Цитаты из книги Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азиюавтор Андрей Федосеев
Любовь к путешествиям прививалась через горные походы, сплавы по рекам, через ноющие от ноши плечи, изъеденные комарами конечности и пахнущую дымом еду. Через гитару у костра и ощущение абсолютной свободы.
1 Нравится
Знаете, я уезжал с каким-то чувством вины. Как будто бросать работу и отправляться неведомо куда – это что-то плохое. Что-то, за что мне должно быть стыдно. Но ведь это не так. Это просто еще один способ жить жизнь. И он мне нравится.
Пожалуй, я не хочу ничего менять. Ни от чего отказываться. По крайней мере пока. А что там будет дальше – какой смысл загадывать. Достаточно того, что сейчас мы здесь.
На Камчатке случай был, – вспомнил Вова. – Мужик пошел до ветру в кусты. Сидит, размышляет. И тут на него из зарослей вываливается медведь. Немая сцена. Медведь удивлен. Мужик крайне удивлен. Медведь начинает рычать. Мужик трясущимися руками берет сигнальную ракетницу и дает залп в небо. Медведь плюхается на задницу, смотрит, как ракета летит: «у-у-у». – Вова сделал лицо удивленного медведя. – Ракета гаснет. Медведь вспоминает про мужика – встает на лапы, опять начинает рычать.
Мужик вторую ракету пускает в небо. Медведь опять «у-у-у» и смотрит. Короче, показывал мужик медведю салюты, пока ракеты не кончились. А там медведь посмотрел на него, решил, что теперь тут скучно, и ушел обратно в кусты.
Сейчас в нем наступает благословенное время отбоя, и это единственный известный науке способ заставить китайцев перестать харкать, рыгать и орать. Помимо физического устранения разве что. Этот вариант мы тоже рассматриваем»
Ну, вот один друг написал, что это все очень здорово, потому что будет что в старости вспомнить. Я раньше активно руководствовался этим принципом. Считал, что надо вписываться в максимальное количество всякого эпичного блудняка. Коллекционировать истории, как иные собирают марки и бабочек. Чтобы потом, попивая винцо в кресле-качалке, с удовольствием предаваться воспоминаниям.
– А сейчас ты скажешь, что что-то изменилось.
– И скажу. Изменилось. Мне начало казаться, что я какие-то вещи делаю не потому, что хочу, а потому, что получится поставить какую-то крутую галочку. И подозреваю, это не самый правильный подход. Гораздо лучше было бы делать то, что хочешь, и сосредотачиваться не на будущих воспоминаниях, а на проживании момента прямо сейчас. Потому что кто знает, будет ли когда-нибудь кресло-качалка. Но есть одна сложность в этом подходе – иногда бывает непросто понять, хочу ли я чего-то или хочу это хотеть.
Это вызывало ощущение, что я не провожу жизнь, бессознательно носясь по кругу дом-дорога-работа-дорога-дом, а вроде бы что-то еще иногда делаю интересное. Иногда живу.
Большинство китайцев пользовалось этим поездом как электричкой, на которой надо проехать всего пару часов между соседними пунктами. Спать в таком случае не имеет смысла. Что делать? Говорить! Что делать, когда говорит весь вагон? Говорить ГРОМЧЕ!
Слушай, чудесная ночь, мы черт знает где и едем черт знает куда. Разве этого не достаточно?
И этого действительно было достаточно.
Памир делал все лучше. Деревенские улочки с неказистыми домами выглядели бы печально, но на заднем фоне возвышались гигантские белые горы в лучах заходящего солнца.
Расспросили про расписание дня – как тут живут люди.
– Ну, – протянул Юсуф, – встаем в пять утра, молимся, завтракаем.
– А потом? – В голове уже рисовались картины деревенского дня, полного забот.
– Потом отдыхаем.