Строка: «Что зачем вся дева, если есть колено» из стихотворения «Я всегда твердил, что судьба — игра…» означает, очевидно, не отказ от сексуального контакта, а признание его неполноты, неспособности быть полноценным соединением с возлюбленной. Такое толкование подтверждается вариацией этой строки в написанном годом позже стихотворении «Письма римскому другу»:
Дева тешит до известного предела —
дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:
ни объятье невозможно, ни измена!
«…Ради речи родной, словесности…»: о поэтике Иосифа Бродского
·
Андрей Ранчин
