было сллушаться учителей или подчиняться кому-то; он мог ходить на рыбалку или купаться, когда и где ему вздумается, и оставаться там, где ему заблагорассудится; никто не запрещал ему драться; он мог сидеть на одном месте так долго, как ему вздумается; он всегда был первым мальчиком, который ходил босиком весной и последним, кто влезал в башмаки осенью; ему никогда не приходилось ни мыться, ни надевать чистое бельё; и наконец, он умел ругаться так чудесно, как никто. Одним словом, ему принадлежало всё, что делает жизнь мальчика драгоценной. Так думал каждый измученный, стесненный школой и приличиями любой приличный мальчик в Санкт-Петербурге.
Том поприветствовал романтического бродягу:
— Привет, Гекльберри!
— Здравствуй и ты, коли не шутишь! Посмотрим, как тебе это понравится!
— Что это у тебя?
— Дохлая кошка!
— Дай мне взглянуть на неё, Гек! Боже, она уже задеревенела! Где ты её надыбал?
— Купил у одного парня!
— А что дал за неё?
— Синий билет и бычий пузырь, который я украл на бойне!
— Откуда у тебя синий билет?
— Купил его у Бена Роджерса две недели назад за обруч с палкой!
— Слушай, Гек, а на что годятся дохлые кошки?
— Как это на что? А бородавки чем сводить?!
— Нет! Не может быть! Есть средства получше!
— Спорим, нет? И что это?
— Гнилая вода!
— Сам ты гнилая вода! Ничего твоя гнилая вода не сводит!
— Откуда ты знаешь? Ты когда-нибудь пробовал?
— Не я, а Боб Таннер!
— Кто тебе это сказал?
— Ну, он сказал Джеффу Тэтчеру, а Джефф сказал Джонни Бейкеру, а Джонни сказал Джиму Холлису, а Джим сказал Бену Роджерсу, а Бен сказал негру, а негр сказал мне. Ну, вот и всё!
— Ну и что из того? Они все лгуны! По крайней мере, все, кроме негра! Я его вообще не знаю! Но я никогда не видел негра, который бы не лгал! Чушь это всё! А теперь расскажи мне, как Боб Таннер это делал, Гек!
1 Нравится
Войти или зарегистрироваться чтобы комментировать