С самого детства у меня были какие-то музыкальные инструменты, то труба, которой я выбила себе зуб, кстати говоря, то губная гармошка, классическая гармонь, даже из подручных средств: кастрюли, крышки, ведра удавалось соорудить барабанную установку и от души постучать по ней ложками, пока никого не было дома. Всегда хотелось иметь гитару, сколько себя помню, всегда. Но вот с гитарой как-то ничего не получалось, увы.… Хотя иногда, я находила деревяшку, прибивала к ней гвозди и натягивала медную проволоку, как струны и типа это была моя гитара. И, всё-таки, по большому счёту, музыка меня мало интересовала в то время. Еще с малолетства лет с четырех — пяти я начала заниматься футболом, у меня всё получалось и самое важное — очень нравилось заниматься именно этим. Мы с ребятами каждый день собирались на поляне за домом и гоняли мяч. Зимой играли в хоккей. Нас не пугали лужи по колена или холод -35С. Мы с мальчишками сами мастерили ворота из найденных веток и столбов, сеток, как могли, делали песком разметку на поле. Как самый старший человек в нашей компании, конечно же, я брала на себя командование. Мне нравилось руководить всем этим процессом и младшими братьями.
Я постоянно отиралась у дедушки с бабушкой. Они жили на окраине города. Там же жили и все остальные члены «бригады».
Компанию нашу правильнее было бы назвать компашкой, в ней было человек шесть от силы. Самые главные там были я и мои братья — Мишка, Димка и Артём. Еще два человека присоединялись к нам, чтобы просто поиграть в футбол. Чаще всего мы везде гонялись с Мишкой, мой младший двоюродный брат. С ним отрабатывали, какие-то приемы, удары, выдумывали всякие соревнования. В общем-то, обычная развесёлая детская жизнь. Нам было круто, ни забот, ни хлопот, только забегай на покушать, когда тебя кричит бабушка или дедушка. Мне так точно было дозволено всё.
Помимо футбола, летом мы гоняли на рыбалку. С вечера накопаешь червей, приготовишь всё необходимое, и с самого раннего утречка прыгаешь на велосипеды, и в путь дорожку. Приедешь, разложишься, обязательно нужно было слопать всё, что брали с собой на перекус и только тогда можно начинать ловить рыбу. Посидишь часок, помучаешься, леска постоянно путается, с братом ругаемся, в конце концов, плюнешь на всё и домой покатишь. В общем, рыбалку мы любили, хоть ничего и не получалось. В этом был какой-то особый кайф, нам казалось, что мы целиком и полностью самостоятельные. И природа, конечно, притягивала. Лес, речка, птицы поют, красота же ведь! А все эти поломанные удочки, порванные лески, потерянные крючки и полученные затем люли от дяди Лёши, не имели для нас значения. Всё по барабану было. Лет, наверно, до двенадцати так продолжалось. А потом всё резко изменилось. Сначала не стало бабушки, затем «ушёл» дедушка. Я стала понимать, что там меня больно никто не ждёт. Стала реже приезжать в гости к ребятам. Со временем наша айдабанда распалась. Хотя мы и общались хорошо, но что-то изменилось тогда, может немного повзрослели.
Пятый класс, новая школа, новые знакомые. В школе первую неделю шла адаптация. А потом понеслось. Нос выше лба, пусть кто попробует только тронет, мигом отхватит! А если не справлюсь, то старший брат поможет. Были попытки различных разборок со школьными быдлами, но ничего такого серьёзного. Не знаю почему, но меня боялись.
