–Воров и дураков, – поправил второй узник. Слова просвистели с его иссушенных губ столь лениво и бесстрастно, как если бы оплошность Амари не имела значения вовсе.

– И кто же из них ты?

– И вор, и дурак, очевидно, раз уж сижу здесь.