну их разделывать — готовить рыбу и колбасу к его, Кузи, употреблению. Тогда он займет позицию около своей миски и будет готов к приему колбасы и рыбы: — в неограниченном количестве.
Но я не спешил — мне надо было засунуть батон в хлебницу, насыпать сахар и соль в банки, унести на свое место чай и яйца, а лишь потом думать о рыбе и колбасе. Мне было понятно поведение кота и я, в конце концов, решил его наградить рыбой — чтобы он всегда меня встречал с радостью, как и положено встречать добытчика продовольствия. Я, со своей стороны, с радостью встречал Кузю с мышью или воробьем, которые он приносил мне после охоты. Полудохлых воробьев я незаметно отпускал на волю, а мышей хоронил в подвале так, чтобы Кузя не заметил. Он был уверен, что таким образом вносит свою лепту в мой обеденный рацион и чувствовал себя таким благодетелем. Теперь, когда на улице царила зима, в его лапы редко попадали осторожные голодные воробьи с синицами, а мышей на улице не было совсем.
Караулить воробьев около кормушки морозным днем было трудным делом и воробьи ему попадали редко. Но однажды в его лапы попала сорока, которую я с трудом освободил из его когтей. Сорок летала минут сорок по двору, пока не обнаружила в нем дырку и лишь тогда она благополучно вылетела на улицу, — немного помятая и покусанная. Но кот в это событие не верил — гонялся за сорокой все это время и остановился лишь тогда, когда она улетела со двора, уселась на телевизионной антенне и стала рассказывать всем своим подружкам, сорокам и воронам, как она сумела остаться в живых.
Таким образом, мы оба — Кузя и я ходили на охоту и поддерживали друг друга холодной зимой. Поэтому, вспомнив про воробьев и мышей, я, выковыряв пару рыбешек изо льда, положил Кузе их в миску. Кузя, забыв обо всем, начал пиршество. Миска ему показалась маловата и он, выловил мойву из своей миски, положил ее на пол и стал есть. Мойва была очень большой — размером с селедку и ее хватило коту как раз на обед. Со второй рыбиной он начал играть — гонял эту мерзлую рыбу по всех кухне и пока не загнал ее под шкаф, не успокоился.
Места под шкафом было мало, но это Кузю не остановило — по-пластунски он прополз под всем шкафом и поймал, наконец, эту хитрую и быструю мойву. Чтобы она больше от него не бегала, он тут же ее съел и с трудом вылез из-под шкафа. Я наблюдал за его обедом и особенно его рыбной ловлей под кухонным шкафом — мне с трудом верилось, что он вылезет из-под него самостоятельно. Но Кузя проявил волю со смекалкой и задом, как рак, весь взъерошенный и в пыли, вылез на свободу. Теперь он был довольный — сыт и причесанный. Посмотрев на свою пустую миску, он отправился в гостиную — умыться и подремать. Я к нему присоединился, когда рассовал все продовольствие по местам и напился чаю с баранками.
Пока я пил чай, меня посетила одна интересная и дельная мысль. Чтобы ее не забыть, я пошел в гостиную, уселся в кресло и стал рассказывать Кузе, что решил его взять на рыбалку — после того, как лед на пруду растает. Дам ему удочку и пускай добывает пропитание себе сам — все, что он поймает, сразу съест, не обращая на меня никакого внимания. Кузя меня слушал внимательно — мысль о том, что он сможет сам поймать рыбу, а потом ее съесть, показалась ему очень интересной и справедливой.
Я рассказал ему, какие породы рыб можно поймать на удочку на нашем пруду, и какие и
