Я видел чернь, которая рукоплескала Сансону, когда он показывал с подмостков гильотины окровавленную голову Людовика.[4] При мне в ночь святого Варфоломея правоверные католики с молитвой на устах избивали жен и детей гугенотов.[5] В толпе беснующихся фанатиков я созерцал, как святые отцы инквизиторы жгли на кострах еретиков, как во славу божию сдирали они с них кожу и как заливали им рот расплавленным свинцом. Я шел вслед за полчищем Аттилы, Чингис-хана и Солимана Великолепного,[6] которые означали свой путь горами, сложенными из человеческих черепов.
