Цитаты из книги Советские ветераны Второй мировой войны: народное движение в авторитарном государстве, 1941–1991автор Марк Эделе
Что же касается институционального закрепления ветеранского статуса, то оно состоялось лишь в 1978 году
1 Нравится
После демобилизации доля мужчин среди церковной паствы заметно выросла. Так, в Куйбышевской области в 1945 году мужчины составляли около 10% прихожан, а в первом квартале 1946 года их доля увеличилась до 30–40%; многим из них было от 20 до 40 лет291. Особую важность приобрели религиозные «ритуалы перехода» — самые главные православные обряды. Показательным примером служит брак, представлявшийся важным этапом возвращения к гражданской жизни.
Присутствие верующих ветеранов во всех возрастных когортах не должно вызывать слишком большого недоумения. В конце концов, в ходе всесоюзной переписи 1937 года многие мужчины, которым позже предстояло идти на фронт, идентифицировали себя в качестве верующих — особенно часто это делали люди малообразованные. Даже в самой «атеистической» группе (грамотные мужчины, родившиеся после революции) четверть указала свою религиозную принадлежность (см. таблицу 3.1). Принимая во внимание подобные цифры, неудивительно, что в отчете НКВД о реакции красноармейцев на состоявшуюся в 1943 году встречу Сталина с высшими иерархами православной церкви отмечалось «общее удовлетворение» и лишь незначительное недовольство299.
Предполагалось, что в светском большевистском государстве руководящие члены Коммунистической партии должны быть воинствующими атеистами. Для большевиков — как и для большинства марксистов — религия была частью «надстройки», «опиумом народа», как выразился некогда Карл Маркс. Это духовное «успокоительное» делало жизнь при капитализме более или менее сносной, но одновременно оно побуждало эксплуатируемых мириться с угнетением. По идее, весь этот иррационализм должен был исчезнуть после того, как революция уничтожила его «объективную основу»: рационалистическому научному мировоззрению предстояло занять место уходящей религии. Этот базовый подход оставался неизменным, но конкретная политика проводилась с учетом тактических соображений. По указанной причине периоды воинствующего атеизма (1917–1921, 1929–1939, 1959–1964) чередовались с более прагматичным отношением к вере и религии — социальным явлениям, которые, несмотря ни на что, упорно отказывались отмирать
15 сентября 1944: Секретариат ЦК ВКП(б) предупреждает местные партийные организации о том, что создание комитетов инвалидов войны «неуместно».
Fitzpatrick S. War and Society in Soviet Context: Soviet Labor before, during, and after World War II
Сенявская Е. 1941–1945: фронтовое поколение. Историко-психологическое исследование. М.: Институт российской истории РАН, 1995.
Завгородний А. Деятельность государственных органов и общественно-политических организаций по социальной защите военнослужащих Красной Армии и их семей в межвоенный период (1921 — июнь 1941 гг.). СПб.: Нестор, 2001.
Батов П. Советские ветераны войны в борьбе за мир // Военно-исторический журнал. 1979. № 6. С. 71–75.
Социальное обеспечение в СССР. Сборник нормативных актов. М.: Юридическая литература, 1986.