Глава 1. Ошибка с золотым тиснением
Москва в июле — это ад, облачённый в кутюр. Асфальт плавится под каблуками, кондиционеры в такси выдают тёплый воздух, а над Тверской висит дымка из выхлопных газов, кофе и чужих амбиций. Люди спешат, но не к цели, а к иллюзии успеха.
Соня Морозова стояла у чёрного входа в лофт на Пресненской набережной, сжимая в потной ладони приглашение с золотым тиснением.
«Только для избранных. Волков. Презентация коллекции SS26».
Она не была избранной. Она была… ошибкой.
На прошлой неделе её подруга Марина получила приглашение на это мероприятие как иллюстратор. Но перепутала фамилии: в списке гостей значилась Соня Морозова, а не София Мороз (фотомодель с миллионом подписчиков). Администратор у входа сверился со списком:
— Соня Морозова?
— Да.
— Проходите. Алексей ждёт.
Она чуть не фыркнула. Алексей. Как будто они обсуждали закуски на свадьбе. На самом деле она даже не знала его фамилии — только слышала в индустрии:
«Волков закрыл бутик после скандала с Лизой Орловой».
«Волков больше не работает с моделями — говорит, что они все лгут глазами».
«Волков — человек, который убил в себе романтика, чтобы не умереть от боли».
Внутри — полумрак, приглушённый джаз Чета Бейкера, бокалы с игристым в руках у женщин в платьях, похожих на архитектурные макеты. Мужчины — в безупречных костюмах, с часами за полмиллиона и пустыми глазами.
И он — в дальнем углу, прислонившись к колонне из чёрного мрамора, с бокалом красного вина и взглядом, который не скользил, а впивался. Высокий, широкоплечий, с тенью щетины и закатанными до локтей рукавами рубашки. На запястье — простые часы без логотипа. Как будто он хотел сказать: «Я не бренд. Я человек», — но сам в это не верил.
