Сия истина доказывает мне благородство человека. Если бы умная нравственность была случайною принадлежностию существа нашего (как некоторые утверждали) и только следствием общественных связей, в которые мы зашли, уклонясь от путей натуры, то она не могла бы своими удовольствиями заменить для нас живости и пылкости цветущих дней молодости; не только заменять их, но и несравненно возвышать цену жизни: ибо человек за тридцать пять лет, без сомнения, не пылает уже так страстями, как юноша, а в самом деле может быть гораздо его счастливее.
О счастливейшем времени жизни
·
Николай Карамзин
