Византии заключалось в том, что он назвал «тройным слиянием» римского тела, греческого ума и мистического восточного духа. Конечно, все три компонента всегда присутствовали в жизни Византии и в большой степени определяли уникальный характер империи, однако по сути своей византийцы были такими же людьми, как и все мы, — они подвергались тем же искушениям, становились жертвами тех же слабостей и заслуживали похвалы и порицания в той же степени, что и любой из нас. Чего они не заслужили, так это забвения, которому Запад предал их на долгие века.