Степанова, думаю, сознавала это — и стремилась преодолеть. Отсюда, к примеру, появившаяся в ее стихах «цветаевщина», форсирование голоса, пафос формул. Все это заметно, скажем, в книге «Тут-свет» (2001); местами это пробивается до сих пор, в том числе и в некоторых стихотворениях из книги «Физиология и малая история»:
Я отказываюсь от прав
На рукав и другой рукав,
Я отказываюсь от лев
На сомнение, мнение, гнев.
Я отказываюсь от речь.
Я отказываюсь от плеч,
От лица, пальтеца и бра
Ради должности се-ребра
(«Желание быть ребром»)
Это тем более неожиданно, что в 1980–1990-е годы Цветаева многим казалась самым неактуальным, «мертвым» из классиков Серебряного века — не в том смысле, что ее стихи больше нельзя любить, а в том, что ее традицию нельзя больше развивать.
Игроки и игралища: Избранные статьи и рецензии
·
Валерий Шубинский
