Прохожий больше и не постучал. Он прильнул к оконному стеклу и всматривался внутрь сумеречной избы; он увидел, что делает Евдокия Гавриловна, он увидел, как под ее руками проясняется бледное, прекрасное лицо его сына.
До деревни Шать было всего восемнадцать верст. На другой день Евдокия Гавриловна выбрала время и поздно вечером пошла пешей в ту деревню; она дошла до Шати еще затемно и подремала на околице деревни до рассвета.
К полудню она возвратилась домой и привела с собой за руку большого мальчика, Алексея Гвоздарева.
– Ишь ты, солдат, а без разума!.. Да тебе везде пристанище – хоть у нас в колхозе, хоть в другой ступай. Ты же механик, говоришь!
– А как же!.. Да ведь оно и ты, оказывается, женщина с мастерством!
– И я работаю; я землю трактором пашу. Без пашни не проживешь.
