Она больше не нуждалась в этом так отчаянно. Она вдруг поняла, что сама стала любовью. И лишь сейчас готова не только брать, но и дарить. Всем жаждущим, всем заблудшим, всем отчаявшимся. Она готова дарить жизнь там, где её уже не надеялись увидеть.