Читать бесплатно онлайн книгу  Безглась

автор Геннадий Харламов

Оглавление

Я до безумия обожаю личные границы! Это просто какая-то моя настоящая, почти болезненная страсть. Честно говоря, я уже и не помню, откуда вообще это во мне взялось, когда и при каких обстоятельствах проснулась такая вот особенность. Но, знаешь, это и неважно совершенно. Для меня абсолютно не играет роли, о чем именно идёт речь: будь то цена за заказ, которую мне называет мастер, будь то гарантия на товар, купленный в интернете, или срок, отведённый на гарантийное обращение, — во всём этом я чувствую ту самую невидимую, но железную черту.

Одна из моих самых главных, самых святых границ звучит просто: не лезть в личное и в прошлое. Ни в чужое, ни в своё, кстати, тоже. Я сам никогда не лезу в чужую жизнь — меня просто тошнит от мысли, что я могу кого-то потревожить, расспросить о том, о чём меня не просили. И ровно так же я никому не позволю залезать в мою. Вообще ни под каким предлогом. Это как закон: моя территория — мои правила.

Думаешь, что на этом мой рассказ можно заканчивать? Ха! А вот и нет. С этого момента он только начинается. И знаешь что? Пишу я тебе эти строки прямо из леса, где сейчас гуляю, глубоко дышу, наслаждаюсь свежайшим воздухом, смотрю на деревья и чувствую, как голова становится чище. Если ты вдруг ждёшь, что в моём рассказе будет расписана вся моя жизнь по полочкам: мол, родился, потом рос, потом учился, потом женился и всякая прочая мерзость в этом духе, — то можешь прямо сейчас взять эту книгу и сжечь её к чертям собачьим. Серьёзно. Прямо на этом моменте. Дальше даже не читай, не трать время.

Но если ты всё же действительно хочешь узнать мою историю — а она, поверь, перевернула моё представление обо всём на свете с ног на голову, то тогда постарайся не просто пробежаться глазами, а реально вникнуть и вдуматься в каждую строчку. Смотри в оба. Возможно, ты заметишь какие-то странные вещи гораздо раньше, чем их заметил я. А я, как дурак, долго не понимал, что к чему.

Глава 1. Не в ресурсе

Вернемся на несколько месяцев назад, именно туда, где всё это безумие впервые и началось. Тогда я еще жил в большом городе — ну, знаешь, таком типичном мегаполисе, где с утра до ночи стоит сплошной гул: шум машин, бесконечные очереди в метро, пробки на каждом перекрестке, вечная суета, от которой голова идет кругом. Но вот что смешно — для меня вся эта жизнь давно превратилась просто в красивую картинку за окном. Я смотрел на нее, как на немое кино, потому что сам в этом котле почти не варился. Моим мирком была крошечная студия в спальном районе, которую я снимал уже около десяти лет у одной очень милой пожилой пары. Они когда-то купили эту квартиру как инвестицию. Просто вложили деньги и забыли. За все время они наведались ко мне всего два раза, а последние лет пять и вовсе обитали где-то на юге, у самого моря, и, судя по всему, прекрасно там жили без лишних хлопот. Я, со своей стороны, всегда платил вовремя, ни разу не задерживал, не шумел, не устраивал пьянок, не приводил толп гостей. А они, в свою очередь, никогда не врывались сюда как к себе домой с проверками или внезапными визитами. Одним словом — всех всё более чем устраивало. Тишина, покой и полное уважение к чужим границам.

Когда я только переехал в эту квартиру, она была почти пустой. Голые стены, минимум всего. И знаешь, что самое забавное? За все эти годы я почти ничего здесь не поменял. Совсем ничего. Любовь к минимализму брала свое, хотя, если честно, сейчас я уже понимаю, что это была не столько любовь, сколько удобное оправдание. Именно так я оправдывал перед самим собой свое полное нежелание покупать что-то лишнее, ненужное, зачем-то занимающее место. Всю мою мебель и технику можно было запросто уместить в одну короткую строчку. Вот она, слушай: холодильник, настольная плитка, микроволновка, стол, стул, диван. Всё! Да, именно всё. Больше ничего. Ах да! Чуть не забыл, есть еще кое-что. Самое главное, без чего я бы просто не выжил — это комфорт для работы. Я говорю о кондиционере и плотных шторах. Таких, знаешь, тяжелых, светонепроницаемых. По щелчку они превращали мою небольшую студию в абсолютный мрак. Темнота, тишина и прохлада — вот моя стихия.

Работал я из дома, сам на себя. Никакого начальства, никаких «приходи к девяти», никаких душных офисов. Просто брал заказы, выполнял их и получал оплату. Что именно за заказы — не скажу, не забывай, личные границы! У нас же договоренность. От себя добавлю только одно: всё абсолютно законно, но до ужаса скучно и монотонно. Такая себе рутина, от которой у нормального человека через неделю глаза бы на лоб полезли. Но знаешь, чего у меня не отнять, так это лени. Да, я ленив, и лень эта с каждым годом становилась всё гуще и тяжелее. Работай я на износ, паши как проклятый, я бы уже пару лет как жил в своей собственной квартире или даже доме — без съема, без аренды, сам себе хозяин. А так… я делал ровно минимум, лишь бы закрыть свои базовые потребности. А именно: оплата аренды, коммунальные услуги, интернет и еда. Последнее, кстати, я заказывал исключительно в уже готовом виде. Готовить самому? Боже упаси. Даже чайник включить было лень, не то что суп варить.

И вот так, шаг за шагом, последние лет пять я пребывал исключительно в аморфном состоянии. Это как быть медузой, которую просто носит течением. Мне было лень всё. Серьёзно, абсолютно всё. Лень готовить, лень убирать — у меня даже пыль накопилась какая-то эпическая, слоями лежала. Даже из дома выходить было лень. Хоть убейте меня прямо сейчас, хоть пытайте — я честно не помню, когда последний раз выходил куда-нибудь дальше собственной входной двери. Да что там далеко ходить — даже мусор в контейнер около подъезда выносили курьеры, и то за отдельные чаевые. Кто-то из них, конечно, отказывался, крутил пальцем у виска, но большинство соглашались — пара лишних рублей никому не помешала. Именно в таком ключе и шла моя жизнь, как по накатанной колее. Проснусь ближе к обеду, закажу доставку сразу на весь день, чтобы больше не отвлекаться, позавтракаю, поработаю пару часов, не больше, потому что больше я просто физически не мог заставить себя, а потом… а потом я смотрел сериалы. Часами. Сутками. Я смотрел их так много и так подряд, что в какой-то момент мне даже начало казаться, будто сценаристы всего мира просто не успевают выпускать новые серии за моей скоростью просмотра.

Но кроме лени, меня преследовало еще одно отвратительное, липкое, как смола, чувство — скука. Самым обидным было то, что я никак не мог разорвать этот порочный круг. Ты даже не представляешь, как это бесило меня изнутри. Это было похоже на беговую дорожку вокруг огромного футбольного поля. Сколько ни беги, как ни собирайся с мыслями, как ни плюй себе под ноги от злости — всё равно начинается новый круг. И следующий. И еще один. И конца этому нет.

Знаешь, в чём самая большая проблема аморфного состояния? Оно кажется уютным. Как старое, просиженное кресло, в котором уже образовалась яма точно по форме твоей спины. Ты лежишь в этой яме, и тебе как будто бы хорошо. Свежо, темно, шторы задёрнуты, кондиционер жужжит свою бесконечную колыбельную. Но в какой-то момент ты понимаешь, что кресло — это на самом деле болото. И оно засасывает. Медленно, но верно.

Это понимание пришло ко мне не в какой-то великий момент озарения. Нет. Всё оказалось гораздо глупее и банальнее. Я как обычно сидел в своей студии, ковырял остатки риса с курицей из очередного контейнера для доставки и смотрел в монитор. На экране шёл какой-то сериал — уже даже не помню какой, потому что они слились для меня в один бесконечный, бессмысленный поток лиц и диалогов. И вдруг меня накрыло. Знаешь это чувство, когда стены начинают подъезжать к тебе? Медленно так, незаметно, сантиметр за сантиметром. Я вскочил с дивана — ну как вскочил, скорее сполз и оттолкнулся — и понял, что если я прямо сейчас не выйду на улицу, то просто задохнусь в этой коробке из гипсокартона.

Я стоял посреди комнаты, хлопал глазами и пытался сообразить, где вообще лежит моя уличная обувь. Честно? Я не был уверен, что она у меня есть. Кроссовки, которые я носил, когда переезжал, наверное, покрылись слоем пыли где-то в углу прихожей. Я нашёл их. Серые, запылённые, с какими-то подозрительными разводами. Обулся. На мне были домашние штаны и растянутая футболка, которую я не менял уже дня три. Но мне было плевать. Главное — вырваться. Я открыл дверь. Шагнул на лестничную клетку. И вот тут, если честно, меня чуть не вырубило. Не от запахов, нет, подъезд у нас был вполне себе обычный, пыльный, но терпимый. Просто само ощущение того, что я за порогом. Что там нет этих привычных стен моей норы. Я постоял секунд тридцать, прислушиваясь к себе. Сердце колотилось как бешеное. Ладони стали влажными. Пошёл. Сначала медленно, осторожно, будто наступал на минное поле. Каждый шаг давался с трудом. Я спустился на лифте — дождался его целую вечность, хотя обычно он приезжает быстро, просто я забыл, как это — стоять и ждать. Вышел из подъезда. Улица встретила меня ослепительным светом — даже через плотные тучи он казался мне лазером, бьющим прямо в сетчатку. Я зажмурился, постоял с закрытыми глазами, как идиот, потом проморгался и сделал первый шаг по асфальту.

До метро я решил не ехать. Во-первых, метро — это ад для человека, который полгода не видел больше двух людей одновременно. А во-вторых, я хотел пройтись. Хотя бы немного. Хотя бы пару кварталов. Но знаешь, что я понял уже через пять минут? Город — это громко. Очень громко. Я как будто забыл, что там, за моими плотными шторами, есть звуки. Машины сигналят, где-то орет сигнализация, из открытого окна несётся музыка — какая-то попсовая дребедень, мимо бегут люди в наушниках, не глядя по сторонам, ребёнок орёт во дворе так, будто его режут, а мамаша на него шипит. Я шёл, втянув голову в плечи, и чувствовал себя героем фильма ужасов, который вышел на финальную битву, но забыл оружие дома.

Людей становилось всё больше. Я повернул к центру — зачем? Сам не знаю. Наверное, привычка. Когда-то, очень давно, в другой жизни, я любил просто бродить по центральным улицам, смотреть на старую архитектуру, заходить в крошечные кофейни, где пахнет корицей и зёрнами. Мне казалось, что я смогу испытать что-то похожее сейчас. Я ошибался.

Чем ближе к центру, тем плотнее становилась толпа. Люди текли мимо меня сплошным, неумолимым потоком. Я пытался встроиться в него, но у меня ничего не получалось. Я шёл либо слишком медленно, и меня обгоняли со всех сторон, либо слишком быстро, и я натыкался на чьи-то спины, локти, сум