Читать бесплатно онлайн книгу  Падение Пантеона

автор Алан Ксандер

Оглавление

Пролог. Между долгом и пророчеством

Аргос ещё стоял. Его стены отражали тревожный свет факелов, ловили глухой стук сапог и шёпот людей, которые всё чаще смотрели не на небо, а на ворота. Война с Тёмной Ордой перестала быть далёкой угрозой — она уже дышала у дорог, сжигая сёла и подступая к сердцу Союзных Королевств.

Магнус, Фэрон, Ямалор — три столпа надежды Катрин — рушились один за другим, увлекая за собой прежний порядок. На их обломках оставался Атрэй. Ещё недавно юный центурион, слишком честный для великой судьбы, теперь он носил титулы генерала и Избранного, хотя сам до конца в них не верил.

Катрин верила. Не только в его Свет, пробудившийся вопреки законам мироздания, но и в опасность её собственной гибели от его руки. В то, что однажды этот юноша посмотрит на неё не как на символ или пророчество, а как на женщину. Именно поэтому ей следовало держаться от него дальше.

Древние слова, которые она прятала даже от себя, гласили: если Атрэй действительно тот, кого ждали, он должен будет выйти против неё. Мир жаждал этого поединка, веря, что одолев Хранительницу Тени, спаситель сокрушит Темную Орду. Никто из них не знал страшной цены этой схватки: они молились о триумфе героя, не понимая, что ради спасения мира ему придется вонзить клинок в единственное существо, удерживающее реальность от полного распада. Грань между надеждой и проклятием пролегала по лезвию его меча.

Атрэй видел лишь её силу и скрытую печаль, тянулся к ней, чувствуя, как трещит броня вокруг её сердца. Он боялся не власти и не недостойности. Больше всего он боялся исполнить пророчество, суть которого оставалась для него тайной.

Но Катрин знала финал с самого начала и намеренно подталкивала Атрэя к нему. Понимая, что однажды настанет момент когда он придёт к осознанию своего долга и исполнит пророчество. Словно кузнец, каждым ударом своего молота она ковала клинок, которой должен был её же потом и убить, и при этом она надеялась, что у хозяина клинка не дрогнет рука.

Она всегда стояла перед тяжким выбором, где любой путь вёл к утрате: выбрать Аргос — значит потерять его; выбрать его — значит проиграть войну. Пока смерть ходила за плечом Избранного, а предатели проникли в самое сердце столицы, неумолимо приближался момент последнего выбора. Между любовью и долгом. Между желанием быть рядом — и истиной о том, что именно он должен поднять против неё свой клинок.

Я Эра, что дало начало самому времени

ещё до существования жизни.

Я Свет, что развеял первородную тьму

и создал великие Тени.

Я Истина, что влечет за познанием великие умы,

но всегда ускользает словно солнечный луч на закате.

Я всюду и Я нигде, ибо являюсь частью вселенной

которую создал, но ещё сам не познал.

Я разорван на части и Я един, ибо я неделимое целое

что разбросано звёздами во вселенной.

Я первый и единственный, ибо Я Эос.

Глава 1. Испуганный ребёнок со взглядом змеи

— Элси… Элси. Элсибет! Проснись, ты опоздаешь! — скрипучий старческий голос вырвал её из приятного забвенья заставляя вернуться в уставшее тело.

— Не называй меня так … — не открывая глаз девушка плавно потянулась выгнув спину и скривившись отболи, всё тело ныло словно порицая её за то, что она уснула на тёплом камне. — никогда не называй меня так, никто не должен услышать.

Элсибет открыла зелёные глаза цвета молодой листвы и посмотрела на однорукого старца в упор взглядом, готовым к броску, змеи. Её красивое загорелое лицо с выразительными чертами мгновенно переменилось отражая её внутреннюю силу и решительность. Теперь она была собранна и сосредоточенна и, как водится в такие моменты, не терпела возражений.

— Ты опоздаешь Элси … — старик вовремя осёкся под суровым натиском пары зелёных глаз и продолжил уже более кротко. — шествие уже началось, а ты до сих пор безоружна. Почему ты не встретилась с агентом в условленом месте?

— Пустая трата времени, к тому же проносить оружие сейчас очень опасно, город очень хорошо подготовили и оцепили. — девушка поднялась с каменного пола и отряхнула подол длинного дорожного плаща.

Элсибет осмотрела себя приводя в порядок и оценивая свой внешний вид. Её светлые волнистые волосы, частично скрытые под капюшоном, мягко струились покачиваясь на тёплом ветру. Она поправила капюшон отведя его край на верхнюю часть головы освободив при этом лицо — никто не должен подумать, что она скрывается под капюшоном.

Стройную и изящную фигуру, подчёркнутую мускулистой грацией пришлось скрыть под длинным, дорожным плащом. Слишком сильно она намекает на физическую подготовку и боевые навыки которыми женщина не должна обладать.

— Но тогда, как ты выполнишь свое задание? — не унимался старик рассматривая Элсибет со всех сторон.

— С ума сошёл? Какой ассасин раскрывает свои секреты? — Элси пристально посмотрела на старого калеку и добавила уже более мягко и вежливо. — Чем меньше ты знаешь Мелихор, тем меньше к тебе вопросов.

Мелихор проводил её взглядом опираясь о короткий посох единственной рукой и только когда она скрылась из виду произнес едва слышно словно боясь, что она может услышать.

— Стало быть это твоё последнее задание Элсибет, если ты больше не можешь брать в руки оружие, значит ходить среди живых тебе осталось совсем не долго.

Элсибет направилась в сторону центральной площади обдумывая детали и условия задания. Она согласилась на него не раздумывая ни минуты, хоть и почуяла что-то неладное. Оно должно было стать её посвящением дающим право войти в Лигу Теней храма ассасинов, но вместо этого ей досталось задание по устранению старого Ман’Тула в центре города, во время одного из самых громких празднований в году. Он уже передал всю свою власть старшему сыну и носил этот титул только номинально, но он правил кочевыми народами более тридцати лет, что по меркам кочевников очень долго и поэтому старого Ман’Тула уважали все народы Кармаринской империи и даже кочевые Сарты.

Если она выполнит это задание, то на неё объявят охоту кочевые племена и отвернутся все гильдии Сартов. Как правило такие ассасины храму больше не нужны и они ссылают их на войну ликвидировать вражеских офицеров, там они долго не живут. Обычно, такое происходит только с опытными ассасинами которые успели набраться опыта и нажить себе уйму врагов внутри империи, но давая такое задание непосвященному ассасину, старейшины Лиги Теней ставили крест на её карьере не успев толком использовать её.

В случае если она провалит задание её убьёт либо стража Ман’Тула либо другие ассасины дабы оборвать след, ведущий к храму. Оставался третий путь, она могла сбежать и податься Сартам, они охотно принимали таких и даже помогали им прятаться, но такая жизнь убивала все её амбиции.

Она уже почти дошла до площади двигаясь по широкой улице в окружении толпы со всех сторон. Всё её тело, как идеально настроенный механизм, действовало без её участия. Элси удивлённо озиралась по сторонам улыбаясь, удивлённо раскрывая глаза и прикрывая ладонью рот при виде жонглёров и акробатов словно ребёнок. Она была ещё очень молода и должна была, как и все юные девушки вышедшие на улицы столицы Кармаринской империи Ульнас-Айр, удивляться и радоваться пышному празднику Золотой Осени.

Но мысли Элсибет были заняты совершенно другим. Возможно, если бы она жила иную жизнь и не стремилась стать ассасином обеспечив свою безопасность, она бы тоже искренне радовалась пышному празднеству, но сейчас она только изображала удивление и радость, думая только о предстоящем задании не замечая красоты вокруг.

Расположенная среди холмов и оливковых рощ, столица утопала в ярких осенних красках играя взрывами красных, жёлтых и оранжевых листьев. Дома и улицы окутанные мягким светом осеннего солнца пестрили яркими цветами и декоративными кустарниками, а мощёные камнем улицы купались в золоте и багрянце. Листья платанов и клёнов, тронутые первыми холодами, опадая на мостовые устилали их пёстрым ковром.

В этот период город живёт праздником. На агоре собирались горожане в ярких хитонах и гиматиях, и громко обсуждали богатый урожай и сытую предстоящую зиму. Воздух наполняли ароматы свежего вина, жареного мяса, пряных трав и цветов, которыми украшены портики и статуи прежних правителей. Флейты и кифары выводили мелодии, под которые кружились в танце юноши и девушки, а дети с восторгом ловили падающие листья.

Вдоль улиц протянулись гирлянды из виноградных лоз и плюща, а на каждом углу стояли жертвенники, украшенные осенними плодами: гранатами, яблоками и гроздьями винограда в знак благодарности о благополучии и щедром урожае. Повсюду слышался смех, песни, звон кубков и благодарность богам. Празднество Золотой Осени продлится целую неделю, за это время в столицу словно реками стекутся паломники со всех степей чтобы поприветствовать правителя и вкусить богатых яств и плодов.

В эти дни город как будто забывал все беды и войны, он существовал вне времени и событий живя своей, отдельной жизнью. Пускай глухой и слепой к чужим страданиям, но красивой, праздной и безмятежной.

Солнце медленно опустилось за горизонт, окрашивая стены домов в розовые и медовые тона и город утонул в тёплом сиянии. Наступала волшебная пора когда ночь, ещё не до конца вступила в свои права вытесняя последние солнечные лучи и окрашивая небосвод в красно-синий градиент.

Элсибет приняла кубок с молодым, сладким вином из рук высокого, грузного мужчины средних лет и сделала небольшой глоток. Она скривилась плотно сжав губы и тут же засмеялась уворачиваясь от поцелуя. Изрядно пьяный мужчина, счёл её поведение заигрыванием и предложил обняться в честь празднования Золотой Осени, но юркая девушка ловко нырнула ему под руку и смешалась с толпой.

— Ой, иссвени-йте меня пжа-алуйста я та-ак виноа-ата. — заплетающимся языком промурлыкала Элси прильнув к груди командира ночной стражи ведущего за собой десяток солдат и окатила его вином.

Молодой, но суровый десятник в потрёпанной и тусклой кольчуге прижал девушку к себе одной рукой, а другой грубо запрокинул ей голову всматриваясь в лицо. Она вскрикнула от испуга выдыхая аромат терпкого вина ему прямо в лицо и покорно застыла уставившись парой изумрудно-зелёных глаз. Десятник принялся грубо и бесцеремонно ощупывать девушку похлопывая по спине, бокам и животу он постепенно спускался ниже пока она не вскрикнула отбросив в сторону кубок.

Проходившие мимо люди остановились и стали сбиваться в толпу наблюдая как грубый мужлан под пристальным взглядом десятка солдат обыскивает пьяную девушку. Всё это время Элси стояла прижав к груди руки и зажмурив глаза, по её упругим, загорелым щекам стекали блестящие слёзы падая на гладкие камни мостовой, но она не смела перечить или сопротивляться.

— Что солдатик, девчонка приглянулась? Так ты угости её вином и поведай о своих подвигах, она и влюбится! — раздался пьяный голос грузного мужчины угостившего её вином.

— Куда ему, какие могут быть подвиги в городском дозоре? — подхватил женский пьяный голос с задних рядов.

— И то верно! В городе остались отпрыски богатеньких, они поди даже не знают с какой стороны за меч браться а как с девушкой обращаться и подавно! — подхватил знакомый старческий голос и толпа ответила гвалтом хохота и улюлюканий.

— А ты выйди из толпы и я покажу тебе с какой стороны браться за меч! — сквозь зубы процедил десятник выхватывая кривую саблю и потрясая ею перед толпой.

— Слава! Слава, доблестной страже, спасителям Ульнас-Айр! — не унимался старик в задних рядах.

— Слава! Слава, доблестной страже!!! — подхватила пьяная толпа выплескивая вино из кубков под ноги городской стражи.

— И от кого же вы спасли Ульнас-Айр? Отвечай арбан. — прозвучал приятный бархатистый мужской голос.

Элсибет открыла глаза и увидела высокого мужчину средних лет в сопровождении полусотни молодых и статных кочевых воинов. Его обветренное и загорелое лицо прочертило несколько боевых шрамов и морщин, но глаза по-прежнему хищно блестели. Такие как он не привыкли упускать добычу, даже если она им не нужна, но привыкли брать то, что другие не хотели отдавать.

Это был аргулловский нойон — тысячник. По его внешнему виду, манере речи и взгляду был виден неприкрытый опыт и авторитет. Нойон не кричал и не проявлял признаков злости или презрения, но одним своим присутствием показывал насколько высоки его статус и власть. Стоящие за его спиной воины представляли собой элиту войска, в подчинении каждого из них стояла по меньшей мере сотня, но и сами они были очень опасны как в бою, так и на улицах города. Нукеры — телохранители Ман’Тула или нойонов. Родится нукером или получить титул по наследству было нельзя, но получив его аргулл становился феодалом без постоянных земель. Каждый из них был одет в длинный кожаный халат с красными узорами и прихваченный поясом. Из вооружения, короткие тугие луки с тяжёлыми толстыми стрелами, сабли и длинные прямые кинжалы, но и этого было более чем достаточно чтобы справиться с любым противником.

С виду нойон был одет в очень просто, плотный шёлковый халат обхваченный широким поясом с позолоченными бляшками и украшенный вышитыми золотыми узорами на груди. Обувь с первого взгляда тоже была непримечательной, обычные кожаные сапоги с закруглённым вверх носами, и только шапка выдавала титул и влияние своего хозяина. Основу остроконечной шапки составлял тёмно-синий бархат опоясанный по краю широкой полосой соболиного меха, мягкого и блестящего, как ночь. На навершии шапки, там где у обычных воинов мог быть лишь пучок волос или простая кисточка, у нойона возвышалась миниатюрная голова хищной птицы. Его бороды и усов уже коснулась седина, но нойон был всё ещё крепок телом и духом, и смотрел на мир с вызовом.

От волнения у Элсибет перехватило дыхание а слёзы заполнили глаза мешая ясно видеть происходящее. Арбан, или по другому говоря десятник, поспешил вернуть саблю в ножны и склонил голову прижав шапку к груди.

— Она окатила меня своим пойлом и преградила дорогу моему патрулю. — насколько мог сдержанно сказал арбан не поднимая головы.

— И ты решил оставить свой патруль чтобы обыскать её? — нойон подошёл к Элсибет и лёгким движением вытер её слёзы тыльной стороной ладони.

— Великий нойон, эта женщина проявила неуважение к Орде, возможно она имеет злой умысел! — арбан как мог старался оправдать своё поведение напустив побольше тумана, но опытный нойон не поддавался на его провокации.

— Да она же ещё ребёнок, просто испуганный ребёнок вкусивший молодого вина в первый раз. — нойон по отцовски, успокаивая погладил Элсибет по голове и повернулся к арбану.

— Да великий нойон, всего лишь ребёнок. — смиренно повторил десятник ещё сильнее сжимая шапку в руке.

— Так пусть идёт куда шла, а ты возвращайся к службе. Празднество в самом разгаре, ты нужен на улицах города. Люди должны видеть, что мы их защищаем. — нойон уже собирался опустить руку как вдруг его что-то заинтересовало на голове Элсибет.

— Да великий нойон. Разрешите идти? — нойон коротко кивнул ему в ответ и снова обратил своё внимание на девушку.

— Спасибо, — едва дрожащим голосом выдавила из себя Элсибет.

— Молодое вино очень быстро бьёт в голову, но потом также быстро отпускает оставляя воспоминание лёгкости и веселья. Оно даёт ложное чувство свободы когда ты можешь сделать или сказать то, что никогда бы не сделала и не сказала, — нойон снова провёл рукой по её голове бережно беря в ладонь локон светлых волос. — но не стоит поддаваться соблазну этой свободы и путать её со вседозволенностью.

— Я никогда больше не буду пить вино. — часто закивала девушка.

— Даже на своей свадьбе? — усмехнулся нойон и по рядам нукеров пробежал лёгкий смешок. — Меня зовут Каган Мунх, я нойон Великой Орды.

— Элси … — скромно ответила девушка и опустила голову.

— Элси… и всё? — Каган выжидающе смотрел девушке прямо в глаза в ожидании продолжения, но она только часто кивала. — Мне и моим нукерам выпала честь сопровождать прежнего Ман’Тула в его шествии по городу на открытии празднования Золотой Осени. Идём, я не хочу опоздать.

Каган приподнял и немного вытянул в её сторону левый локоть и Элси поспешила ухватиться за него обеими руками. Нойон не приказывал, не требовал, но и не предлагал, он просто говорил, что нужно делать и люди ему подчинялись. Он накрыл её руки своей правой ладонью давая понять, что он принимает её компанию и они отправились дальше, к городской площади.

Люди кланялись им ещё долго держав опущенной голову после их ухода и провожали их взглядом. Не каждый день можно увидеть нойона на улицах города в сопровождении полусотни элитных нукеров, но в этот раз больше всего их внимание привлекла молодая девушка со столь редкими в этих землях светлыми волосами.

Ведущая к городской площади широкая мостовая оказалась заполненной толпой собравшихся зевак. Люди из задних рядов выглядывали приподнимаясь на носочках чтобы рассмотреть, что происходит впереди не замечая колонну нукеров во главе нойона.

— Джебе, — спокойно произнёс нойон и в ту же секунду перед ним появился высокий мужчина с длинной чёрной бородой и волосами. — разгони толпу.

— Слушаюсь, великий нойон. — коротко ответил нукер и опустил голову.

Взяв с собой ещё несколько товарищей Джебе быстро растолкал собравшихся зевак. Обернувшись назад и увидев, кому они преградили дорогу часть людей поспешила разойтись и уступить дорогу, но другая часть осталась неподвижна.

Когда толпа разошлась по краям мостовой прижавшись к стенам домов глаза Кагана хищно свернули увидев кто остался на мостовой. Заблокировав выход на главную городскую площадь, сплошной чёрной стеной стояла группа мужчин в длинных, чёрных кафтанах. На головах каждого были надеты высокие цилиндрические горлатные шапки из короткого меха украшенные длинным сине-зелёным пером идущим вверх от основания у лба.

— Ган Цэрэн, твои войны столь статны и высоки, что за их стеной не видно твоего лика. — наигранно доброжелательно произнёс Каган.

— Каган Мунх, поступь твоих солдат столь скромна и неслышна, что не потревожит даже спящую кобру. — раздался скрипучий голос и из-за спин воинов вышел пожилой тучный мужчина с большим круглым животом тянущимся от самого подбородка.

Он тоже был нойоном, но другим, не таким как Каган. Ассасины презирали и ценили таких как Ган Цэрэн одновременно. С одной стороны они не были умелыми воинами и ничего из себя не представляли в бою, но с другой стороны была их неутолимая жажда наживы. Храм ассасинов не всегда прибегал к физическому устранению неудобных фигур. Они могли запугивать, шантажировать, но начинали всегда с подкупа, и такие как Ган особо охотно на это шли. Зачем обострять конфликт если можно договориться, особенно если обе стороны только выиграют от этого? Никакой принципиальности или морали, только холодный расчёт и правильно преподнесённая цена.

Но такие как Каган ненавидели одинаково сильно и ассасинов и продажных нойонов. Последние могли торговать с кем угодно и чем угодно даже в ущерб своему собственному народу. Единственное, что их могло остановить это страх перед Ман’Тулом, его они не посмеют предать никогда ибо он единственный, кто может лишить их всего.

Ган вышел из-за спин своих воинов и Каган выступил ему навстречу. Элсибет хотела было отпустить руку нойона, но он лишь сильнее сжал свою ладонь лежащую поверх её рук.

— Какой у тебя богатый эскорт, добрая полсотни нукеров и все известны своей отвагой и силой! А вот её я что-то не припомню, неужто взял девочку за красивые глазки, да ещё и вцепился в неё так крепко. — Ган окинул взглядом нукеров за спиной Кагана и остановил свой взгляд на девушке.

Он смотрел на неё неприлично долго с нескрываемым интересом словно оценивая вещь на базаре и от этого взгляда Элсибет крепче сжала руку Кагана прижимаясь к его плечу.

— Полно, полно тебе Ган, не стоит скромничать ведь твой эскорт намного богаче. Ты только посмотри какие красавцы! Статные, поджарые, как на подбор все одного роста и возраста, а как одеты … — Каган вальяжно шагал вдоль выстроившихся нукеров Цэрэна снисходительно разглядывая так называемую элиту.

Для обычных людей между нукерами обоих нойонов не было разницы, но знающие люди понимали. Занять место нукера в тысяче Кагана было настоящим событием и званием одновременно, и этого звания больше никто не мог отнять. Его нукеры являли собой настоящую силу и могли голыми руками расправиться практически с любым противником, в то время как элита Цэрэна больше была похожа золотую молодёжь прожившую всю жизнь в городе не видя степи. Таким как они самим требовалась охрана и Каган это прекрасно знал. Он смаковал каждый свой шаг, заглядывая в глаза каждому нукеру Цэрэна и видя как они опускают глаза не в силах выдержать вызов с которым он на них смотрел.

— Пришёл посмотреть на шествие Ман’Тула? Боюсь тебе будет плохо видно из-за спин моих воинов. — скрипучим голосом процедил Ган видя как опустили глаза его нукеры.

— Ах если бы друг мой. Я бы и рад понаблюдать за шествием со стороны подобно тебе, но Ман’Тул доверил мне вести шествие в этом году. — весело ответил Каган не поворачиваясь к Цэрэну и продолжая вышагивать вдоль его нукеров.

— Ох, вот так досада. Боюсь ты не сможешь вести шествие в этом году …, — Ган даже не скрывал своего азарта потирая ладони. — видишь ли, мне выпала скромная честь обеспечивать порядок на этой мостовой и никого не пускать на площадь.

— Не переживай старый друг, я пройду так, что к тебе и твоим… птенцам не будет претензий. — Каган с любопытством рассматривал перья на горлатных шапках стоящих перед ним нойонов по-прежнему не обращая внимания на Гана. Она даже позволил себе, с любопытством, прикоснуться и погладить перо на голове одного из самых молодых нукеров.

— Как это? — выпалил Цэрэн сжав руки в кулаки.

— Кто посмеет осудить тебя за то, что твои нукеры не смогли остановить Степных Соколов Мунха? — Каган остановился и посмотрел на одного из нукеров Гана тяжёлым взглядом от которого молодой воин дрогнул и опустил голову.

— Неужели ты обратишь оружие против своих собратьев? — с некоторой тревогой спросил Цэрэн.

— Ну что ты? — зло процедил сквозь зубы Каган. — Оружие не потребуется, мои люди легко справятся голыми руками.

— Ну это мы ещё посмотрим! Ты совсем потерял уважение к младшим собратьям, я преподам тебе урок!!! — Ган сорвался на визг потрясая пухлыми кулаками, но нукеры за его спиной дрогнули услыхав слова Кагана.

— Довольно болтовни, — Каган отвел Элсибет в сторону и продолжил. — Джебе, расчисти мне путь!

— Слушаюсь, великий нойон. — снова коротко ответил немногословный нукер.

Люди Кагана выстроились единой стеной перед людьми Цэрэна и замерли в ожидании команды Джебе. В их лицах читались плохо скрываемый азарт и желание проявить себя, а некоторые даже не скрывали хищных ухмылок.

Внезапно на площади раздались радостные крики. Толпа рукоплескала и приветствовала старого Ман’Тула и его свиту. Сделав полукруг по главной площади кортеж должен был отправиться дальше по улицам города и мостовая на которой стояли Каган и Ган с их людьми была первой из них.

Нукеры Кагана бросились в атаку. Как и сказал их господин они сражались голыми руками в то время как люди Цэрэна похвастались за оружие, но не успели вовремя выхватить свои длинные сабли. Завязалась драка в которой люди Гана явно проигрывали более опытным и закалённым в настоящих сражениях нукерам Кагана. Постепенно их начали теснить на площадь и собравшаяся толпа увидела элиту Кармаринской империи в грязной, уличной драке.

Нукеры Кагана повалили противника на землю и принялись пинками под зад разгонять их в разные стороны освобождая дорогу своему нойону. Раздались радостные крики и смех, люди восхваляли Степных Соколов и высмеивали павлинов Цэрэна. Но радостные крики толпы внезапно прервал тревожный гул рога и роптание волной прокатившееся по всей площади. Началась суета постепенно перерастающая в тревогу граничащую с паникой.

Нукеры обоих нойонов остановились и выстроились кольцом вокруг своих господинов, но Каган решительно выступил вперёд. Опытный сокол нутром чуял запах смерти и заговор, но пока ещё не понял от кого он исходит.

— Умер! Ман’Тул умееер! — раздался истошный вопль возницы.

Каган сорвался с места в сторону праздничного картежа со скоростью пикирующего сокола. Растолкав эскорт Ман’Тула он замер при виде тела пожилого вождя, он лежал завалившись на бок на ложе своего паланкина немного поджав колени к груди. С виду могло показаться, что он просто спит, но даже не знакомые с ним лично люди заподозрили бы, что-то неладное. Каган Мунх был одним из самых преданных нойонов и самым давним другом Ман’Тула, но сейчас ему выпала самая ужасная честь из всех, что он мог представить себе, он должен был подтвердить смерть Ман’Тула.

По закону, прикасаться к нему могли только жёны, дети и избранный круг нойонов, всем остальным такое было дозволено только после разрешения самого Ман’Тула или, если он не мог его дать, одного из нойонов. Каган осторожно приблизился к старому вождю и положил руку на шею там, где обычно едва ощутимыми, но упругими толчками бьётся жизнь. Но едва ладонь коснулась шеи правителя как Кагану всё стало ясно, холодная и сухая кожа не подавала признаков жизни.

Ман’Тул умер внезапно и очень быстро, но при этом без страданий и боли. На его лице испещрённом морщинами воцарились покой и умиротворение, но нойон не мог поверить в такую смерть. Убирая ладонь от шеи правителя он почуял что-то неладное, под тяжестью его руки кожа немного разошлась показав необычайно тонкий надрез. Такую рану невозможно оставить даже самой тонкой и острой бритвой. Ман’Тула убили необычным клинком, это было Духовное оружие, призывать и использовать такие клинки могут только особые ассасины входящие в Лигу Теней.

Глава 2. Пепел Совершенных

Настала любимая пора магистра, солнце ещё не появилось над горизонтом, но мир вокруг просыпался и оживал. Круживший в воздухе филин подсказывал появление людей в окрестной местности, в основном это были селяне и Охотники. Маленький проворный лис быстро двигался по утреннему лесу избегая встреч с ними, магистр возвращался обратно к своему телу для того чтобы потом отправиться на встречу в условленом месте. Он не торопился, так как находился к месту встречи ближе остальных и мог позволить себе немного насладиться возможностью побыть в лисьем облике.

Фэрон всегда легко находил общий язык с Совершенными помогая своим товарищам в их воспитании и выборе тренировок. Но за этим многообразием Совершенных, которых он успел воспитать, крылась одна нехорошая черта. С возрастом Фэрон перестал привязываться к хищникам. Даже его Пятёрка была больше выбором привычки, а не привязанности, исключение представляла только Магура. Он начинал опасаться за его собственный Баланс, с таким отношением к Совершенным. Если он упадёт ещё немного, Пятёрку ему уже не удержать.

Вот уже несколько лет он пытался уговорить свою лучшую ученицу занять место магистра гильдии. Но хитрая и изворотливая девчонка постоянно находит отговорки отложить инаугурацию используя удобные оправдания связанные с одной из её Совершенной.

Фэрон подумывал предложить ей обмен Совершенными. Забрав у неё Нагайну и отдав взамен Моссу и Уну, он смог бы сильно снизить свою нагрузку и помочь Эллирии освободиться от постоянных посягательств на её трон. Его план был идеален и он всерьёз намеревался привести его в исполнение по завершению этого задания, лишь бы этот мерзавец Скорн снова не вмешался…

Он собирался пересечь небольшую реку отделявшую его от пещеры в которой он оставил себя как вдруг филин сообщил о внезапном появлении низко летящего голубя. Птица приближалась к условному месту встречи использовав свою способность оставаться невидимой даже для Совершенных способных видеть мир духов, но видимо что-то пошло не так и филин заметил голубя.

От взора Совершенного также не ушел тот факт, что птица выполняла чье-то поручение, при этом Связь с нею навсегда была разорвана. Охотники гильдии никогда так не поступали, взяв кого-либо себе на попечение однажды, Связь сохранялась навсегда, иногда даже Совершенные передавались более молодому поколению Охотников, но не часто в силу их непродолжительного цикла жизни. Перебежчиков в гильдии Охотников не было, чем Фэрон сильно гордился, но были разные группы людей которые тоже пытались практиковать искусство воспитания Совершенных и возможно они состояли на службе у Темной Орды. В любом случае, голубь прирученный кем-то не состоящим в гильдии Охотников летящим по направлению условного места их встречи не мог быть простым совпадением.

Магистр направил команду филину связаться с Ярисом и отследить куда летит этот голубь, если его отправили связаться с чернокнижником или ассасином, то он должен захватить его используя усыпляющие яды своего паука. Мардук тоже уже был поблизости и Фэрон велел ему держать наготове своего спрута на тот случай если Ярис промахнется и противник попытается скрыться. Хэйл был дальше остальных, но услышав о том, что возможно рядом с местом встречи их может поджидать враг оседлал своего ящера и со всех ног отправился назад. Фэрон предостерег молодого и неопытного Охотника не вступать в бой без крайней необходимости, на тот случай если горячий Охотник всё-таки подоспеет до того как всё закончиться.

Оставалась Эллирия, по какой-то причине все её Совершенные были отозваны и магистру не удалось предупредить её, что в свою очередь сильно пугало его, как и тот факт, что голубь прилетел с направления её последнего местоположения. Если способность голубя оставаться невидимым по какой-то причине не работала, то её ястреб с легкостью смог бы перехватить или отследить маленькую птицу, но она этого не сделала и даже не предупредила его, это могло означать только то, что Совершенные Эллирии выведены из строя и Фэрон честно не понимал как такое возможно.

В искусстве владения мечом она немного уступала ему и Мардуку, стреляла из лука немного хуже чем Ярис, а скорость реакции использования Совершенных в бою уступала молодому и порывистому Хэйлу. И все же, Фэрон ставил её намного выше остальных членов своего отряда ибо в совокупности она была совершенна и владела всеми навыками, необходимыми Охотнику, пусть даже не на высочайшем, но на высоком уровне.

Являясь универсальной Охотницей с четверкой совершенных во главе которых стоит Королевская Кобра у Лири была только одна слабая сторона, её бывший менти, Анатариан Скорн. Фэрон пытался себя убедить в том, что пребывание Анатариана в гильдии Охотников прошло для него безрезультатно. Его уровень баланса так и не поднялся на достаточно высокий уровень для совместной тренировки с Совершенными, а боевые навыки были развиты достаточно высоко ещё до прихода в гильдию Охотников. Однако он понимал, что это было не так, Эллирия очень сильно пострадала после его ухода и хотя магистр верил, что она никогда не придаст ни его ни гильдию, он также знал что Лири не сможет убить Скорна.

Фэрон видел в ней будущего магистра гильдии Охотников, свою преемницу, но она не торопилась с назначением и он знал почему. До тех пор пока не урегулирован вопрос с Анатарианом, Лири не хочет занимать высокий пост в гильдии чтобы он не попытался оказать на неё своё влияние.

Тем временем летучая мышь Мардука обнаружила двух ассасинов неподалеку от условного места встречи, Фэрон тут же передал местоположение противника Ярису и Хэйлу. Выходило, что острый нюх Совершенных их подвел так как они находились очень близко к Ярису и его волку, который их так и не почуял, но сейчас когда их точное местоположение стало им известно, противнику было уже не уйти.

Стоило только, отравленной паучьим ядом, стреле оставить даже неглубокую рану на теле жертвы как та начинала засыпать спустя несколько мгновений. Ярис наложил отравленную стрелу на тетиву и натянул мягкий длинный лук из которого он мог попасть жертве в глаз с расстояния двух ста футов.

Его львица исчезла перейдя в мир духов и теперь охраняла своего хозяина находясь неподалеку, в то время как волк и паук не скрывая себя продолжали прочесывать местность, они то и должны были привлечь к себе внимание и выманить неприятеля. Но противник оставался неподвижным до тех пор, пока не получил послание от голубя, после этого двое ассасинов сразу выдвинулись по направлению условленного места встречи. Ярис подозревал, что именно так и произойдет поэтому занял место у них на пути. Ассасины передвигались скрытно, короткими перебежками, идеально сливаясь с местной растительностью и Ярис невольно почувствовал зависть их умению оставаться невидимыми у них под носом.

Как только первый ассасин вышел на линию прямого выстрела Ярис тут же спустил тетиву, он целился противнику в край шеи намереваясь оставить легкий порез, но ассасин обладал звериной реакцией и увернулся от стрелы в последний момент. Ярис наложил на тетиву вторую стрелу и послал мысленную команду волку и пауку задержать ассасинов, теперь когда они оба знали о его местоположении попасть в противника было намного сложнее и все же Ярис спустил тетиву во второй раз. Нацеленная в живот ассасину стрела упала на землю разрубленная напополам одним из его клинков, Ярис не видел больше смысла стрелять в противника из лука поэтому отбросил его в сторону и выхватил длинный прямой меч. Ассасины переглянулись и бросились в рассыпную, чем поставили Яриса в тупик, казалось они не намерены с ним драться. Волк и паук подоспели в момент когда ассасины пробегали мимо него, послав им мысленную команду остановить ассасинов Ярис присоединился к волку а львице приказал поддержать паука. Ассасины отмахивались короткими клинками, но при этом не вступали в бой а продолжали двигаться дальше.

Фэрон тем временем успел вернуться в пещеру и в сопровождении лиса и медведя поспешил к условному месту встречи. Ярис сообщил ему о нежелании ассасинов вступать в бой и о том, что они продолжают прорываться дальше к их условному месту встречи. Это серьезно обеспокоило магистра, что такого важного они хотели найти на месте их встречи, что бежали туда со всех ног оставляя противника за спиной? Фэрон сразу передал команду Мардуку вмешаться и остановить их любой ценой, не допустив тех до места их встречи.

Вечно угрюмый и молчаливый Мардук никогда не комментировал приказы и уж тем более не обсуждал их, вот и сейчас получив приказ от магистра он молча призвал скорпиона и одним отточенным рывком вытащил меч из ножен. Фигурку осьминога он по-прежнему держал в одном из потайных карманов на поясе.

Мардук уже однажды имел дело с ассасинами Кармаринской Империи и знал как хорошо они владеют мечом. Не считая магистра, в гильдии Охотников он был сильнейшим меченосцем способным одолеть в равном бою одного ассасина, но не двух. Серьезной поддержки от Яриса ожидать тоже не стоило как и от его Совершенных, если только львица удачно использует элемент неожиданности, но самую большую надежду он возлагал на свою летучую мышь и осьминога, хоть и не хотел призывать его. Именно благодаря ему Мардук в последние годы становился все более замкнутым и отстраненным в общении со своими товарищами и он не мог на это повлиять.

У Мардука была только одна возможность перехватить ассасинов, в непосредственной близости от места встречи, поэтому он отправил первым скорпиона. Он знал, что его броню не пробьют легкие короткие клинки ассасинов и не переживал за него Его скорпион не был очень большим и обладал хорошей подвижностью, что давало ему возможность некоторое время поспевать за быстрым противником. Мардук собирался использовать его в качестве живой преграды против ассасинов чтобы выиграть немного времени пока летучая мышь не займет удобную позицию для атаки обоих сразу.

Когда два ассасина выскочили из-за деревьев гонимые Ярисом и его Совершенными Мардук скомандовал скорпиону хватать их своими клешнями. Как он и ожидал, проворные и ловкие ассасины уворачивались от захватов скорпиона который отступая держался у них на пути, они продолжали двигаться вперед подбираясь все ближе к месту встречи.

Наконец оба ассасина встали на одну линию и Мардук скомандовал летучей мыши атаковать. Издав пронзительный короткий вскрик летучая мышь на некоторое время оглушила ассасинов, этого времени было достаточно чтобы Мардук выбил клинки из рук одного из них и оглушил его ударив в голову плоской стороной широкого изогнутого меча. Второй ассасин решив избежать участи своего товарища решил продолжить движение невзирая на боль в ушах вызванной пронзительным криком летучей мыши, но Мардук преградил ему дорогу.

Избегавший до этого боя ассасин на этот раз атаковал, сталь зазвенела высекая искры при каждом ударе. Мардуку ещё не доводилось встречаться с противником такого высокого уровня во владении мечом и все же он контролировал ситуацию. Его противник прекрасно комбинировал защиту и нападение продолжая при этом двигаться дальше.

Летучая мышь не могла больше ничем помочь, повторная атака могла навредить и Мардуку тоже, тогда в бой вмешался скорпион, но ловкий ассасин ударил наотмашь клинком по уязвимым глазам и тот ретировался. Постепенно Мардуку удалось остановить натиск ассасина и он даже начал теснить его в обратную сторону, в этот момент подоспел Ярис и набросился на него сзади. Ассасин отвлекся на одно мгновение чтобы отразить его атаку и ударить ногой в голову от чего Ярис вышел из боя. Этим мгновением тут же воспользовался Мардук полоснув противника по спине, от удара ассасин повалился на землю, но тут же поднялся и ударил Мардука ногой в грудь. Хоть магистр и сказал остановить их любой ценой, Мардук всё равно намеревался взять хотя бы одного в плен и так как один из них лежал на земле без сознания, то этого можно было смело пускать в расход.

Оправившись после удара Мардук не спеша принялся наступать на противника атакуя спокойно и методично. Ассасину было тяжело блокировать удары изогнутого двуручного меча и поэтому ему приходилось чаще двигаться уклоняясь от ударов. Постепенно Мардук начал увеличивать темп боя и его противник перестал поспевать за ним, пропустив несколько ударов ассасин начал терять скорость и Мардук нанес ему смертельное ранение в сердце.

— Все кончено? Я опоздал! — Мардук обернулся и увидел Хэйла верхом на своем ящере.

— Не думал, что ты подоспеешь так скоро. — Фэрон вышел из-за деревьев и осмотрелся, по нему было видно, что он тоже очень спешил на помощь, но тем не менее старый магистр даже не сбил дыхания пробежав по лесу три мили.

— Очень хотел посмотреть на Мардука в бою, жаль всё-таки не успел. А что с Ярисом? — Хэйл подошел к лежащему на земле товарищу и помог ему прийти в чувство.

— Крепко он меня гад… эти ассасины Кармаринской Империи быстрее кобры. — поднимаясь на ноги сказал Ярис.

— К стати о кобре, а где Эллирия? — обернувшись по сторонам спросил Хэйл.

— Боюсь её взяли в плен, иначе бы она пришла на место встречи первой. — впервые подал свой голос молчаливый Мардук.

— Зачем брать её в плен, не проще ли просто убить? — недоумевая спросил Хэйл.

— Её Королевская Кобра не знает поражения, единственный кому она может уступить в бою это Анатариан Скорн, а он её не убьет, чтобы он не говорил. — спокойно резюмировал Мардук вытирая меч от крови.

— Я слышал этот Скорн когда-то был одним из нас…

— Он никогда не был одним из нас! — внезапно резко перебил его Мардук.

— Он пришел к нам с корыстной целью, ему нужно было только оружие которое он видел в наших Совершенных, но к счастью у него не хватило баланса и тогда он решил вскружить голову самой выдающейся Охотнице, единственной претендентке на звание магистра Гильдии Охотников. — Мардук с силой вогнал меч в ножны и отозвал своих Совершенных, Ярис и Фэрон последовали его примеру, сейчас уже в них не было необходимости.

— Тогда мне тем более не понятно зачем он её похитил? Если он собирается оказать влияние на магистра Гильдии Охотников, то ему бы стоило подождать пока Эллирия станет магистром. — Хэйл не обратил внимания на острую реакцию Мардука, хоть для него было несвойственно вести себя подобным образом.

— Лири не станет магистром пока жив Анатариан, она слишком ответственная. — внезапно вмешался Ярис.

— Но сама она его убить не сможет? — не унимался молодой Хэйл.

— Если только Анатариан сам не доведет её до крайности, а именно это он в последние годы и делает. — снова начал заводиться Мардук.

— Жаль ты убил единственного кто мог бы нам рассказать нам куда мог забрать её этот Скорн. — пожал плечами Хэйл.

— А вот и нет, есть ещё один он то нам и расскажет куда… куда он делся? — Мардук ошарашено мотал головой из стороны в сторону.

— Вон он! — закричал Хэйл запрыгнув на своего ящера верхом и указывая пальцем в сторону места где они должны были встретиться.

Лежавший до этого на земле ассасин воспользовался моментом, пока четверо Охотников обсуждали судьбу Эллирии и продолжил прорываться к месту их встречи. В гневе Мардук выхватил статуэтку осьминога и бросил её ему вдогонку, вместо привычного изумрудного дыма появилось темно серое облако мгновенно образовав форму огромного осьминога. Когда дым рассеялся огромный осьминог зашевелил всеми своими щупальцами будто выискивая жертву, ассасин тем временем добрался до нужного места и принялся обезвреживать спрятанный механизм. Огромное щупальце схватило его до того как он успел завершить работу и подняло высоко в воздух. Хэйл первым оказался возле спрятанного механизма и сразу понял, что это и то, что им уже не спастись. Последнее, что он успел сделать это бросить на землю фигурку огненной птицы и что есть силы закричал. — Фарро ко мне!!!

Фэрон и остальные не успели понять что произошло когда внезапно раздался взрыв невероятной силы и огромный столп огня взметнулся высоко в небо сжигая всё на своем пути. Они находились слишком близко к взрыву от которого невозможно было укрыться или спрятаться. В одно мгновение в огне исчезли все кто находился неподалеку включая двух ассасинов, четырех Охотников и всех Совершенных.

…Скорн…

Скорн очнулся лежа на холодной земле, осмотревшись по сторонам он попытался восстановить в голове картину случившегося до того как он потерял сознание. Очевидно зелье регенерации которое он успел себе вколоть спасло ему жизнь, но оно оказалось бы бессмысленным если бы Эллирия позволила Нагайне проглотить его. Что было потом? Скорн смутно припоминал отдельные образы, Эллирия приказывает Нагайне отпустить его и он падает на землю, это последнее что он помнил, впрочем было что-то ещё…

Уходя Эллирия что-то прошептала ему или это просто приснилось? Кажется она сказала — Спи спокойно, я распоряжусь чтобы эту гадюку уничтожили раз и навсегда. Значит ли это, что Эллирия собирается уничтожить Нагайну и почему? Возможно для того чтобы она не попала ему в руки или… или Лири считает его погибшим вот, что означали слова спи спокойно, поэтому она не связала его и не вызвала помощь. Очевидно Нагайна отказалась выполнять её приказ и перестала ей подчиняться, в таком случае для неё это была весомая причина уничтожить Совершенную, но для этого требовалось согласие хотя бы половины совета и магистра которого Гильдия Охотников только что лишилась.

Принимая во внимание смерть Фэрона Дроул и предательство Нагайны, у Эллирии теперь были все основания и развязаны руки для того чтобы претендовать на звание магистра Гильдии Охотников. Скорн также понимал, что в какой-то степени она откладывала этот момент и из-за него тоже, его Лири боится, что не сможет управлять гильдией трезво пока он жив или не подчиняется её приказам. В таком случае лучше бы ей и дальше продолжать думать, что он мертв, это положение его вполне устраивало до поры до времени.

А вот уничтожение Нагайны никак не входило в его планы, у него были свои люди в гильдии которые могли помочь побороть неповиновение Нагайны, но если Совет и магистр примут решение её уничтожить, то эти связи ему ничем не помогут. Охотники очень щепетильно относились к своим питомцам, как их по-прежнему продолжал называть Анатариан, и очень ответственно подходили к ритуалу уничтожения. Это значило, что Скорн не сможет заполучить Нагайну таким образом чтобы гильдия ничего не узнала, так как в этом случае они смогут отследить её и поймут его планы. Ему нужно было как можно скорее что-то придумать и при этом сохранить все в тайне, он знал насколько быстро действует его бывшая наставница когда она полна решимости. Эллирия станет замечательным магистром и кто знает, возможно когда-нибудь это сыграет ему на руку, а сейчас… сейчас ему нужно спасти Нагайну и кажется он придумал как это сделать.

Ещё будучи учеником у Эллирии он узнал правила ритуала уничтожения Совершенных, Охотники очень редко к нему прибегали, в основном только в случае их неповиновения. Для того чтобы получить одобрение на ритуал уничтожения требовалось одобрение большей половины совета и магистра гильдии в том числе. Но члены совета проголосуют за уничтожение Совершенной только в том случае, если не смогут найти другого Охотника способного взять Совершенную себе под опеку дабы избежать ритуала уничтожения и вот тут Скорн и собирался использовать свои связи.

У него было несколько Охотников высокого ранга готовых оказать любую помощь в обмен за гарантию безопасности в случае падения Аргоса и что самое приятное, они не знали о существовании другу друга. Пообещав каждому из них безопасность при переходе под знамена Темной Орды, Скорн намеревался потребовать от них выдвинуть свои кандидатуры на опекунство над Нагайной обеспечив тем самым выгодный для него результат голосования совета. Будучи под опекунством у нового Охотника, за Нагайной уже не будут следить и тогда её можно будет забрать для своих собственных целей. Скорн очень любил когда всё шло по его намеченному плану и сейчас, несмотря на то, что сделка с Эллирией провалилась, всё выходило именно так как ему было нужно.

Скоро Нагайна окажется в его руках, Магистр Фэрон Дроул мертв, а новым магистром станет его прекрасная Лири, со временем он найдет способ воздействовать на неё и сможет оказывать влияние на одну из самых влиятельных и перспективных для него гильдий Союзных Королевств.

Оставался только один вопрос который не давал ему полноценно успокоиться и расслабиться, что всё-таки случилось с двумя ассасинами которые должны были предотвратить взрыв. Он очень не хотел чтобы остались хоть какие-то следы или свидетели кроме самой Эллирии способные указать на присутствие Кармаринских ассасинов в этом лесу и на него в том числе. Тот факт, что Нагайна отказалась подчиняться Эллирии именно в момент встречи с ним, плохо сказывался на её репутации и он рассчитывал, что она промолчит об этом перед советом, но вот другие свидетели молчать не станут а он очень хотел чтобы Гильдия Охотников узнала о его присутствии как можно позже.

Лири сказала, что все кто должен был прийти навстречу погибли, двое ассасинов наверняка тоже сгорели в огне пытаясь обезвредить механизм приводивший в действие взрывчатку и все же стоило проверить то место перед уходом. Правда Лири тоже могла отправиться туда, сонная пыль которую он использовал против её Совершенных очень скоро перестанет действовать и она снова сможет их призывать. Скорн не горел желанием снова вступать с ними в бой, тем более что ему нужно было сохранить статус умершего для Эллирии как можно дольше. Но и не пойти он тоже не мог, это было против его правил, действовать в слепую. Ничего другого, кроме как рискнуть не оставалось и он решил пойти вслед за его Лири…

…Эллирия…

Эллирия подошла к огромному лесному пожару настолько близко насколько только могла. Пожар все никак не утихал, трудно было представить сколько акров лесной земли сейчас было охвачено огнем, но огонь не распространялся дальше, что говорило о его неприродном происхождении. Анатариан сказал, что это гномья работа, а они славятся своей точностью и аккуратностью, очевидно потому то огонь и не распространялся дальше, но пока он горел Эллирия не могла осмотреть место встречи. Безусловно в таком пожаре никто не мог выжить, но она хотела верить, что там в огне есть что-то, что поможет ей узнать, что тут произошло и может всё-таки найдутся следы указывающие на выживших.

Тем временем солнечное светило начинало свой неутолимый полет к западному горизонту, у Эллирии было ещё очень много дел в Гильдии Охотников которые не терпели отлагательств, особенно теперь когда не стало магистра Фэрона Дроул. Как самая опытная и способная Охотница и протеже магистра, она понимала всю тяжесть происходящего.

Группа ассасинов Кармаринской Империи проникшая в окрестную территорию Аргоса организовала покушение на магистра и сопровождающих его Охотников, она одна уцелела только потому, что встретилась с Анатарианом. Но об этом она сказать не могла, несмотря на то, что он уже был мертв, Анатариан являлся для нее самой неудобной фигурой во всей этой истории. Совет может рассмотреть неповиновение Нагайны как реакцию на её личные чувства по отношению к человеку от которого гильдия так сильно хотела избавиться. В этом случае, её способность трезво принимать решения попадет под сомнение и совет может отклонить её кандидатуру на место магистра гильдии.

До сегодняшнего дня Эллирия не стремилась занимать это место, её вполне устраивало покровительство человека которому, как она считает, она обязана всем, что у неё есть. И сейчас когда не стало человека, с которого она брала пример и на которого равнялась, она наконец приняла твердое решение занять место магистра любой ценой. Она понимала, что с этого дня её свободная жизнь наполненная путешествиями и приключениями заканчивается. Отныне на её плечи будет возложена ноша которую она не сможет передать кому-либо, не сможет доверить такую ответственность, но теперь это её не тревожит как раньше.

Эллирия смотрела на пылающий огонь с мыслями о том, что теперь она осталась одна, вся её команда, магистр и бывший возлюбленный погибли в один день. Остались только трое её Совершенных и долг перед гильдией до которой ещё предстояло добраться, Эллирия достала из астрального куба камень возврата и перенеслась в окрестности гильдии.

Место нахождения Гильдии Охотников тщательно скрывалось от посторонних и все камни возврата которые использовали Охотники были настроены таким образом чтобы переносить своих хозяев каждый раз в новое место неподалеку от гильдии, откуда Охотники должны были уже самостоятельно добираться до нее. Это было также необходимо на тот случай если кто-то прыгнет вслед за Охотником через оставленное камнем возврата окно. Любому чужаку, не знающему дремучие леса и тайные тропы, не поздоровиться если он отправиться вслед за Охотником.

Когда Эллирия исчезла, из-за дерева за её спиной показался Скорн, она не знала о его присутствии как и не знала о том, что он наблюдал за ней почти всё это время. Скорн улыбнулся разглядывая бушующее пламя. Определенно в таком огне никто не мог выжить а это значит, что его плану пока ничего не угрожает. Анатариан не из тех людей, что любят полагаться на удачу, но сейчас все складывалось очень выгодно для него. Он прислонился спиной к стволу дерева и закрыл глаза от удовольствия. Очень скоро он отправит подробные инструкции каждому Охотнику гильдии желающему переметнуться на сторону Темной Орды и тогда Нагайна будет его, а со временем и Лири вместе с её гильдией Охотников…

Глава 3. Марионетка из плоти и крови

Застывший в дверном проеме и ошарашенный увиденным, Атрэй сейчас больше всего хотел вернуться к ассасину и пытать его до тех пор, пока он не скажет ему всю правду, но он понимал, что нужен сейчас Ямалору.

Атрэй осторожно позвал его, но Ямалор не откликнулся, он так и сидел низко опустив голову. Атрэй медленно приближался к нему готовый в любой момент прикрыться щитом и усилить его заклинанием Света. Подойдя немного ближе Атрэй смог рассмотреть следы крови на животе старого мага, возможно он был ранен когда его схватили, но когда это могло произойти если он помогал им вырваться из Астрала? Неужели за то недолгое время, что они шли от обелиска к лазарету, кто-то успел напасть на старого магистра и похитить его, в этом случае Атрэй должен был разминуться с ними менее чем на час.

Что они могли успеть сделать с ним за это время? Что угодно! Два чернокнижника и ассасин наверняка отравили его манну а затем пытали его, возможно хотели узнать о местоположении Магнуса и Фэрона чтобы убить их? Или просто планировали использовать его в качестве более сильного маяка для того, чтобы перенести в Аргос всю свою армию, а может они хотели использовать Ямалора как живое оружие одев ему на голову Венец Контроля? Атрэй ужаснулся от одной только мысли, что ему возможно пришлось бы сражаться со ставшим для него столь близким человеком.

Приблизившись вплотную Атрэй снова позвал Ямалора немного громче чем в первый раз, но и в этот раз он не откликнулся. Помня прошлый опыт в твердыни Скорна Атрэй не торопился развязывать руки Ямалора пока не снимет Венец Контроля. В прошлый раз стоило ему прикоснуться к нему как Валериан пришел в чувства и напал на него, возможно так активировался Венец, но как можно было снять его не прикасаясь к нему?

Пока Атрэй думал о том, как снять Венец с его головы, Ямалор внезапно шевельнулся и немного приподнял голову посмотрев ему в глаза. В этот момент Атрэй осознал, что худшие его опасения подтвердились. Как и в случае с Валерианом, на него смотрели не мигая пара абсолютно безразличных ко всему глаз. Атрэй заметил, что Ямалор сейчас выглядит намного лучше и моложе чем утром, но в сочетании с этим мертвым взглядом его лицо выглядело как у ходячего мертвеца.

Атрэй потянулся к Венцу на голове Ямалора, но тут же был отброшен к дальней стене коридора словно невидимой рукой. Когда он вскочил на ноги, то увидел как Ямалор разрывает сковывающие его руки веревки и медленно поднимается со стула. Атрэй прикрылся щитом и приготовился зарядить его энергией Света, но внезапно получил удар сзади по голове. Обернувшись он увидел упавший к его ногам фрагмент деревянной балки и тут же он снова получил удар уже в область живота. Ямалор постепенно поднимал в воздух все больше предметов которые потом запускал в Атрэя. Прижавшись спиной к стене коридора Атрэй прикрылся щитом и зарядил его магией Света, теперь все что Ямалор запускал в него разбивалось о его щит как о стену.

Атрэя начинал охватывать ужас не дававший ему пошевелиться и четко поразмыслить о том, что ему делать в данной ситуации, он отказывался и верить в происходящее, и сражаться со своим учителем и другом одновременно. Ямалор, тем временем, медленно приближался к нему запуская в его щит все больше и больше предметов, у Атрэя было только одно оружие которое он мог использовать против старого магистра в этот момент, но оно могло убить его. Атрэй уже дважды применял Луч Света против чернокнижников и оба раза заклинание очень хорошо себя показало, но у него не получалось ограничивать силу заряда и поэтому он боялся применять его против Ямалора. Он понимал, что Ямалором сейчас кто-то управляет и ему возможно абсолютно все равно, что произойдет магистром, но сам Атрэй навредить ему не мог.

Тем временем Ямалор приблизился на расстояние вытянутой руки и потянулся к щиту Атрэя, воздух зашипел и испустил белый дым когда рука магистра коснулась невидимого барьера созданного старым щитом, но он продолжил тянуться к щиту и тогда Атрэй выпустил заряд энергии Света им под ноги. От удара пол разнесло в пыль оставив дыру диаметром почти в десять футов, Атрэй провалился на второй этаж в то время как Ямалор остался висеть в воздухе глядя на него сверху вниз.

Едва Атрэй поднялся на ноги как его оглушил пронзительный женский визг, обернувшись он увидел обнаженную женщину прикрывающуюся одеялом и мужчину рядом с ней. Внезапно её визг прекратился и в комнату медленно спустился Ямалор, он выглядел спокойным и безмятежным и Атрэй подумал, что для того чтобы спасти его, ему придется навредить старому магистру.

Зарядив свой щит энергией Света он ударил старого магистра плоской стороной щита по лицу. От полученного удара Ямалора отшвырнуло к стене у кровати, обнаженные женщина и мужчина тут же покинули комнату не издавая лишних звуков. Ямалор медленно оттолкнулся руками от стены и плавно поплыл по воздуху навстречу Атрэю.

Разогнавшись что есть силы Атрэй столкнулся с Ямалором и прижал его щитом к стене, старый маг уперся руками о щит и его руки издав легкий шипящий звук задымились, но похоже его это совсем не заботило.

Атрэй перехватил меч левой рукой одновременно удерживая щит и не давая Ямалору освободиться от его натиска, после чего потянулся правой рукой к Венцу Контроля. Если человеку, управлявшему Ямалором, было все равно, что с ним произойдет, то сохранность Венца Контроля его явно беспокоила. Едва Атрэй коснулся Венца как Ямалор тут же испустил молнии всем своим телом, большая часть которых была поглощена щитом и его барьером, однако несколько молний ударили в руку Атрэя и он одернул её так и не успев сорвать Венец.

Ямалор начал усиливать свое заклинание молний и барьер отделявший от него Атрэя тоже начал расти поглощая при этом все больше магии, теперь Атрэй не мог дотянуться до Венца, но и отпустить щит он тоже не мог так как молнии испускаемые телом Ямалора доставали уже до потолка комнаты и грозили поразить его как только он останется без барьера.

Атрэй снова переложил меч в правую руку и попытался протянуть его через барьер чтобы сорвать Венец Контроля с головы Ямалора, но как только его меча коснулась первая молния воздух между ними загудел и стал ощутимо плотнее. Спустя мгновение пол под ногами жалобно заскрипел и Атрэй почувствовал как под ними шевелятся доски, вскоре весь трактир заходил ходуном расшатываясь из стороны в сторону. Атрэй поднял голову и сквозь дыру в потолке увидел как осыпаются остатки третьего этажа.

Магура, хватай ассасина и уходи из трактира! — отправив мысленную команду Совершенной он теперь был спокоен за неё, в здании оставались он с Ямалором и трактирщик на первом этаже.

Атрэй продолжал тянуться мечом к голове Ямалора и человек управлявший им видимо поддался панике попытавшись оттолкнуть Атрэя от себя, но он крепко держал его припечатав щитом к стене. Ямалор усилил заклинание молний бьющих во все стороны и остатки третьего этажа, не выдержав вибрации от постоянных ударов, рухнули прямо им на головы. Часть обломков провалилась сквозь дыру в потолке и превратилась в облако пыли от ударов многочисленных молний. Словно сухие ветки старого дерева они простирались в разные стороны наполняя комнату ослепительно