Не зная, как именно он сможет узнать свою дочь, Андрей рассчитывал на интуицию, на свои уцелевшие человеческие инстинкты, на то, что подскажет ему «сердце». Хотя своего сердца у него уже не было, а вокруг, в густой водяной жиже, колотились их сотни и даже тысячи, и, когда он ощупывал лица, колотились так бешено, что одно даже лопнуло.