– Так выгнал он тебя? – проговорил Аким.
– Выгнал, батюшка, голубчик мой, – ответила, всхлипывая, Авдотья. – Выгнал, батюшка. Говорит, дом теперь мой, так ступай, мол, вон.
– Важно, вот оно как хорошо… важно! – заметил Ефрем.
– А ты, чай, оставаться собиралась? – горько промолвил Аким, продолжая сидеть на телеге.
– Какое оставаться! Да, батюшка, – подхватила Авдотья, которая приподнялась было на колени и снова ударилась оземь, – ведь ты не знаешь, ведь я… Убей меня, Аким Семеныч, убей меня тут же, на месте…
– За что тебя бить, Арефьевна! – уныло возразил Аким, – сама ты себя победила! чего уж тут?
– Да ведь ты что думаешь, Аким Семеныч… Ведь денежки… твои денежки… Ведь нет их, твоих денежек-то… Ведь я их, окаянная, из подполицы достала, все их тому-то, злодею-то, Науму отдала, окаянная… И зачем ты мне сказал, куда ты деньги прячешь, окаянная я… Ведь он на твои денежки и дворик-то купил… злодей этакой…
Рыдания заглушали ее голос.
Аким схватился обеими руками за голову.
– Как! – закричал он наконец, – так и деньги все… и деньги, и двор, и ты это… А! из подполицы достала… достала… Да я убью тебя, змея подколодная…
Войти или зарегистрироваться чтобы комментировать