Можно смирять наказанием, вдалбливать науку, и это делают многие педагоги и родители. А можно смирять любовью. Меня так в детстве мама смиряла. Если бы мне что-то приказали, я бы взбунтовался, но раз меня с любовью попросили – невозможно отказать. И этот путь был действенный: то, что предполагает некую работу, всегда вызывает отторжение, потому что проще же ничего не делать или делать то, что никакой работы не предполагает, – мы говорим о внутренней работе над собой. Мои подростковые поездки в Псково-Печерскую обитель были как раз такой работой. Хотя можно было просто сидеть во дворе на Арбате, попивать портвейн и покуривать сигарету, а не колоть дрова на заднем дворе и не просыпаться на монастырские службы в четыре часа утра…