ходить вокруг да около:

— Как ты здесь оказался?

Я взглянул ему прямо в глаза:

— Тот же вопрос я задал юному Фитцу Виджиланту примерно четыре месяца назад. Его ответ меня не удовлетворил, так что я подумал, что могу прийти сюда и получить лучший. От тебя.

Чейд пренебрежительно фыркнул:

— Что ж. В былые времена ты легче относился к розыгрышам.

Он пересек комнату, держась немного скованно. Я заподозрил, что под рубашкой его торс туго перебинтован, чтобы придать стройности и облегчить нагрузку на старую спину. У камина он рассеянно огляделся по сторонам:

— Куда подевалось мое кресло?

Розмари издала тихий досадливый вздох:

— Прошли месяцы с той поры, как вы тут бывали, и вы сказали, что я могу все обустроить по-своему.

Он бросил на нее сердитый взгляд:

— Необязательно было менять все так, чтобы досадить мне.

Она поджала губы и покачала головой, но махнула рукой Фитцу Виджиланту:

— Старое кресло в углу, с другим хламом, ожидающим, когда его выбросят. Принеси его, пожалуйста.

— Хламом? — возмущенно повторил Чейд. — Каким еще хламом? У меня тут не было хлама!

Она скрестила руки на груди:

— Растрескавшиеся миски и щербатые чашки. Маленький котел со сломанной ручкой. Фляги со старым маслом, которое почти превратилось в смолу. И весь прочий сор, который вы спихнули на дальний конец стола.

Чейд еще сильнее помрачнел, но лишь проворчал что-то в ответ. Фитц Виджилант притащил его старое кресло обратно к очагу. Не вставая, я подвинул кресло Розмари, чтобы освободить место. Впервые за десятилетия я вновь увидел кресло Чейда.