Еще утром Катя открыто засомневалась бы. Я? Я — святая? Да я ужасная! Я отвратительная. Я только и делаю, что хочу жрать. Жрать-жрать-жрать. Но сейчас Катя молчит — ей нечего сказать. Система оценки сбилась, простой график больше не кажется объективным.
Действующие лица: благотворительность в современной российской литературе
·
Ирина Карташова
